Крымское Эхо
Архив

«Линия Субтельного» как объективная реальность Украины

«Линия Субтельного» как объективная реальность Украины

Ну вот, в очередной раз мы можем наблюдать «момент истины». Украина бело-синяя и Украина оранжевая (или, в новом варианте, бело-сердечная) четко позиционируется не только в общественном сознании, но и на местности.

Вновь карта, известная нам по прежним репортажам из Центризбиркома, с результатами голосования по регионам напоминает нам, что Украина вовсе не такая уж единая, и уж совсем не однородная. А «схiд i захiд», как оказалось, «разом» далеко не по всем вопросам, тем более культурно-мировоззренческим.

Эту карту (рис. 1) неизменной мы видим уже в который раз — и на всех трех турах президентских выборов 2004 года, и во время парламентских выборов 2006 и 2007 годов, и можем увидеть сейчас — по результатам I тура выборов 2010 года. Можно не сомневаться, что и во время следующих голосований мы вновь увидим, как по-разному позиционируются различные регионы Украины.

Самое интересное, что эта «разность позиционирования» практически неизменна — линия, разделяющая бело-синие и оранжево-сердечные регионы, стабильна, как Великая китайская стена. И это притом, что экономические проблемы, падение производства и снижение уровня жизни практически одинаковы во всех регионах. Но вот электоральные предпочтения кардинально разнятся! На этих выборах лишь Закарпатье небольшим количеством голосов перешло в «другой лагерь» — за счет голосов в румынских и венгерских районах и, по-видимому, русинской проблемы, которая дала о себе знать. Очевидно, все же не только экономика определяет настроения избирателей. А что? Следует признать, что по разные стороны «линии Субтельного» живут люди с различными мировоззренческими взглядами, разным историческим опытом, противоположными геополитическими устремлениями, различной культурной ориентацией, разным видением будущего… и разными языковыми предпочтениями, что обусловлено многовековыми процессами.

 

 



Неужели язык все определяет? Нет, не все. Но языковая проблема, лежащая на поверхности, — всего лишь внешнее проявление куда более глубоких проблем. Ведь стоит копнуть поглубже, и мы, начав с языковой проблемы, очень быстро обнаруживаем, что все на самом деле в тысячи раз сложнее: язык за собой тянет длинную цепь проблем — культуры, мировоззрения, убеждений, менталитета, политики, истории, религии, образа жизни, мироощущения, даже каких-то личных психологических проявлений отдельных людей и их групп. И украинский избиратель преимущественно голосует за того, кого он считает «своим», т.е. выразителем тех ценностей, которые он сам разделяет. При этом, как правило, особо не вникая в партийные программы и не принимая во внимание негативную информацию о «своем» кандидате.

Наверное, следовало бы вспомнить, когда впервые появилась эта карта. Нет, вовсе не во время президентской кампании 2004 года, когда мы увидели листовку с картой Украины, разделенной «на сорта». Карта эта появилась гораздо раньше — почти четверть века назад (еще во время существования Советского Союза). И вовсе не на наших черноземах, а на другом конце планеты — в Канаде.

Канадский историк Орест Субтельный еще в 80-е годы прошлого столетия, в написанной им истории Украины (Orest Subtelny. Ukraine: A History. Unsversity of Toronto Press, 1988), привел результаты этнолингвистических исследований о распределении носителей русского и украинского языков на Украине (Рис. 2). Так вот, согласно исследованиям Ореста Субтельного, существует, как оказалось, устойчивая линия, которая разграничивает Украину на две части с различными культурно-языковыми, и как оказалось, различными мировоззренческими предпочтениями. Автор назвал эту линию «линией Субтельного», поскольку именно этим историком впервые было выявлено это самое разграничение, которое исторически сформировалось очень давно — задолго до того, как этот историк смог его обнаружить.

Тогда на эти результаты никто не обратил внимания, и, возможно, эти закономерности и далее никак не проявлялись бы, существуя в латентной (т. е. скрытой) форме. К сожалению, вследствие безответственного раздувания национал-демократами в течение последних 20 лет языкового вопроса и превращения его в средство политической борьбы, деления граждан на «своих и чужих» и мобилизации за счет этого своего электората был, образно говоря, «разбужен спящий лев». Как результат, возникло культурно-языковое противостояние, а закономерности, впервые выявленные Орестом Субтельным, постепенно стали одним из факторов, определяющим политическую ситуацию в Украине, и зримо в полную силу проявились во время президентских выборов 2004 года, а затем и на всех последующих выборах. И дело вовсе не в Оресте Субтельном — не он создал эти предпосылки; как ученый он всего лишь выявил объективно существующие реалии.

Этнолингвистические особенности Украины (по данным 1970 г.).
Источник: О. Субтельный. Украина. История. — Киев, 1991. — с. 451.»


Эти реалии, наглядно представленные на рисунках, О. Субтельный объяснил еще в 1988 году: тогда он четко отметил, что «можно говорить о двух Украинах: «русской» и «украинской». При этом «русская Украина», согласно Оресту Субтельному, охватывает «территории, никогда не бывшие составляющей частью исторической Украины» (конец цитаты). Действительно, «бело-синяя» Украина занимает территории Северного Причерноморья, отвоеванные в царствование Екатерины II у турок и татар и затем заселенные и освоенные совместно русскими и украинцами, Слобожанщину, пребывавшую в составе русского государства [url=http://www.r-u.org.ua/index.php/2009-10-20-08-06-47.html]с 1503 года[/url] и лишь спустя полтора столетия принявшую беженцев с Украины, русскоязычный Донбасс с частью территории бывшей Области Войска Донского, а также Крым. Оранжево-сердечная Украина расположена на территории исторического проживания украинского этноса. Сравните карту Ореста Субтельного и карту из украинского Центризбиркома — разграничение практически совпадает.

Различие заметно лишь в отношении Сумской области, и объясняется это, скорее всего, субъективными факторами: во время президентских выборов 2004 года, когда впервые проявилась «линия Субтельного», сумчане считали Виктора Ющенко «своим», а еще сильнее действовал т.н. «фактор Щербаня». Методы и стиль управления сумского губернатора В. Щербаня вызывали категорическое неприятие в регионе, а поскольку В. Щербань происходил из Донецка, то его и ассоциировали с «донецкими». Наивным сумчанам до сих пор невдомек, что пребывая на должности сумского губернатора, В. Щербань стал депутатом Верховной Рады по спискам блока Виктора Ющенко «Наша Украина», занимая в нем заведомо проходное сорок четвертое место…

Разумеется, «линия Субтельного», разграничивающая Украину на зоны преобладания различных мировоззренческо-культурных предпочтений, выявлена на основе анализа интегральных показателей. Реальная жизнь намного сложнее — по обе стороны этой линии присутствуют сторонники различных взглядов, и эти взгляды далеко не всегда определяются этническим происхождением. И среди этнических украинцев достаточно много сторонников европейских принципов культурно-языкового равноправия, и среди этнических русских Украины немало русофобов, ради карьеры отстаивающих идеологию украинского этнического национализма. Того самого «примитивного и чрезвычайно агрессивного национализма образца ХIХ века», который внес раскол в многонациональное украинское общество и поставил под угрозу целостность Украины.

Изучение причин культурно-языкового противостояния, которое с конца 80-х годов прошлого столетия разрывает наше общество, позволило прийти к выводу: борьба вокруг статуса языков — лишь внешнее проявление куда более глубинных процессов. Все дело в принципах, на которых создается украинская нация и формируется ее будущее.

Драматизм ситуации в том, что сегодня в этом вопросе столкнулись два взаимоисключающих подхода: современный европейский, рассматривающий нацию как политический организм, объединенный в единое целое основополагающими мировоззренческими ценностями и общим видением будущего, и замшелый ретрохуторянский, базирующийся на средневековом представлении о нации исключительно как об этническом сообществе.

Понятно, что в первом случае равноправие граждан вне зависимости от их языковых признаков, приоритет прав человека, расширение прав местного самоуправления и приверженность европейским стандартам жизни — само собой разумеющиеся понятия. Точно так же во втором случае само собой разумеющимися будут культурно-языковая дискриминация, насильственная ассимиляция нетитульных этносов, переходящая в их этноцид, подавление прав человека, жесткий унитаризм и пренебрежение европейскими правовыми нормами. Что мы сейчас и наблюдаем.

Так получилось, что эти подходы «получили прописку» по разные стороны «линии Субтельного», что в общем-то, объяснимо: индустриальный русскоязычный юго-восток ментально более восприимчив к европейским подходам и ценностям, чем аграрный украиноязычный центр и запад. И вновь объяснение этому феномену Украины дает Орест Субтельный: мир научно-технического прогресса, модерности в целом — в основном русский. Мир народных обычаев, традиционализма — преимущественно украинский. В общем, это и не хорошо, и не плохо — это объективная реальность Украины, игнорировать которую — глупо. Противопоставлять эти реалии или пытаться уничтожить одну из них — преступно по отношению к обществу и государству. Признак государственной мудрости — органически их сочетать, обогащая духовную и культурную жизнь страны. Единство в многообразии — залог целостности и внутреннего единства Украины. Заведомо контрпродуктивные попытки обеспечить мифическое единство путем силового подавления носителей иных культурно-мировоззренческих ценностей — путь к расколу общества и распаду государства. Но как сочетать в рамках одного государства регионы с разными мировоззренческими и культурными основами? И как избежать их конфликта? В тоталитарном обществе это сделать относительно просто: достаточно вспомнить, что в период могущества НКВД-МГБ-КГБ никто не смел поставить под сомнение вопрос о единстве Украинской ССР. И даже Подкарпатские русины, поставленные перед выбором — стать украинцами или отправиться в Сибирь — предпочли остаться в родных местах под названием «украинцы».

А вот как быть в условиях демократического общества? В принципе, ответ на этот вопрос можно легко получить, изучая мировой и европейский опыт. Все многообразие рецептов решения проблем, когда судьба или зигзаг истории объединили в рамках одного государства регионы с различными культурными и мировоззренческими ценностями, в принципе можно свести к трем моделям: бельгийской (или швейцарской), чехословацкой и югославской. Понятно, что приверженность демократическим ценностям и, как следствие, поиск баланса интересов в обществе обеспечит формирование государственного организма по бельгийскому образцу — официальное признание реально существующего многоязычия, культурная автономия и федерализм.

Подавление одной из социокультурных общин объективно приведет к осознанию невозможности их проживания в рамках одного государства, и тогда — либо мирный развод (как в случае с Чехословакией), либо упорство в проведении «триединой политики» — давить, держать и не пущать, и как результат — немирный развод (упаси Боже!), по типу югославского. Правда, возможны промежуточные варианты — к примеру, единство Боснии было обеспечено тем, что сербов в государство хорватов и боснийских мусульман буквально «вбомбила» американская авиация, но это государство все равно стало федеративным, а не унитарным. И сейчас лишь внешнее давление гарантирует его единство. А вот до берегов Днестра «флагман мировой демократии» не дотянулся, а потому на территории бывшей Молдавской ССР де-факто существуют два государства — как следствие попытки националистов «обеспечить единство» за счет силового подавления оппонентов с иными мировоззренческими и культурными ценностями.

Возвращаясь же к ситуации в Украине, следует понимать, что культурно-языковой конфликт — это всего лишь одна из позиций, по которым проходит противостояние в Украине между европейцами и ретрохуторянцами, что проявилось, в частности, в проявлении на карте Украины «линии Субтельного». Отрицать ее наличие — глупо. А вот станет ли она определяющей судьбу украинского государства, или останется лишь предметом исследования политологов и историков, зависит от тех решений, которые будут приниматься в ближайшем будущем. И выбора одной из трех моделей разрешения культурно-мировоззренческих противоречий, объективно существующих в Украине.

Думается, осознание реалий и проведение гуманитарной политики в соответствии с европейскими правовыми нормами и украинскими реалиями — залог успешного разрешения существующих проблем и сохранения целостности Украины. И от того, чьи подходы победят — европейцев или ретрохуторянцев — и кто будет определять основу украинской государственности, зависит, останется ли Украина единой и сможет ли она стать полноценным и полноправным европейским государством. Хочется верить, что так и будет, и ей не придется и дальше убегать из современности к ретрохуторянским представлениям ограниченных, неумных или попросту навсегда отставших от жизни политиков. С фобиями которых у Украины нет будущего.

 

Владимир АЛЕКСЕЕВ
депутат Верховной Рады Украины
II и III созывов,
член Общественной редколлегии «Крымского Эха»,
г.Харьков

 

[email protected]

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Прощай, солдат…

.

Шпицрутены из секс-шопа

Алексей НЕЖИВОЙ

Обкатка

Вячеслав КНЯЗЕВ