Крымское Эхо
Архив

Личность и её языковая картина мира

Личность  и  её  языковая  картина  мира

Владимир ФИЛАТОВ
Сергий КОНОВАЛОВ

В последние годы в связи с распадом СССР – страны с огромным научным и культурным потенциалом – и появлением на постсоветском пространстве ряда независимых государств весьма актуальными для каждой из образовавшихся стран стали вопросы функционирования языков, их контактирования, взаимоотношения и установления их статусов в условиях современного многонационального, полифонического общества. Особенно актуальным стал вопрос о месте русского языка в жизни молодых государств.

С одной стороны, русский – это мировой язык, на котором сосредоточены колоссальные знания, который знают почти все граждане образовавшихся государств и для большинства их населения он родной. С другой же, в каждой из независимых стран есть и свой язык. Любое неосторожное решение языкового вопроса революционерами-дилетантами может привести к большой беде. Ведь родной язык не только средство общения. Его роль в жизни каждого человека является первостепенной, о чём, естественно, многие революционеры не подозревают и не догадываются.

Почти все молодые государства в начальный период эйфории, вызванной неожиданной свободой и предоставленной самостоятельностью, оказались не в состоянии спокойно и взвешенно решать свалившиеся на них сложные социальные и государственные проблемы и прежде всего языковые как изначальные, важнейшие для каждого государства. В понимании произошедших глобальных изменений, их причин, стимулов и направлений излишне амбициозные лидеры, к сожалению, не смогли осмыслить ситуацию с точки зрения государственных интересов и перспектив, с гуманистических, правовых позиций и осознать, что решать все возникающие социальные и государственные проблемы следует с обязательным учётом конкретных объективных оснований, исторически сложившихся реалий, на основе конкретных научных принципов. Они готовы опрометчиво пожертвовать темпами развития своей страны, её судьбой, всеми теми неисчерпаемыми знаниями, которые несёт мировой язык, только бы лишний раз облить грязью свою вчерашнюю историю, словно это поможет им решить все навалившиеся в связи с создавшейся ситуацией проблемы, сможет обеспечить достойную замену всем тем знаниям, которыми готовы они пожертвовать ради личных амбиций.

В отношении к русскому языку в очередной раз подтверждается истина: о своём существовании с предельно нудной агрессивностью всегда в первую очередь напоминают не львы, а комары, мошки и иной гнус.

Все мы стали свидетелями различных перехлёстов, перегибов и ошибок в языковой политике. Причём почти все они возникли искусственно, с целью отвлечения внимания народных масс от хищного перераспределения некогда общей собственности, сформированной трудом предыдущих поколений. Но неизбежно рано или поздно наступит время, когда обострившиеся языковые проблемы нельзя будет ни отложить, ни решить по своему усмотрению, ибо они, разобщая население, перерастут в неразрешимые государственные противоречия, создавая опасные общественные конфликты. На сегодняшний день именно эти проблемы составляют основную напряжённость в текущей государственной и частной жизни граждан всех стран, образовавшихся на постсоветском пространстве.

В последнее время все мы видим перекос в определении иерархии ценностей, в определении главного и второстепенного, первичного и вторичного, когда язык господствующей национальности, который, безусловно, очень важен и для народа, и для страны в целом (как орудие мышления, орудие культуры, средство познания и общения значительной, но не преобладающей части населения), ставят в качестве основной цели существования и развития образовавшегося государства и тем самым игнорируют настоящую цель или, по крайней мере, отодвигают её на второй план, а возможно, её даже не осознают.

Однако не может быть средство важнее цели. Потому что средство – это элемент, необходимый для достижения цели. Без него цель недостижима. Главная же цель любого государства – развитие общественной жизни, повышение уровня жизни народа, совершенствование и укрепление всех государственных институтов, которые способствуют этой цели. А основным средством для достижения данной цели являются родные языки населения многонациональной страны.

Все мы сейчас стали свидетелями того, как одна часть граждан доказывает, что, дескать, в демократической стране все должны иметь полное право свободно пользоваться родным языком на благо себе, общества и государства. Другая же, подогреваемая властями, возражает, настаивая на том, чтобы в стране был только один государственный язык. И это должен быть язык так называемой титульной (в их понимании – господствующей) национальности. Так половина населения страны лишается своих законных гражданских прав, ставится к стенке и загоняется в угол. Но этого делать нельзя, потому что неизбежно наступает момент, когда загнанным в угол людям ничего не останется делать, как физически защищаться. И не дай Бог до этого кому-либо дожить.

Всей стране безапелляционно навязывается язык господствующего этноса. В качестве основного довода эти языковые «реформаторы» приводят формальное соответствие в названиях языка и государства (Англия – английский, Франция – французский, Испания — испанский и т.д.). Аргумент для осведомлённого человека, прямо скажем, неубедительный, даже наивный. В мире существует не один десяток стран, названия которых не соответствует их государственному языку, а у многих вообще не соотносятся ни с одним из существующих в мире языков. Например, языки всех стран американского континента – а их более тридцати – не соответствуют названиям стран, в которых они используются в качестве государственных. Такая же ситуация почти во всех странах Африки (55 государств), в Австралии, некоторых государствах Европы и Азии. Нет, например, ни швейцарского, ни канадского, ни американского, ни бразильского языков. В мире больше таких стран, в которых нет соответствия между языком и названием страны. Естественно, что при таком подходе никогда и никому не удастся сформировать политическую нацию в стране, которая объединит всех граждан. Создаётся впечатление, что такая цель и не стоит перед нашими властями. Видимо, их политические кураторы поставили перед ними совсем иные цели.

Сформировать политическую нацию – значит повлиять на сознание всех граждан таким образом, чтобы все они стали осознавать страну как свою родину, которая защищает гражданские права каждого из них и которую в связи с этим развивают и оберегают они все. Единственной основой успешного формирования полиэтнической нации может быть лишь полное гражданское равноправие всех национальностей, их языков и культур. Только этот важнейший для всех национальностей принцип (настоящее равноправие) может стать основой для объединения. Ни язык какой-то одной национальности, ни её культура никогда не смогут стать основой формирования нации в многонациональной стране. Потому что это не объединительный, а разъединительный фактор. Его необходимо максимально снизить. Настаивая на таких “объединительных” принципах, можно лишь добиться ещё большего разобщения населения, что, собственно, все мы и видим уже семнадцать лет. Только подлинным равенством граждан можно создать прочное государственное единство. Политическим дирижёрам уже следовало бы понять, что такое политическая нация и может ли без неё существовать какая-либо страна, если это действительно развитая страна, а не обычная территория обитания примитивного населения, которое давно уже, по сути, стало средством для других народов. Видимо, поэтому они и не представляют себе, как её можно сформировать.

Все образовавшиеся на постсоветском пространстве страны многонациональны. И это требует известной осторожности и взаимоуступок во взаимоотношениях между гражданами. Нельзя по приказу или распоряжению в угоду кому-то отказаться от родного языка, полюбить и начать изучать чужой язык. Родной язык – очень тонкий и деликатный вопрос. Это та река, которая связывает с интеллектуальным миром сознание любого народа и каждого его представителя, каждую личность.

Любой интеллектуально развитый человек, адекватно воспринимающий окружающий мир и свою роль в нём, идентифицирует себя с тем или иным народом в первую очередь по языку, культуре, духовности. Родной язык или чужой – этот выбор имеет для каждого человека первостепенное, весьма принципиальное значение, даже если он некоторое время и не осознаёт всей важности вопроса. К чужому языку обращаются только в результате появившегося интереса, а также общественной и личной необходимости. Под общественной необходимостью понимается использование языка как орудия мышления и средства общения в период совместной деятельности в развитии экономики, производства, науки, культуры, образования и т.п. Под личной необходимостью понимается использование личностью языка как орудия мышления и познания в процессе её развития, образования, овладения научными, культурными и духовными богатствами, накопленными как своим народом, так и человечеством в целом. Причём обращение к чужому языку обычно происходит в том случае, когда какая-то информация отсутствует на родном языке. Когда на том или ином языке сосредотачиваются обширные мировые знания, это свидетельствует, что данный язык утверждается не только в своей стране, но и в мире. Утверждается он в качестве надёжного орудия мышления, средства накопления и познания мировых знаний и опыта, развития личности, наконец, в качестве средства межнационального общения.

Роль родного языка в формировании и развитии личности настолько велика, что её трудно переоценить. Философы, психологи и классики языкознания оставили нам глубокие мысли, касающиеся языка, мышления и формирования человеческой личности. Вот лишь некоторые из высказываний.

«Деятельность мышления и язык представляют… неразрывное единство… Язык есть проявление духа народа; язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык – трудно себе представить что-либо более тождественное» (В. Гумбольдт).
Вполне естественно, что речь здесь идёт о родном языке народа: именно язык и сам носитель этого языка образуют единство языка и народа (народа и языка), которое Гумбольдт называет тождеством. Поэтому уничтожение языка – это уничтожение народа. Смерть может быть не только физической, но и духовной, когда уничтожается язык и культура народа. В данном высказывании более чем очевидно представлена мысль о том, что разрывать единство языка и народа, заменив народу родной язык чужим недопустимо. Не может быть народа без родного языка.
«Язык есть деятельность разума, так как он является её выражением» (Гегель).
«Язык есть… проявляющийся в звуках процесс мышления» (А. Шлейхер).
«Родной язык как выражение мыслей и чувствований известного народа есть одна из естественных функций человеческого организма в самом обширном смысле этого слова» (Бодуэн де Куртенэ).
«Язык есть форма мысли, но такая, которая ни в чём, кроме языка, не встречается» (А.А. Потебня).

Многие мыслители отмечают, что язык – важнейшее средство человеческого общения. Однако это абсолютно верное утверждение всё же нуждается в двух уточнениях. Во-первых, не просто “язык”, так как языка вообще, т.е. всеобщего, нет. В каждом случае существует только “родной язык” как конкретное средство социальной, духовной и культурной идентификации каждого человека. Во-вторых, родной язык – главное средство мышления народа и личности, основа их менталитета. Это исторически сложившаяся у конкретного народа система мировосприятия и мироистолкования, которая обусловливает степень возможности народа к развитию и познанию окружающей действительности. Родное слово объясняет каждому человеку мир не только через своё значение, но и звучание – через каждую частичку своей материи. Родной язык не только средство общения – это одна из его функций, — не только орудие мышления, а также знак, основа, форма и содержание мысли. И только по этой причине он и является средством общения.

Очевидно, ошибаются те люди, которые полагают, что язык – всего лишь одежда для мысли. Мол, нет ничего проще, чем сменить одежду. А по отношению к мысли достаточно заменить язык. Однако родной язык – не столько одежда, сколько фундамент любой мысли как результата мыслительной деятельности. Для самого процесса мышления язык выступает как орудие. Одежду, действительно, можно заменить, но орудие мышления, фундамент мысли без потрясений и разрушений заменить нельзя, ибо на фундаменте держится всё здание. В. Гумбольдт, говоря о единстве родного языка народа и его мировоззрения, сравнивал их с человеком и его лицом. Как нельзя человеку сменить своё лицо, так нельзя ему без потрясений сменить свой язык. И это для отдельного человека, — а что же тогда говорить о народе в целом?

Я. Гримм утверждал, что «язык – это наша история, наше наследие». Родной язык – это биография народа в целом и каждой отдельной личности в частности, основной показатель её интеллекта и знаний, отражение всех достижений народа в его историческом развитии.

Каждый народ накопил в результате творческой интеллектуальной деятельности многих поколений достаточный (чтобы считаться цивилизованным и культурным) объём знаний, духовных, научных и культурных ценностей, формой существования, хранения и использования которых является родной язык. Иными словами, каждый народ в целом и любой его представитель в отдельности привязан к жизни и миру своим языком. Знания накапливаются на родном языке каждым человеком в течение всей его жизни. Они являются основой его оценок, мыслей, их точности, убедительности и соответствия объективному положению в мире. Квалификации и оценки, которые дают люди фактам и событиям, происходящим в мире, обусловлены их родным языком, менталитетом и накопленными знаниями.

Многочисленные случаи амнезии, описанные врачами, свидетельствуют, что без знаний человек утрачивает способность мыслить. Поэтому любые требования политиков в многонациональной, полифонической стране, предъявляемые к какому-либо или ко всем этносам, отказаться от своего родного языка в пользу другого, навязываемого, являются не только противоправными, но и противоестественными, абсурдными. Такие действия можно объяснить только врождённой тупостью и предельным воинствующим невежеством языковых законодателей-реформаторов. Люди никогда не откажутся от родного языка и исторического наследия своих предков. Родной язык – это форма и материя накопления и существования всех их знаний, которые и являются для них основой при ориентации в окружающем мире. К тому же они просто не смогут этого сделать. Запрет или замена родного языка является деянием, которое можно квалифицировать как тягчайшее преступление против человечности, личности и народа, на которое способны лишь те, кто не отличается ни мудростью, ни знаниями, ни государственным мышлением. Право на родной язык – это право на жизнь, на историю и традиции предков, культуру и творческую деятельность. Никто не сможет быть патриотом в стране, которая, как выясняется, ему не принадлежит, если позволяет унижать и оскорблять его как человека, лишая его естественных потребностей, одной из который – и, пожалуй, даже главной, потому что она исходная, – является свободное использование родного языка. Она настолько важна, что многие люди, привыкнув к ней с самого детства, даже не могут сразу осознать её важности для своей жизни.

Такие серьёзные вопросы, как закономерности функционирования языков, определение их статусов в пределах многонационального государства, нельзя решать без соответствующих специальных знаний, лишь на том основании, что мы понимаем речь других людей и сами практически владеем языком и можем на нём выражать свои мысли. Наивно и опасно решать вопросы взаимоотношения языков и их статусов на уровне эмоций, симпатий и антипатий, только на том основании, что сам реформатор может говорить. Иногда намного полезнее молчать. Чтобы мудро и оптимально решить проблему и избежать конфликтов, необходимы не только политические, но и научные основы, нужны специальные знания в области языков, закономерностей их развития и употребления, нужны знания в области общественной и личной психологии, а также в области права. Необходимы терпимость, взаимопонимание и взаимоуважение, осознание чужих прав и свобод.

Для начала следует разобраться в том, что такое язык вообще, какие функции он выполняет, какими методами и путями развивается и утверждается, какое место в жизни отдельного человека и народа занимает и к чему может привести запрет родного языка, т.е. разобраться в предмете спора – языке, его сущности и особенностях, его месте в обществе и в жизни отдельной личности.

Для человека сведущего язык – это не только звуки, суффиксы и приставки, не только слова, части речи или члены предложения, это настолько объёмное (хотя и не заметное для многих людей, неспециалистов) явление, что его можно сопоставить с айсбергом: меньшее мы видим, а значительно большее находится вне поля зрения. Как айсберг может пустить ко дну любой «Титаник», так и язык при неосторожном с ним обращении может стать причиной разрушения любого многонационального государства. Если продолжить образные аналогии, то язык народа – это даже не айсберг, а океан – со всеми его айсбергами и неизведанными глубинами, подводными скалами и рифами.

Кроме того, необходимо выяснить, что такое – “родной язык”, чтобы не выглядеть воинствующими дилетантами, пытающимися решать те проблемы, в которых совершенно не разбираются. Весьма важно при этом рассматривать все вопросы языка с учётом возможных последствий – для отдельного человека, общества и страны в целом. В данном случае, как и в медицине, в качестве основного должен действовать принцип: не навреди. И это естественно: медицина связана с физическим и душевным здоровьем человека, а язык – с интеллектуальным, нравственным, культурным и духовным его здоровьем.

Пожалуй, вполне понятно каждому, что все люди любят свой родной язык и заботятся о нём. Это естественно. Такое отношение к нему нельзя не приветствовать. Но совершенно не понятно, почему некоторые граждане вдруг решили, что развивать и сохранять их родной язык должны не они сами или не столько они, сколько, говоря словами песни, «я, ты, он, она», в общем, «целая страна». А ведь у их сограждан есть свой язык, который все они тоже очень любят и не собираются от него отказываться. Мало того, они не смогут от него отказаться, даже если по беспечности или легкомыслию захотят вдруг перейти на другой, чужой для себя язык. Жизнь вернёт (а точнее, притащит) их назад – в родное языковое поле. Так что им есть что развивать и о чём заботиться. В вопросах развития родного языка всем следует надеяться прежде всего на самих себя, на собственные силы, интеллектуальные и творческие способности и возможности.

Если бы любители и защитники единого государственного языка оставили свои разрушительные попытки навязать свой язык другим, а написали на нём хотя бы одно удачное стихотворение, интересный рассказ или умную, глубокую статью, то этим сделали бы для его развития и утверждения несоизмеримо больше, чем все их объединённые усилия по его “защите”, которые, – что вполне предсказуемо, – могут лишь вызывать общественную аллергию и естественную реакцию отторжения навязываемого языка даже у тех, кто сначала проявлял к нему интерес. И чем больше такие любители неистовствуют, тем больше у их родного языка появляется противников и даже врагов.

Что такое “родной язык”? Нельзя согласиться с теми, кто считает, что это язык национальности. Раньше, когда народы вели более замкнутый, обособленный образ жизни, такое понимание вполне соответствовало действительности. Однако учитывая те масштабные миграционные процессы, которыми отмечен весь ХХ век, придётся констатировать, что в настоящее время понятие “родной язык” нуждается в уточнении. На сегодняшний день родной язык – это не всегда язык национальности. Но это всегда язык, на котором человек мыслит, создавая духовные и культурные ценности, это язык, на котором он видит сны. Родным языком каждый человек пользуется свободно, непринуждённо, автоматически, совершенно упуская при этом из виду, что он вообще при мышлении пользуется языком. И вся его интеллектуальная энергия сосредоточивается на содержании и его мыслях. Родной язык «является тем феноменом, который стимулирует народную духовную силу к постоянной деятельности». Родной «язык и духовные силы народа и личности функционируют не раздельно друг от друга и не последовательно один за другим, а составляют единую и нераздельную деятельность разума» (Гумбольдт).

Для каждого человека в отдельности и для народа в целом, как уже отмечалось, родной язык – это основное орудие мышления, орудие культуры и её продукт. И только поэтому он и выступает в качестве основного средства коммуникации в конкретно-исторической этноструктуре. Мысли, рождаясь, трансформируются сразу в категории и средства родного языка. Мысли вне языка не существуют, они открываются человеку (и мыслящему субъекту, и тем более слушателю) только в формах и категориях родного языка. В доязыковой период психической деятельности у субъекта могут возникать лишь стимулирующие импульсы мышления, касающиеся предмета мышления, но само мышление, его направление, нюансы и детали, тончайшие движения души и ума всегда представлены материей и категориями родного языка. Мысли рождаются в процессе речи, и их качество определяется возможностями языка и качествами речи. Когда человеку необходимо тщательно продумать свои поступки и действия, чтобы реализовать свои творческие планы и замыслы, наиболее качественно и глубоко он может это сделать на родном языке. Что такое вдохновение? Это такое психическое состояние души, когда желание творчески работать, мышление и родной язык составили одно целое, триаду.

Импульсы дают толчок мышлению и одновременно языку как содержательной форме мышления. Процесс мышления может осуществляться только в единстве с языком. Поэтому использование родного языка так же необходимо и естественно, как и потребность дышать. Человек может не есть несколько недель, не пить несколько дней, но он не может не пользоваться родным языком ни одного дня, ни даже часа. Потому что он не может не мыслить. А мыслит он в обычной для себя ситуации средствами родного языка. Как каждый из нас должен непрерывно дышать, точно так же непрерывно должен и мыслить. А вслух ли он о чём-то рассуждает, или молча проделывает эту операцию – это не столь существенно. Просто в одном случае «громкость включена, а в другом – выключена». Внешняя громкость. А внутренняя вообще никогда не отключается.

Родным языком каждый человек пользуется и в том и в другом случаях. Ибо родной язык, как утверждал Я. Гримм, есть естественное, непринуждённое движение и дыхание мысли. Именно поэтому предельно варварским представляется запрет пользоваться родным языком. А когда такой запрет диктуется государственными людьми, то никак иначе, как государственным преступлением эти действия назвать нельзя. Дышать можно свободно, легко, всей грудью, но можно дышать с усилием, с неимоверным трудом, с помощью аппарата искусственного дыхания. Вот так же люди пользуются и языком: свободно, легко, непринуждённо или с трудом, вымученно, убого, косо и бездарно. Всё зависит от того, родным ли языком пользуется человек или чужим. Запрет родного языка – это удавка для мышления, для свободного течения мысли. Чужой язык – это аппарат искусственного дыхания для мысли. И если человек пользуется аппаратом искусственного дыхания, то он не работник, тем более не созидатель и не творец. Он умственный инвалид. Запрещая родной язык, несведущие люди делают из миллионов сограждан интеллектуальных инвалидов и активно пополняют ряды внутренних противников государства, которое вместо своей основной функции – защиты прав каждого гражданина – позволяет отдельным людям устанавливать уровень бесправия для миллионов сограждан. Поэтому неизбежно возникнет вопрос: а кому, собственно, нужно такое государство? Да и нужно ли оно вообще? И граждане начинают сознательно стремиться к разрушению такого государства. Классический пример этому – Бельгия, о чём подробно будем говорить в отдельной статье.

В раннем детстве в сознании каждого ребёнка происходит наложение мыслительного и языкового полей, в результате чего устанавливается язык мышления. Примерно к семи – десяти годам этот процесс завершается. Общеизвестно, что разные мозговые центры развиваются у человека в разном возрасте. Языковые центры развиваются рано, сначала настраиваются и устанавливаются в качественном отношении, когда индивидуальное мышление приходит в соответствие с родным языком. Затем этот процесс завершается, причём для абсолютного большинства людей полностью и бесповоротно, и в дальнейшем происходит лишь накопление материалов языка, т.е. количественные изменения. Язык как орудие мышления максимально эффективен, если он родной для мыслящего субъекта.

Кроме того, язык является средством накопления знаний и опыта, формой их существования и сохранения. И хотя сейчас появились такие средства накопления знаний, как компьютер, кино, видео, фотография и др., язык по-прежнему остаётся основным из них. Хотя бы потому, что он лежит в основе всех других форм и способов.

При помощи языка люди познают окружающий мир, изучают науки, осваивают профессии, так что можем констатировать, что язык – это универсальное средство познания. Наиболее успешно и плодотворно процесс познания протекает при использовании родного языка, когда трудности изучаемого предмета не осложняются дополнительно ещё и секретами и трудностями чужого языка. Чужой язык можно при этом использовать как дополнительное, но никак не основное средство. Это настолько очевидная мысль, что нет необходимости её доказывать. Сейчас эту истину открывают для себя во многих русско-культурных семьях, в которых дети ходят в школу с не родным для них языком обучения, когда они мыслят на одном языке, а обучаются на другом. В таких условиях, используя чужой для ребёнка язык, крайне сложно заинтересовать его предметом обучения, без чего успехи в учёбе невозможны. А ведь родной язык – наиболее эффективное средство для того, чтобы вызвать интерес, пробудить мысль ученика, способствовать интеллектуальному развитию и самостоятельному мышлению.

Отметим и тот факт, что язык является средством создания литературно-художественных ценностей, формой их существования и сохранения. Любое художественное произведение рождается в языковой форме, в ней сохраняется и в ней постигается. А литература, как известно, является важнейшим материалом интеллектуального, этического и эстетического развития личности. Недооценка её роли в воспитании подрастающего поколения чревата значительными культурными, интеллектуальными и этическими потерями или вообще гуманитарной катастрофой для отдельной личности или для поколения в целом. Потерять поколение можно не только в результате войны, потерять его можно и в мирное время – в результате неумелой, неосторожной или неумной, откровенно бездарной языковой политики, не учитывающей формирующее и развивающее действие родного языка.

Таким образом, язык – ещё и эффективное средство воспитания нового поколения, средство развития нравственности, культуры и духовности каждого человека. И в этой весьма тонкой и сложной сфере, где искренность, доверительность и откровенность являются весьма важными рычагами в работе, самым надёжным средством воздействия выступает родной язык. Без него нельзя воспитать патриота. Как отмечали наши великие педагоги К.Д Ушинский, В.А. Сухомлинский и многие другие, легче всего воспитывать любовь ребёнка к своей многонациональной родине на родном для него языке. Потому что в этом случае для него каждое слово предельно значимо. Родным словом легче достучаться к человеку. Оно – самый надёжный ключ к душе ребёнка. Чужим словом душу не откроешь. Всё чужое вызывает у человека недоверие, настороженность, тем более у ребёнка. В многонациональной стране между языками не должно быть конфликтов, иначе мы воспитаем разрушителей собственной страны. При помощи родного языка легче закрепить в сознании детей осознанную необходимость взаимоуважения, взаимопонимания, равноправия и личной свободы. Без этого невозможно существование ни одного государства. Насильственным переводом школ на чужой для детей язык мы уже нарубили дров, развивая в человеке приспособленчество, изворотливость, хитрость, подлость и цинизм, с чем мне как преподавателю уже пришлось столкнуться. В результате непродуманных действий уже в ближайшем будущем мы получим не просто незапланированные, а диаметрально противоположные, весьма опасные для общества и государства свойства и качества личности. Уже сейчас некоторые учащиеся, видя искусственно создаваемые в стране между языками конфликты, стараются своекорыстно их использовать: начинают ловчить, хитрить, умышленно выступая даже против родного языка, лишь бы добиться своей сиюминутной цели. Мы активно подготавливаем людей, которые говорят одно, думают другое, а делают третье. Неужели это мы формируем основные ментальные черты новой украинской нации?

Таким образом, роль родного языка в жизни каждого человека огромна, независимо от того, осознаёт он это или нет. И здесь возникает вопрос: а восполнима ли вообще потеря родного языка, возможна ли полноценная замена его другим, чужим, языком? Для объективного, политически не заангажированного специалиста ответ однозначен: нет, не возможна. По сведениям Международной организации прикладной психолингвистики, при обучении детей на неродном языке их умственное и психическое развитие замедляется на 20 – 45%. Эффект от обучения ухудшается почти в полтора раза! Так непосредственно по вине несведущих взрослых или по их злой воле происходит искусственное обеднение молодого поколения. Несомненно, всё это будет иметь весьма печальные последствия для судьбы страны.

Однако вернёмся к мысли о языке как средстве познания. Что такое, например, «слова» и «предложения»? Слова – это условные знаки реалий окружающего мира. Мир предстаёт перед каждым человеком в виде бесчисленного множества отдельных предметов, явлений, элементов, их качеств, свойств, действий и состояний, т.е. в виде отдельных реалий. Их миллионы и миллионы. И многие из этих реалий – те, которые имеют какую-либо значимость в жизни общества, – отражаются в словах родного языка. Так что слова – это звуковые или буквенные «фотографии» реалий, чисел, различных обстоятельств и т.д. Таким образом, в нашем сознании существуют реальная картина мира, в которой представлены составляющие его предметы, качества, признаки, действия, и соответствующая ей языковая его картина, – но уже в виде слов, каждое из которых соотносится с определённым предметом, понятием, качеством или действием. Реальный мир народ пытается облечь в слова родного языка, создавая и обогащая таким образом свою языковую картину мира, а через эту языковую картину мира все представители данного народа (прежде всего каждое молодое поколение) постигают окружающий реальный мир. Как в улье существуют бесчисленные соты, так и в сознании человека существуют свои предметно-логические “соты”. Весь его предметно-понятийно-словесный арсенал располагается в бесчисленных ячейках сознания. И в каждой отдельной ячейке представлены конкретная реалия, признак или действие, их образы и словесные соответствия на родном языке с их синонимическими и антонимическими связями, с синтагматическими и парадигматическими отношениями (т.е. с отношениями близости и противопоставленности). Так формируется и развивается языковая система личности.

Человек в течение всей своей активной творческой жизни изучает, познаёт окружающий мир и заполняет эти ячейки. Сначала они заполняются целенаправленно при организованном и систематическом изучении родного языка, а потом – для большинства людей, как правило, автоматически, подсознательно. Поэтому реальная роль языка в личной жизни не каждым человеком осознаётся и определяется в полном объёме. Но любой материал в случае его актуализации будет немедленно подсознательно “затребован” человеком и автоматически использован.

Познание осуществляется не столько на реальном, чувственном уровне, сколько на логическом, языковом, т.е. на основе личной языковой картины мира каждого человека. Мыслящему субъекту нет необходимости видеть перед собой познаваемые предметы. Достаточно оперировать словами, т.е. представлять себе словесные образы предметов и понятий. Это позволяет ему размышлять о тех предметах, которые он никогда в жизни не видел, никогда чувственно не воспринимал, но в которых основательно осведомлён и о которых на основе общественных знаний и опыта сформировал уже личное представление благодаря родному языку.

Изучение и совершенствование родного языка, как и изучение окружающего мира, как и процесс познания вообще, протекает в течение всей жизни, а не неделю, месяц или год. Когда мы узнаём, что кто-то из учителей, получив “ответственное” для патриота задание, собирается за летние каникулы “выучить” государственный язык, чтобы с начала учебного года полностью обучать на нём русскоязычных детей, то с сожалением понимаем, что теперь ни сам учитель, ни его подопытные дети не будут знать ни государственного языка, ни родного русского, ни изучаемых школьных дисциплин. И такой учитель – по своей ли вине, или по чужой – вовсе и не учитель, а жалкий ремесленник: он не сможет научить основному – быть человеком и в любой ситуации защищать своё человеческое достоинство и свои гражданские права. У этого учителя нет чувства профессионального достоинства. Это учитель для крепостных душ, а не для юных граждан. Именно такую перспективу стране и её гражданам готовят не сведущие в языке, безответственные патриоты-дилетанты. Такой подход – это самый надёжный путь тотального распространения суржика, падения культуры речи и качества мышления. Это не что иное, как образовательная диверсия против общественного интеллекта страны.

Стране нужны профессионалы высокого уровня, а не “одномовні” патриоты. В такой ситуации всё неизбежно закончится экономической и культурной катастрофой. Но опять-таки никто при этом не замечает того, как предельно оскорбляется единственный государственный язык, который предстаёт не в качестве сложного, богатого, развитого орудия мышления и средства познания и общения для своего народа, не в качестве современной сложнейшей знаковой системы, а в виде какого-то примитива, научиться которому можно в два счёта, в виде какой-то простенькой, примитивной игры. Дескать, главное – в неё включиться, а потом уже не трудно будет по ходу дела и разобраться.

В каждом развитом языке не тысячи и даже не сотни тысяч, а миллионы слов (с учётом терминологических систем и собственных имён), хотя активный запас современного человека составляет обычно от 20 до 60 тысяч слов. Но сколько их в его памяти, которые он знает, хотя и редко употребляет! Тем не менее они оказывают огромное влияние на его мышление, определяя его интеллектуальный потенциал. Ведь первичные знания о мире представлены в словах родного языка. В них отражается весь предметный мир. И это только первый уровень познания мира – предметно-словесный. Для абсолютного большинства людей мир существует не в предметах, признаках, действиях и состояниях, а прежде всего в словах родного языка, отражающих представления человека о понятиях, реалиях, признаках, действиях и состояниях.

Все мы знаем, что мир находится в постоянном физическом и временном движении, что он непрерывно изменяется. Изменяемый и изменяющийся мир постигается уже на уровне предложений, которые отражают движение фактов, происходящее во времени и пространстве. Передаваемые факты могут быть реальные или нереальные, возможные или невозможные, желательные или нежелательные и др. Они могут утверждаться или отрицаться. В науке о языке с этим связаны понятия «модальности» и «предикативности», которые отражают отношение содержания речи к действительности. Предложения передают отдельные мысли – простые и сложные, отражая тот или иной вид обусловленности между фактами реального мира. Они представляют те синтаксические структуры, при помощи которых можно передать соответствующие мысли. Словарь языка даёт неподвижную картину мира, в то время как предложения отражают меняющуюся его картину. По словарю народа, в том числе и терминологическим системам, можно судить о том, какие реалии и понятия были и являются актуальными для жизни народа, по структурам и содержанию предложений можно судить о принципах и характере построения мыслей в его языке. Предложения – это мир бесчисленных мыслей. От простейших до самых сложных.

Родной язык – это способ и форма отражения мира. Сколько на Земле языков, столько и вариантов отражения действительности. Для разных народов характерна неадекватность мышления из-за различий и ограниченности их языков. Как бы советское языкознание ни критиковало Лео Вайсгербера и Бенджамена Уорфа, они довольно убедительно показали, что разные языки представляют разные картины мира, которые определяются умственным состоянием народа и уровнем развития их языков. Существование различных языков даёт возможность взглянуть на мир глазами разных народов, сравнить его, сопоставить, а значит более глубоко и адекватно его познать.

Кроме того, реальная действительность постигается на основе опыта и менталитета всего народа, носителя языка. Использование чужого языка вносит различные дополнительные трудности в процесс познания, связанные с чужим, незнакомым опытом освоения мира, нашедшем отражение в чужом языке. Когда-то, около двухсот лет назад, В. Гумбольдт высказал мысль о том, что родной язык – это сеть, наброшенная на мир. Что смогла она накрыть, то человек способен понять, что же осталось за её пределами, то для него недоступно и остаётся за пределами его сознания. Но возможно, что отсутствующее в родном языке присутствует в чужом. Поэтому языки в процессе познания мира дополняют друг друга и уже поэтому ни один из них не должен отвергаться.

Предложение – более сложная единица языка, чем слово. Освоить многочисленные структуры предложения, выработанные речевой практикой народа в течение столетий и даже тысячелетий, и активно ими пользоваться – дело весьма сложное даже в родном языке и почти не выполнимое – в чужом. Оно по силам, пожалуй, лишь отдельным, особо одарённым людям, многие из которых обычно профессионально занимаются языком. Это писатели, поэты, языковеды, журналисты, учителя, т.е. те люди, ежедневным основным профессиональным орудием которых является слово и язык в целом. Структурами предложений родного языка человек начинает овладевать с юного возраста, а после становления его языкового поля мышления, через какое-то время он подсознательно, спонтанно начинает всё чаще пользоваться даже самыми сложными из них, когда каждая мысль автоматически вызывает соответствующую речевую структуру.

Если учесть, что форма речи должна соответствовать содержанию, а содержание – форме, то нужно признать, что сложную, глубокую мысль с различными видами обусловленности можно передать только адекватной формой. Пользуясь чужим языком, это сделать сложно, а для подавляющего большинства людей невозможно. При мышлении на чужом языке человек вынужден постоянно отвлекать значительную часть интеллектуальной энергии от содержания мыслей и направлять её на сознательное формирование речевых структур. Поэтому мышлению на чужом языке неизбежно присущи усреднённость, упрощённость, примитивизм.

Несомненно, что словарным запасом человека определяется уровень его мышления. Чем богаче словарь, тем богаче и разнообразнее мышление, тем легче сформулировать и передать свои мысли, их оттенки, чувства и движения души. В 70-е годы прошлого века в Словарном секторе Института языкознания Академии наук СССР в Ленинграде, где составлялись все академические словари, было представлено на карточках 5 млн. слов русского языка. Объяснялись их значения, указывались все их характеристики, приводились примеры употребления в речи. Вдумайтесь, 5 млн. слов! И это без собственных наименований. А ведь собственных имён в любом языке в несколько раз больше, чем нарицательных. Собственные имена – это и мировая география, и история, и звёздное небо, и антропонимы, например, имена представителей той мировой сокровищницы, которую мы называем всеобъемлющим словом культура, и т.д. и т.п. По мнению известного специалиста в области ономастики проф. Ю.А. Карпенко, собственных имён в русском языке на три порядка больше чем нарицательных. Кроме того, собственные имена – это неисчерпаемое средство для выражения личной оценки и различных коннотативных характеристик. Это убедительно показано в работах Е.С. Отина, В.М. Калинкина и других исследователей. Вдумчивый читатель понимает, что полного словаря русского языка нет и быть не может – по той причине, что если его издать, то им из-за его объёма невозможно будет пользоваться. Это будут сотни томов. Поэтому словари всегда издаются с учётом их назначения: словари общеупотребительных слов, словари терминов конкретных наук, учебные словари и т.д. Только для того, чтобы бегло познакомиться со всеми словами русского языка, не хватит человеческой жизни. А чтобы научиться ими ещё и пользоваться – сколько для этого понадобится времени? Неисчерпаемость – одна из основных черт родного языка. Кроме того, чтобы освоить язык на словарном уровне, достаточно запомнить слова и их различные семантические связи и отношения (например, синонимические, антонимические), но этого – извините за каламбур – совсем недостаточно, чтобы владеть языком.

По крайней мере, его следует ещё освоить на уровне грамматических структур словосочетаний и предложений, которые в каждом языке свои, специфичны. Но чтобы это сделать, мало знать теорию, изучив соответствующие правила, положения и синтаксические законы. Ещё нужно вдумчиво, аналитически прочитать десятки тысяч страниц образцовых литературных текстов разных стилей и жанров, чтобы познакомиться с разнообразными структурами предложений применительно к конкретной ситуации речи и с учётом её содержания, что, естественно, не по силам никому, кроме профессиональных языковедов, писателей, или тому, кто не один десяток лет изучает язык с детства, для кого он родной. Так что изучение родного языка – длительный и весьма сложный процесс. Дело всей жизни. Каждому человеку нужно научиться чувствовать его слова, чтобы не только ими пользоваться в любой речевой ситуации, но и быстро узнавать их в чужой речи в любых сочетаниях. Необходимо освоить речевые структуры и умело автоматически ими пользоваться, чтобы развивать мышление, обогащать себя знаниями, творчески и успешно работать.

Здесь обращается внимание лишь на два уровня языкового отражения действительности – словесный и предложенческий. Но существует ещё и текстовой уровень, представляющий собой высшую и завершённую языковую картину мира (на определённый момент его исторического развития), в которую органически входят и словесная, и предложенческая составляющие. Языковая картина мира народа на уровне текстов отражает все культурные, этические, интеллектуальные и духовные достижения народа. Историческая культурная деятельность любого народа – это, по сути, история его речевой деятельности, ибо в жизни отдельного человека и народа нет ничего, что находилось бы вне родного языка, что могло бы без него обойтись. В течение всей сознательной жизни человека происходит непрерывное языковое освоение мира и у каждого накапливается, помимо слов и моделей синтаксических структур, значительный арсенал таких средств, которые, хотя и имеют какое-то соответствие в других языках, но на другие языки адекватно не переводятся. Например, богатейшие фразеологические средства, составляющие в этом отношении специфический фонд родного языка. Не имеют адекватного спонтанного перевода на другие языки и накопленные поэтические средства освоения мира, которые предельно отшлифованы в родном языке и которых, в частности, в русском языке благодаря богатству русской литературы необозримые россыпи.

Такой материал используется народом в качестве готовых выразительных смысловых блоков – изящных по форме и глубоких по содержанию, способствующих активизации мышления, аргументации и доказательности, развитию эстетического вкуса, общественной и личной нравственности. Для примера приведем такие строки: Служить бы рад – прислуживаться тошно (Грибоедов); Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно (Лермонтов); Успокойся, смертный, и не требуй правды той, что не нужна тебе (Есенин); Так мало пройдено дорог – так много сделано ошибок (Есенин); Пока свободою горим, Пока сердца для чести живы, Мой друг, отчизне посвятим Души прекрасные порывы (Пушкин); Мысль изречённая есть ложь (Тютчев); Хвалу и клевету приемли равнодушно И не оспоривай глупца (Пушкин); Мороз и солнце – день чудесный (Пушкин); Не потому, что сердцу больно, а потому, что есть оно (Никитины); Если друг оказался вдруг и не друг, и не враг – а так (Высоцкий); Мир без начала и конца, нас всех подстерегает случай (Блок); Были когда-то и мы рысаками (Апухтин)… Кладезь духовных сокровищ русского языка неисчерпаем. Но главное, что все эти культурно-речевые средства являются не только прекрасным материалом для мышления, это эффективное средство, дающее мощнейший толчок ассоциативному мышлению, стимулирующие его, выступая в качестве надёжного литературного аллюзивного импульса, позволяющего каждому интеллектуально развитому, образованному человеку, прочувствовать особую прелесть процессов мышления и познания. Это база знаний, которая позволяет каждому человеку вести разумную жизнь и творчески плодотворно работать. Поэтому переход на чужой язык – это психологическая и интеллектуальная катастрофа для личности, катастрофа для народа и страны. К сожалению, решительные борцы с родным языком сограждан, не отягощённые знаниями, об этом даже не подозревают.

Несомненно, языковая картина мира, представленная на чужом языке, вызывает интерес, и причём не только у лингвистов. Особенно если народ, носитель данного языка, добился значительных успехов в освоении мира, в развитии науки и техники, культуры и литературы. Именно ради этого и изучают чужие языки. Источником интереса к любому языку являются прежде всего созданные на нём интеллектуальные, духовные, научные и художественные ценности. Если их нет или они весьма и весьма скромные, то ни у кого не будет никакого интереса и к языку. Совершенно не эффективными окажутся репрессии, приказы, угрозы. Они не помогут. Чтобы горел костёр знаний, ему необходим свой хворост. Языковое насилие может лишь погасить у граждан и в первую очередь у молодёжи желание к саморазвитию и тем самым обречь страну на прозябание.

Если кто-то недопонимает, что такое родной язык и какое место в его личной жизни занимает языковая картина мира, создаваемая и развиваемая на родном языке в течение всей его жизни, то вовсе не значит, что он этого никогда не поймёт. Знание двух сотен слов чужого, пусть даже и понятного языка, иногда даёт основание некоторым неосторожным людям делать легкомысленное заявление, что, дескать, им всё равно, каким языком пользоваться – родным или параллельно используемым чужим, – они, мол, их оба знают. Не знают, а понимают чужую речь, причём примитивную, всего лишь на бытовом уровне! Но мыслить на данном языке они не могут. Перед нами ситуация, когда человек пользуется двумя языками: на чужом понимает собеседника, а на родном мыслит, но он, наивный, уверен, что владеет двумя языками. За такую несерьёзность придётся вскоре расплачиваться. Сопоставляя то, что человек знал в своём языке, с тем, что он знает сейчас, перейдя на чужой, он поймёт, что ограблен из-за собственного легкомыслия. Опрометчиво поменяв свою языковую картину мира на чужую, каждый, кто окажется в подобной ситуации, вскоре обнаружит в новом приобретении вместо слов сплошные дыры на месте реалий, предметов, понятий, наименования которых были ему известны в родном языке. Без слов нет знаний, нет мысли, а без точных слов-терминов нет научного мышления. И тогда в его речи вместо таких привычных для него полнозначных слов-идентификаторов в лучшем случае появятся их протезы-заменители типа вещь, штука, штучка, штуковина, хреновина, ерундовина, фиговина, чертовина, в худшем же – вообще никаких слов, ни их протезов. А это всё создаёт языковое бездорожье и интеллектуальную беспомощность. У человека появятся тысячи и тысячи безымянных предметов, качеств, свойств, и теперь он наконец осознает, что превратился в полунемое, беспомощное существо. И каждый, даже самый беспечный человек неизбежно поймёт, что его личная языковая картина мира в родном языке несопоставимо богаче. Потому что она накапливалась им в течение всей его сознательной жизни. Так, через шишки и спотыкания к нему неизбежно придёт полное осознание важности и незаменимости родного языка.

И наконец мы подошли к основному вопросу. Проблема родного языка и его функционирование тесно связаны с развитием многонациональной страны и её народа, она неизбежно рано или поздно определит, будет ли вообще существовать данная страна или она обречена, так как ни один народ, образующий её население, не смирится с гибелью своего языка. Родной язык – это интеллектуальное, духовное и психическое зрение и здоровье народа в целом и личности в частности. Только равноправие языков гарантирует многонациональной стране полноценную творческую жизнедеятельность. Как ковёр-самолёт изменил представление народа о расстоянии и возможностях его преодолевать, так и родной язык изменил представления человека и народа о возможностях самопознания и постижения окружающего мира. Если человек переходит на чужой язык, то он строит свою речь из слов и других единиц языка, а значит, она никогда не может быть творческой, ибо в этом случае речь отстаёт от мысли, интеллектуальные и волевые усилия тратятся на языковое оформление и человек довольствуется малым. Когда в родном языке сочетаются слово как значимая единица и реалия (предмет) окружающего мира, то их объединяет в одно целое ещё и ассоциативная связь, устанавливаемая между ними, под воздействием которой формируется личное представление человека о данном предмете (понятии), которое закрепляется в его сознании при помощи средств родного языка. Т

аким образом в данном случае в сознании человека находят отражение по крайней мере четыре фактора: реалия (предмет или понятие), соответствующее слово, ассоциативная связь между ними и субъективное представление об этой реалии (предмете или понятии). И всё это объединено и закреплено родным языком. Когда же человек обращается к чужому языку, то запоминает слово (чужого языка) и его значение. Ассоциативная же связь и личное представление о данном предмете у него остаются на родном языке. Как отмечал ещё В. Гумбольдт, «речь не строится из предшествующих ей слов, а, наоборот, слова и предложения появляются в речи» в результате психической реакции на содержание и речевую ситуацию. Они вычленяются из речи. Именно поэтому, пользуясь чужим языком, человек на нём не мыслит, он постоянно контролирует свою речь и переводит на него с родного языка, от которого он не в состоянии полностью отмежеваться, ибо язык проявляется автоматически, спонтанно, без каких-либо волевых и психических усилий, мгновенно. Родной язык представляет больше знаний, сведений и возможностей. Так на подсознательном уровне автоматически происходит естественный выбор орудия и средства мышления, и им из каждых ста случаев во всех ста становится родной язык, как установившаяся основная форма. Мышление каждого человека с детства настроено на родной язык. При любой попытке непринуждённой творческой речевой деятельности в сознании человека автоматически появляются слова родного языка. И только благодаря волевым усилиям, т.е. отвлекаясь от творческого мышления, по волевому принуждению, он начинает переводить их на чужой язык.

Когда в родном языке сочетаются слово как значимая единица и реалия (предмет) окружающего мира, то их объединяет в одно целое ещё и ассоциативная связь, устанавливаемая между ними, а также личное представление человека о данном предмете, уже закреплённое в его сознании при помощи личного опыта и средств родного языка, чего нет, когда он обращается к чужому языку. В этом случае человек запоминает слово (чужого языка) и его значение. А личное представление о данном предмете у него остаётся на родном языке. Поэтому, пользуясь чужим языком, человек на нём не мыслит, а переводит со своего родного языка, от которого он не в состоянии полностью отмежеваться, так как родной язык проявляется автоматически, без каких-либо волевых и психических усилий, мгновенно. Он изучался человеком в течение всей его жизни, поэтому представляет больше знаний, сведений и возможностей. Так на подсознательном уровне происходит естественный выбор орудия мышления, и им из каждых ста случаев во всех ста становится родной язык, как основная форма мышления личности.

За многовековой период исторического развития народа на основе опыта и знаний многих поколений в родном языке народа создаётся определённое мировоззрение, отражающее и выражающее духовные качества народа. Родной язык с детства привязывает каждого человека к окружающему миру, представляя его умственному взору картину окружающей действительности – в том объёме, в каком тот или иной человек владеет родным языком. Развивая и обогащая личные языковые знания, каждый человек таким образом неизбежно накапливает общие знания об окружающем мире.

Причём он усваивает как истинность, так и ошибочность этих знаний, которые обусловлены достоинствами и недостатками родного языка. Родной язык, словно опытный гид, сопровождает каждого человека в течение всей его жизни, показывая и объясняя ему окружающий мир. Умственное состояние народа обусловлено уровнем развития его родного языка, возможностями последнего адекватно и полно отражать мир. Чего нет в языке человека (или народа), того нет и в его мышлении. Таким образом, родной язык «описывает вокруг народа и личности круг, из пределов которого можно выйти только в том случае, если вступаешь в другой такой же круг» (В. Гумбольдт). Но при этом никто не может отмежеваться от своего круга, который постоянно будет влиять на речевое поведение и на качество речи.

В связи с этим знание других языков – это появление новых точек зрения на мир, дополнительных возможностей, это знакомство с другими мировосприятиями и мироистолкованиями, когда можно корректировать и уточнять те знания о мире, которые получены при помощи родного языка. Гносеологические недостатки родного языка постигаются и исправляются благодаря достоинствам чужого, а недостатки чужого – благодаря достоинствам своего. Поэтому борьба с другими языками – это мракобесие и тягчайшее преступление, особенно когда это языки своих же сограждан.

Человек не просто мыслит, используя тот или иной язык, – такое понимание слишком примитивное, – всё его мышление как орудие познания и освоение мира подогнано под структуру и систему родного языка. Каждый видит и объясняет окружающий мир через очки родного языка. Но так как к зрелому возрасту он имеет уже накопленный запас знаний, определённые взгляды и оценки, то у дилетантов от языка создаётся ложное впечатление, что родной язык здесь ни при чём. Дескать, для этого можно использовать любой язык. Однако вся система знаний, умений и возможностей каждого человека не только основана, но и функционирует на родном языке. На нём человек творчески мыслит, а на чужом он способен лишь информировать. Потому что чужого языка он не чувствует, а на то, чтобы чувствовать родной язык у него ушла вся предыдущая жизнь.

Так что родной язык – это уникальное, незаменимое средство в жизни и деятельности каждого человека, орудие его мышления и познания.

Какая цель стоит перед гражданами молодых и независимых стран, образовавшихся на постсоветском пространстве? Неужели всеобщий и повсеместный переход всех граждан разных национальностей на государственный язык и его всемерное изучение и развитие? Неужели в этом и состоит их основная задача? Но ведь язык не самоцель для страны и народа. Люди создают государства не ради языка какой-то титульной нации. У каждого народа многонациональной нации есть свой родной язык, который используется этим народом, чтобы развивать и улучшать свою жизнь и растить детей достойными гражданами своей страны. Целью государства и ориентиром для деятельности его властей должно стать всемерное содействие всем гражданам, независимо от их национальности и родного языка, учёт их интересов, повышение уровня их благосостояния, формирование и развитие личности, создание благоприятных условий для достойной человеческой жизни и укрепление уверенности в завтрашнем дне. Если этого хотят и сами граждане, то им следует навсегда отказаться от помощи агрессивных дилетантов, всех тех борцов с языками, которые пристроились ловко спекулировать политическими разногласиями и своей ненавистью к России.

Чтобы любая многонациональная страна успешно развивалась, нужно никому из её граждан не мешать активно и свободно пользоваться теми средствами мышления (языками), к которым они привыкли с детства и с которыми у них связаны наибольшие успехи. Именно об этом в первую очередь должно позаботиться молодое государство, если оно хочет стать жизнеспособным.

При взвешенном, объективном подходе к оценке языковой ситуации очевидно, что патриотизм той части населения, которая активно пытается в полифоническом обществе предоставить неограниченные возможности развития и применения только языку своей национальности, сократив при этом или вообще запретив использование языков своих сограждан, – такой патриотизм точнее было бы назвать национальным эгоизмом. Он ведёт в тупик. Он тормозит развитие не только образования, науки и культуры, но также экономики и производства, предельно мешает развитию государства, не говоря уже о каком-то процветании, порождает этнические и языковые конфликты и препятствует созданию единой политической нации, объединённой общностью целей, задач, планов и стремлений. А ведь последнее – необходимое условие для успешного развития любой многонациональной страны. Цепочку таких взаимосвязанных и взаимообусловленных явлений, как народ – родной язык – мышление – менталитет – культура, нельзя не то что разорвать, но даже видоизменить без катастрофических последствий для страны и её населения. Эта цепочка применительно к многонациональной стране может выглядеть только так: нация – родные языки народов, её образующих, – мышление – менталитет – культура. Единая политическая нация многонациональной страны формируется лишь в том случае, когда родные языки её граждан, обеспечивая высокий уровень мышления, формируют единый менталитет и общую культуру. И действуют в стране на основании общих целей и планов. Или, по крайней мере, когда они не воюют друг с другом. Этическая, культурная и гуманитарная неготовность политических лидеров решать языковые проблемы, предельно пагубна для народа и существования страны.

Языковые требования граждан всегда законны, если они соответствуют правам и свободам человека, но они противоестественны и неуместны, если ведут к нарушению чьих-либо языковых прав и свобод. Поэтому при решении вопроса о языках каждый человек может высказываться только о судьбе родного языка. Пока он требует прав для него, его требования священны, но когда он начинает требовать запретить язык сограждан, то эти требования становятся уже противоправными, противоестественными, так как направлены не на соблюдение основных прав человека, а на установление бесправия для сограждан, а значит, на усиление конфронтации в обществе. Поэтому они должны пресекаться в законодательном порядке. В любом гражданском обществе, тем более в демократическом, никто не нуждается в особом разрешении пользоваться тем, что принадлежит ему от рождения, что получил он в наследство от многих поколений своих предков. Каждый народ имеет полное право свободно пользоваться родным языком. И ничьё разрешение для этого ему не нужно, как не нужно ему ничьё разрешение, чтобы дышать.

Всем тем людям, которые наделили себя полномочиями решать, какие из языков могут употребляться в стране, а какие не имеют на это права, следует наконец понять, что никто из их сограждан никогда не смирится с нарушением своих языковых прав, а значит, ни о каком формировании единой нации и единого государства не может быть и речи.

Несомненно, в демократическом обществе каждый человек должен быть свободным, но реально это может произойти только в том случае, когда он будет осознавать, что его личная свобода заканчивается там и тогда, где и когда его действия приводят к несвободе других людей. И пока граждане той или иной страны не осознают этой истины, они ничего не построят, а все их попытки строительства будут вести лишь к очередным разрушениям.

 

 

Владимир Филатов —
кандидат филологических наук, доцент.
Сергий Коновалов – доцент

 

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Учитель, пред именем твоим…

Николай ФЕДОТОВ

Неделя анонсированных байопиков

Сергей СЕРГЕЕВ

Всё наладится, всё

Борис ВАСИЛЬЕВ