Закон бывшей Украины, названый для краткости «О реинтеграции Донбасса», окончательно вступил в действие 24 февраля. А днем раньше, 23 февраля, на Донбассе вновь произошла трагедия. Под городком Докучаевск, в 25 километрах к югу от Донецка, украинские военные расстреляли санитарный автомобиль. По машине с красными крестами выстрелили противотанковым управляемым снарядом.
Попадание по движущейся цели было неизбежным. Затем место, где горели обломки автомобиля, обработали еще и минами калибра 120 миллиметров.
На месте погибли три человека: раненый заместитель командира одного из батальонов армии ДНР, его везли в Докучаевск для оказания медицинской помощи, и вместе с ним — санитарный инструктор и водитель машины.
Сколько случаев, похожих на этот, было за почти четыре года боевых действий, сложно сосчитать.
На вступление в силу закона «О реинтеграции Донбасса» отреагировали в разных местах, в том числе и в российском Министерстве иностранных дел. На этот счет вышел комментарий Департамента информации и печати МИД России.
Закон, принятый киевской властью, в Москве назвали скандальным и отметили, что «росчерком пера глава Украины, по сути, подписал приговор Минскому «комплексу мер». Констатация, конечно, правильная. Но вот вывод, следующий из этого поворота сюжета, опять мутный.
«Практическое применение этого закона, — сказано в заключение комментария Департамента информации и печати внешнеполитического ведомства России, — грозит рисками серьезной эскалации обстановки на Юго-Востоке Украины. Надеемся, что ее западные кураторы отдают себе отчет в этом и сумеют употребить имеющееся у них влияние на Киев, чтобы не допустить претворения в жизнь гибельного для украинской государственности сценария, чреватого непредсказуемыми последствиями для европейской стабильности и безопасности».
«Юго-Восток Украины» — тут, конечно, снова расшаркивание перед приверженностью пресловутому тезису территориальной целостности этого недогосудрства.
Потому и дальше так же логично, что в Москве не только об украинской государственности, но и о спокойной жизни ее западных кураторов, как и о европейской стабильности и безопасности, заботятся больше, чем они сами и сама Европа.
Правда, можно предположить, что здесь содержится и скрытое предостережение Западу: если, мол, с Киевом ни о чем не удастся договориться, то Россия по отношению к Донецку и Луганску вынуждена будет поступить так же, как в отношении Абхазии и Южной Осетии.
Но это — предположение, в действительности же на Донбассе и с Донбассом пока ничего не меняется. Позиционная война с гибелью людей и нескончаемыми обстрелами мест проживания гражданского населения как шла, так и идет своим чередом.
В сущности, форма и содержание боевой операции, проводимой против республик Донбасса, с принятием закона «О реинтграции» меняются мало.
Боевые действия, покуда они назывались «Антитеррористической операцией», велись с участием не только полицейских или специальных подразделений, но и войск, с применением армейского оружия общевойскового боя, то есть были равнозначны войне. И высшей командной инстанцией в «АТО» все время был президент бывшей Украины как верховный главнокомандующий ее вооруженных сил.
Формально только главными ответственными за операцию против «террористов», как это принято в других сходных случаях, было назначено не военное ведомство с его командно-штабными структурами, а служба, отвечающая за государственную безопасность, вместе с министерством внутренних дел.
С преобразованием «АТО» в так называемую «операцию объединенных сил» форма, кое в чем отличавшаяся от своего «наполнения», теперь полностью приводится в полное соответствие с ним.
Хотя, как это также бывает при схожих пертурбациях, для практического переформирования бывшей «АТО» в ее двойника — «ООС», предусмотрен переходный период. Срок ему отведен до 1 апреля 2018 года. За несколько предстоящих недель Министерство обороны бывшей Украины, Генеральный штаб ВСУ, СБУ, Министерство внутренних дел должны представить свои соображения о дальнейшем проведении операции. Заодно они и отчитаются, что к тому времени уже будет сделано по их линиям в свете положений закона «О реинтеграции Донбасса».
Что именно будут докладывать ведомства, отвечающие за ведение «ООС», станет известно уже скоро, но, говоря образно, все сводится к тому, что в тлеющий костер войны будут подбрасываться все новые порции дров. И так же ясно то, что название, форма и суть закона, начавшего действовать на бывшей Украине с 24 февраля, не оставляют места ни для каких соглашений Киева с ДНР и ЛНР.
Но если не предвидится согласие, которое, как известно из классики, есть продукт, появляющийся при полном непротивлении сторон, тогда будет идти противоположный процесс. Он и идет. Только те, кто подстрекает к нему киевскую власть, более публично действуют на другом направлении, протянувшемся вдоль южных широт — от Ближнего Востока до Корейского полуострова. Америка пока громче всего шумит там.
Но наряду с этим и под создаваемый шумок западные покровители киевской власти не забывают посылать знаки поддержки и ей. Например, известно, что в Германии, в укромном месте между городами Кельн и Бонн, создается еще один центр военного командования НАТО. Это учреждение будет специально предназначено для отражения российской угрозы странам Восточной Европы.
Новоиспеченная военная структура альянса сильно не рекламируется, но Киев о том, что делается, конечно, осведомлен и происходящее мотает на ус. В том смысле, что он занимается тем же самым и делает это как по науськиванию своих содержателей, так и по собственному жгучему желанию. Недаром же официальные представители бывшей Украины по каждому сколько-нибудь подходящему случаю внушают европейцам и американцам, что они — последний форпост Западной цивилизации, поставленный самой географией для ее защиты от азиатской орды.
Россия, поставленная пред перечисленными фактами, также вынуждена кое-что предпринимать. Заметно перевооруженная 58-я армия выдвинута к границам бывшего украинского государства и на юг, где недавно под Майкопом провела учебные артиллерийские стрельбы со сценарием отражения массированного наступления противника.
Но военные передислокации, маневры, стрельбы — все это предпринимается по линии Министерства обороны. Внешняя же политика, по-прежнему сосредоточена на Сирии. А что касается киевского направления, то тут, как и раньше, проводится только тактика, сводящаяся к тому, чтобы пересидеть и переждать. Что из этого выйдет, будет видно как-нибудь там.
Но как ни гляди, а трудно представить, будто Америка одной рукой уже в течение ближайшего месяца собирается ввести против России дополнительный пакет санкций, о чем прилюдно пообещал министр торговли США Стивен Мнучин, а с другой стороны вдруг проникнется желанием посодействовать урегулированию конфликта на Донбассе в духе взаимности.
Что, вообще, выходит из попыток остановить войну переговорными заклинаниями, снова напомнила история с Восточной Гутой. Этот пригород Дамаска площадью в 100 квадратных километров до сих пор занят исламскими боевиками. Со своих позиций они регулярно продолжают обстреливать сирийскую столицу.
С 27 февраля там вступила в силу так называемая «гуманитарная пауза», введенная по инициативе президента России. На «пробивание» этой инициативы в ООН были брошены главные силы российской дипломатии. Цель как будто была достигнута. Еще в прошлую пятницу, 23 февраля, Совбез ООН единогласно принял резолюцию о введении в Восточной Гуте периодического режима тишины.
Объявленная «пауза» заключается собственно в том, что начиная с 27 февраля на протяжении ближайших 30 суток на территории Восточной Гуты в определенное время суток, с 11 часов утра до 14 часов по местному времени, должен действовать гуманитарный коридор. По нему гражданское население этого предместья Дамаска могло бы выходить из зоны боевых действий.
«Коридор» представляет собой согласованный с боевиками маршрут, проходящий среди кварталов Восточной Гуты, который они в течение времени, означенного в решении Совета Безопасности ООН, обязались не обстреливать.
Но уже в первый день «гуманитарной паузы», 27 февраля, выход из Восточной Гуты как раз с 11 часов утра оказался под огнем боевиков, а в 13 часов дня исламисты пошли еще и в атаку. Это привело к тому, что за первые сутки гуманитарного мероприятия им не смог воспользоваться ни один мирный житель Восточной Гуты.
Такая же ситуация повторилась и 1 марта: «коридор» вновь не открылся из-за обстрелов со стороны джихадистов.
Из международной политики никуда не исчезла та закономерность, что любая терпящая неудачу или сталкивающаяся после как будто всех достигнутых договоренностей и согласований с очевидным противодействием, а то и открытым игнорированием инициатива бьет по репутации инициатора и ослабляет его общие позиции.
Так и на Донбассе — «гуманитарная пауза», если вести ее отсчет еще с «Минска-1», вступившего в действие 5 сентября 2014 года, тянется уже три с половиной года. Но тогда и на памятниках людям, погибшим за это время, следует указывать, что погиб не на войне, а в режиме «прекращения огня»?
Разве что для Восточной Гуты «пауза» длиной в 30 суток понадобилась для того, чтобы зачистить местность от боевиков-джихадистов, как это было сделано в Алеппо. Однако на Донбассе «гуманитарный коридор» протяженностью уже в несколько лет никого не уводит из зоны огня, а сам уходит в дурную бесконечность.
И уж этому альтернативы точно не видно.
Тем временем специальный представитель США по бывшей Украине снова собирается на встречу с Владиславом Сурковым. Очередное рандеву двух уполномоченных назначено же на март.
Однако несколько дней назад, выступая в Центре национальных интересов США, известном еще как Никсоновский центр, так как он был основан еще в 1994 году здравствовавшим тогда 37-м президентом Америки, Волкер опять показал, зачем его извлекли из Института Джона Маккейна и послали заниматься территорией, подконтрольной киевской власти.
Волкер пообещал, что Россия «больше никогда не будет завоевывать эту территорию». И это потому, что «мы (то есть, Соединенные Штаты — И.С.) работаем над усилением обороной способности Украины». А чуть позже, уже на своей странице в Twitter, «умиротворитель» Волкер расписался в том, что на бывшей Украине США занимаются тем же самым, что и в других похожих местах планеты: «спасают народы, устанавливают порядок и демократию».
После таких росписей, понятно, что «гуманитарная пауза» на Донбассе будет продолжаться все в том же неизменном виде. Хотя в чем она измениться, все-таки может, притом легко, так это в сторону утяжеления калибров, летящих на города и села.
В этом смысле ничего не изменила и пресс-конференция Петра Порошенко, которую президент бывшей Украины устроил 28 февраля. Было подтверждено, что Киев хочет вернуть под свою власть Донбасс исключительно «мирным, политико-дипломатическим путем», где главная роль должна быть отведена международным миротворческим силам.
На простой язык это переводится просто. Украинская сторона и дальше будет стрелять и убивать, но называть это миром. А любой предпринятый против него демарш или даже поставленный перед ним нелицеприятный вопрос Киев объявит войной.
И этот «коридор» в дурную бесконечность, если куда и уводит, так только на тропу войны.
Рассуждения на тот счет, что война против Донбасса затухнет сама собой, из-за нарастания на бывшей Украине внутренних трудностей, также сгодятся лишь для телевизионных ток-шоу или политологических сочинений. Их можно написать и на лентах венков. А венки положить на могилы погибших бойцов и мирных жителей. Но, как было спето еще о прошлой войне, разве от этого легче?
