Крымское Эхо
Архив

Я хочу быть своим среди своих

Я хочу быть своим среди своих

СИМФЕРОПОЛЕЦ О ЖИЗНИ В ГЕРМАНИИ

Анатолий Ж., наш земляк, решил вернуться в Симферополь после двенадцати лет, проведенных в Германии. Там у него было все: статус постоянного жителя, хорошая работа, квартира в центре Дюссельдорфа, Так почему же он решил уехать из такой, на первый взгляд, благополучной страны, куда мечтали бы уехать многие украинцы?

— Я остался крымчанином, мне в Крыму роднее, комфортнее, приятнее, — рассказывает Анатолий. — Мои знакомые эмигранты, из тех, кто очень хочет быть местным, впадают в ступор. Им не понять, почему человек, достигший предела их мечтаний: работа, язык, признание коллегами, обеспеченность, и т.д. — вдруг уезжает? Для них это как будто сладкий торт, который они очень хотят, но никогда не ели.

 

И в Германии
многое напоминает о Родине —
Севастопольский бульвар, например

Я хочу быть своим среди своих
Сейчас я снова в Германии, заканчиваю оставшиеся дела и забираю вещи. Я хожу по чистым улицам; да, у меня офис в центре города, квартира. Казалось бы, как-то нерационально поступаю. Да, я боюсь оказаться чужим на Родине. Знаете, когда я прочитал [url=http://www.old.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=122] вашу статью [/url] «Исповедь эмигрантки», то так много созвучного нашел моей жизни. Очень всё правильно. Только подумал: для кого это? Для таких, как мы? Но это всё настолько близко и понятно, что даже вроде и говорить ничего не надо. Для тех, кто только думает сделать этот шаг? Так это бесполезно — они не будут слушать. Для тех, кто уже живёт там? Они тоже не будут слушать, потому что тогда наступит осознание ситуации и на душе станет очень некомфортно.

Когда-то и я был такой, у меня был период, когда я думал остаться в Германии навсегда. Сейчас мне стыдно вспомнить, как, например, меня радовала инфляция в Украине, а ведь там жили друзья и родственники, родители. Но зато так я мог перед самим собой оправдать свою эмиграцию, убедить себя, что сделал правильно.

Иногда говорят, что люди, привыкшие к переездам, проще адаптируются в эмиграции. Не думаю, что это так. Я с детства привык к переездам, как в песне «Мой адрес — не дом и не улица, мой адрес Советский Союз». Моя семья всю жизнь переезжает, отец был военнослужащим. Родился в Грузии, потом Приморье (Владивосток), затем Дальний Восток и возвращение в Симферополь — место, откуда призывался отец. В Симферополе я закончил школу и университет им.Фрунзе.

Так выглядит немецкая улица после праздника»
Я хочу быть своим среди своих
С работой по окончанию университета в те, перестроечные, времена было плохо, поэтому мне пришлось уехать работать в Питер инженером. Затем вернулся в Симферополь (моё второе возвращение ), а через три года работы в Симферополе я поехал поискать счастья уже подальше, в Германию.

Там я сразу пошел на языковые курсы, через четыре месяца сдал языковой экзамен и был зачислен в университет по специальности «информатика». Кроме того, начал искать подработки, чтобы обеспечить своё существование. Мне повезло: в этот период в Германии началась компания по привлечению иностранных специалистов в область информационных технологий. Случайно попалась фирма, которой на постоянную работу требовался специалист, и они готовы были сделать мне статус постоянного жителя, который я и получил под номером «семь». Потом я послал документы в министерство образования, пересдал пару экзаменов, и мой диплом был признан, так как Симферопольский госуниверситет входит в тройку университетов Украины, чьи дипломы признаются в Германии.

 

Такое — не редкость в Германии.
Можно даже попросить чек,
чтобы потом списать услугу с налогов

Я хочу быть своим среди своих
Отношения на работе и коллеги. Зависит от того, на каком уровне социальной лестницы ты работаешь. Если ты кровельщик, токарь и т.д., то отношения на работе совершенно другие, чем если ты «офисный планктон». Так как я работал в Германии только в офисах, то могу оценить отношения коллег друг к другу только в этой области, и твердо заявить: их просто НЕТ!

Вспоминаю случаи, когда, только начав работать, я прихожу в офис, и один коллега, видя моё задумчивое лицо, очень заботливо и душевно так: «Как у тебя дела, Анатоль?». Я воспрянул духом, что хоть одному в этом мире не всё равно, как иностранцу на чужбине, и так подробненько начал рассказывать о своей проблеме. Он потом начал от меня прятаться, и тогда мне другой коллега объяснил, что на вопрос «как дела?» надо улыбнутся, и сказать: «Гут», потому что никого не интересует, как у тебя дела на самом деле! Соответственно можешь проработать десять лет с человеком, и даже не знать, женат ли он, есть ли у него дети и т.д. В этом что-то есть: пришел на работу, впал в рабочий экстаз, очнулся — уже пора домой. Кто-то к такому привыкает. А для кого-то общее бездушие и безразличие давит постоянно.

Русские эмигранты в Германии делятся на две группы:

1. Те кто «косит» под местное население. Говорят только по-немецки, дети не говорят по-русски и т.д. Как правило, это довольно жалкое зрелище. Потому что немцами они все равно не становятся, и местное население относится к ним не скрывая брезгливости, словно к конскому дерьму, боясь запачкаться. Так как сами немцы, являясь патриотами своей страны, смотрят на эмиграцию наших как на моральное падение.

Русские ребята из Тамбова зарабатывают на жизнь музыкой»
Я хочу быть своим среди своих
2. Те, кто громко кричит в магазинах по-русски, стараются много пить, дерутся на дискотеках. Эти кричат: «Я русак». Этакий сюрреалистический образ русских — не менее жалкое зрелище, они постоянно жалуются на местные порядки и нравы, и как тут плохо и т.д. На вопрос: «Если тебе так плохо, почему не поедешь обратно?» — они впадают в ступор и становятся агрессивными.

Себя я не отношу ни к тем, ни к другим. Те, кто притворяется немцем, у меня вызывают отвращение, те, кто кричит что он «русак», — жалкая пародия, вызывающая усмешку. Для меня здесь просто нет места среди «наших», наверное поэтому всё мое время было сконцентрировано на работе.

Я приведу несколько примеров разницы менталитетов, которые шокируют русского. Например, повсеместное поощряемое стукачество. Это называется «гражданское самосознание», может быть, это и есть основа порядка здесь? Мусор не рассортировал — сосед покопается в нём, найдёт письмо или газету с подпиской на твоё имя и уже звонит куда надо, и, что самое интересно, гордо так на тебя смотрит, свысока — понимаешь, какой он правильный! И высказать ему прямо, какое он чмо, нельзя: засудит.

 

Бомжи тут заботятся о собаках,
потому что на собак дают пособие

Я хочу быть своим среди своих
В Германии не принято прямо выражать неприязнь, зато в ходу «крысиные» способы борьбы: колесо проколоть или налить кислого козьего молока на вентиляцию в машине (вонь будет неистребимая). Мелко это и гадко, ниже моего достоинства. Но как хитро порою, что нашему — прямому и честному человеку — и в голову не придет.

Способы выяснения отношений без адвоката, популярные у немцев:
— козье молоко в вентиляцию в машине;
— царапанье гвоздиком борта машины или прокалывание колёс;
— отравление домашних животных;
— клей или мусор в замочную скважину.

И это всё происходит вполне в якобы цивилизованной стране!..

Особо хотелось бы сказать о немецких женщинах. Сначала небольшой экскурс в историю. Итак, 1945 год, Германия. Страны-победительницы делят страну. Мужского населения практически не осталось: либо убиты, либо угнаны в плен. В стране только женщины и мальчики-подростки лет до 12; более старшие после Победы были согнаны в гитлерюгенд и угнаны в Сибирь. Страна разрушена. Я думаю, это даёт ключ к пониманию сегодняшней действительности. Все тяготы восстановления страны, равно как и воспитание молодого поколения мужчин, легли на плечи женщин. Любое насилие расценивалось как жестокость и садизм (слово фашист сегодня здесь самое страшное ругательство, им обзывают полушепотом).

Парад геев в Кельне.
Анатолий считает, что это отвратительно:
на них смотрят дети»

Я хочу быть своим среди своих
Так что, я думаю, не удивительно, что в характере современных немецких мужчин есть, например, шокировавшая меня черта: любить посплетничать за чашечкой чая… Или наговаривать за спиной, а в лицо улыбаться. Я, по нашей прямоте, вызывал на прямой разговор — в ответ была улыбка и уверения, что у него никаких проблем с тобой нет. Зато эмансипация женщин достигла высочайшего уровня. Что это такое я толком не знал, пока не оказался в Германии. Зато научился ценить славянок. И я обращаюсь ко всем нашим женщинам: никогда не превращайтесь в этих непонятных созданий из Европы! Ни внешне, ни внутренне. Вы от этого только проиграете и мужчин своих унизите.

Вообще, в Крыму у меня отдыхают глаза. Кто там говорит, что у нас девушки одеваются вульгарно? Люди! Вы поезжайте в Германию и посмотрите на тамошних женщин! Я часто стараюсь не смотреть на немецких девушек, чтобы просто не потерять чувство прекрасного. Девяносто процентов девушек из Восточной Европы не смогут спокойно жить, если запустят себя до такой степени. А в Германии вполне нормально обтянуть футболкой жировые складки в виде спасательного круга на поясе, да и вообще одеться так, чтобы выпятить все свои недостатки, чтобы смотреть на нее было тошно.

Может, всё это и объясняет то, что в Германии выпускают столько порнофильмов, и что там так много педофилии? Немецкая эмансипированная женщина внешне — это такой экземпляр «а-ля натюрель», то есть ни капли косметики, нейтрально пахнущая, с волосами, просто висящими, как оно есть, ногти тоже, как есть (у меня и то ухоженней), всегда в джинсах или в чём попало, потребляющая исключительно биопродукты и считающая, что мир создан для нее, и вообще, что она — его ось. Это внешне, а внутренне — это полная независимость. Вроде это не плохо, но это независимость от всего: от мужчин, семьи т.д.

Статистика говорит, что каждый пятый ребёнок, рождённый во время брака в семье, не от супруга. В обычной немецкой семье почти всегда раздельные счета, супруги не знают, у кого и сколько денег, и складываются на ведение домашнего хозяйства. Если тебя угораздит жениться на местной, то ты поймёшь, что каторга — это не Сибирь, а выйти уже будет невозможно. Если разведёшься, то будешь платить пособие жене, а на алименты будут забирать столько, что создать новую семью будет просто не реально. Так здесь снижают количество разводов. Поэтому многие люди просто живут раздельно, не разводясь. Или вообще просто встречаются, но не женятся.

Я мог бы много рассказывать о разнице менталитетов, о душевном одиночестве эмигранта. Но думаю, тот факт, что я, несмотря на то, что прожил 12 лет в Германии, не утратил желания вернуться домой, говорит сам за себя. Потому что дома — это дома. Дома ты свой. Как вы писали в своей статье, эмигранты становятся «своими среди чужих, чужими среди своих», а я таким быть не хочу. Я хочу быть своим среди своих. Сейчас, заканчивая последние приготовления к отъезду, я мечтаю, что, когда всё будет позади, и я сяду у себя дома под абрикосом, открою пиво, рядом будет собака, самая большая, и мне не надо будет платить на нее налог, и я скажу себе: «Ну вот и всё, я дома!»

 

Фото предоставлены Анатолием

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Уникальный аэродром уходит с молотка

Борис ВАСИЛЬЕВ

«Добролет» прилетел в Крым

.

Таврическому национальному университету — 90!