Крымское Эхо
Поле дискуссии

И опять языковой вопрос

И опять языковой вопрос

В КРЫМУ ГОТОВЯТ ДОКУМЕНТ, СПОСОБНЫЙ ВЗОРВАТЬ ОБЩЕСТВО

В Крыму живут представители более ста национальностей и народностей — точную цифру мы скоро узнаем, когда будут подведены результаты переписи. В Конституции Республики Крым зафиксированы три государственных языка: русский, крымскотатарский и украинский. Но многие этнические группы также хотели бы, чтобы их родной язык изучали их дети, чтобы он получил развитие в республике. Министерство образования и науки РК распространяет проект нормативного акта Госпрограммы «Сохранение, изучение и развитие языков армянского, болгарского, греческого, крымско-татарского и немецкого народов (2015-2020 годы)». Вот о нем и поговорим.

Как рассказали крымские СМИ со ссылкой на сообщение пресс-службы ведомства от 16.09.14 г., Министерство образования и науки РК (Гончарова Н.Г.) разработало и распространило данный проект для его всестороннего изучения, публичного обсуждения и последующего принятия по нему решения. Согласно указанному проекту Министерство образования, науки и молодежи Республики Крым является головным.

ЧТО БЫ ХОТЕЛОСЬ ИЗМЕНИТЬ В ЭТОМ ПРОЕКТЕ?

1. В самом названии, на мой взгляд, присутствует нелогичность, неточность:

— проект амбициозно называется «Государственной программой», но носит исключительно крымский региональный характер (то есть локализованный в рамках административных границ РК; даже без Севастополя);

— он декларирует «сохранение, изучение и развитие» языков, в том числе тех народов, которые имеют условия, причем, гораздо более серьезные для сохранения, изучения и развития своего родного языка, чем это предлагают разработчики в своем проекте; эти языки культивируются в рамках своих суверенных государств. Имеется в виду Германия, Греция, Болгария и Армения;

— кроме того, сам термин «народ» имеет более 20 различных толкований, и поэтому более широкое, чем это необходимо в рамках изучения языков различных этнических групп Тавриды, его применение уже не раз приводило вместо гармонизации, наоборот, к обострению межэтнической обстановки в Республике Крым;

— тем более, что в проекте предусмотрены значительные (можно сказать, «астрономические» 6.3 миллиарда рублей) дополнительные бюджетные средства на очередную программу по изучению языков этнических групп, составляющих в совокупности менее 10% населения Крымского полуострова.

Этносы, языковые группы, составляющие «остальные» 90% крымского населения, в данный проект не внесены. Почему?

Поэтому предлагаем название проекта изложить в таком виде: «Республиканская программа «Сохранение, изучение и развитие в Республике Крым армянского, болгарского, греческого, крымско-татарского и немецкого языков (2015-2020 годы)».

2. Разработчики проекта ссылаются на указ президента Российской Федерации от 21.04.2014 года № 268 «О мерах по реабилитации армянского, болгарского, греческого, крымско-татарского и немецкого народов и государственной поддержке их возрождения и развития». При этом вновь, как это было все последние 23 года, разработчики придумывают свое (транслируют прошлое) правописание слова «крымско-татарский» — без дефиса. Тем самым разработчики проекта вновь откровенно потакают околонаучным, политиканствующим группировкам, подвизавшимся на «защите крымских татар».

Ни для кого не секрет, что вопрос об этом «дефисе» давно превратился в дежурный повод для нагнетания организованной преступной группировкой (ОПГ), «меджлисом-курултаем», вопроса о статусе «коренного народа».

Разработчики проекта, по всей видимости, до сих остаются в кильватере этих нездоровых «промеджлисовских» настроений. Более того, они сознательно транслируют данную норму в проекты нормативных актов Республики Крым, призванные гармонизировать межнациональные отношения в крымском социуме аж до 2020 года.

Причем, даже само название указа президента РФ для разработчиков проекта, извините за тавтологию, «не указ»!

Поэтому есть смысл отреагировать на «литературные вольности» разработчиков, которые появились в проекте (и не только в его названии) далеко не случайно. Тем более что крымско-татарский язык с апреля 2014 года, по решению большинства депутатов Госсовета Крыма, стал одним из трех государственных языков Республики Крым.

3. В Проекте, уже в разделе I «Характеристика состояния и проблемы, на решение которых направлена Программа», в абзацах 1, 3 (и далее по тексту) находится фраза «депортированные народы», что также не соответствует исторической правде:

— депортация – это выселение лиц, либо даже этносов за пределы государства с лишением их всех гражданских прав.

В отношении лиц армянского, болгарского, греческого происхождения, крымско-татарского этноса действительно в годы Великой Отечественной войны, по решению ГКО СССР, имело место насильственное переселение по национальному признаку в пределах СССР с сохранением их основных гражданских прав (например, конституционного избирательного права);

— насильственному переселению по национальному признаку подверглись в тот период также представители итальянской и отчасти цыганской этнических групп (попавшие в ссылку по «ошибке», так как в годы оккупации, чтобы избежать геноцида со стороны нацистов, те из них, кто владеет крымско-татарским языком, выдавали себя за крымских татар). По этому периоду истории Крыма есть достаточно достоверных источников;

— а крымские немцы вообще были эвакуированы непосредственно перед оккупацией фашистскими войсками Крымского полуострова.

Да, они попали в трудовые лагеря, за колючую проволоку. Да, они недоедали. Впрочем, как все. Но никто из них не был призван в армию, и, соответственно, не погиб на фронте. Никто из них не познал лишений и бесправия фашистской оккупации. Никто не стал коллаборационистом и т.д..

Таким образом, ни одна из перечисленных в проекте этнических общностей, ранее населявших Крымский полуостров, не была никуда «депортирована»;

Нормативные акты СССР по насильственному переселению указанных в проекте этногрупп были в свое время признаны самими госорганами власти СССР как не соответствующие нормам морали, затем отменены, а репрессированные граждане полностью реабилитированы (за исключением тех, кто совершил военные и прочие преступления в годы войны и кто не подпадал по этим и иным причинам под реабилитацию).

Таким образом, реабилитация указанных в проекте лиц и целых этнических групп состоялась. Причем – полная!

А раз так, то проект, по моему мнению, должен делать ставку не на последствия несбывшейся «депортации» и не в целях надуманной спустя 70 лет после войны и после всех реабилитационных актов СССР и РФ, в том числе президента РФ, «новой реабилитации», а на развитие и сохранение языков граждан и этнических групп, находящихся в Республике Крым в меньшинстве и поэтому нуждающихся сегодня в государственной поддержке.

Разумеется, — с главными целями: по гармонизации межнациональных отношений, укреплению дружбы между народами, более глубокому и всестороннему знанию родных языков всеми гражданами полуострова, созданию и поддержанию системы образования и культуры на родных языках.

В связи с этим возникает вопрос: отчего «остальные» 90% населения не «доросли» до подобной программы?

Чем они «хуже»?

В связи с этим, на наш взгляд, принятие подобного проекта в качестве нормативного акта должно сопровождаться аналогичными нормативно-правовыми и практическими шагами в отношении русских и украинцев Крыма.

Таких же шагов в отношении себя ждут и другие крымчане, граждане иных национальностей. Например, казанские татары, которых в Республике Крым около 50 тысяч, имеют не меньше прав, чем крымские армяне (которых около 9 тысяч) на обучение своих детей (или изучение своими детьми) своего родного татарского языка.

Тоже самое — община белорусов Тавриды, коих по последней переписи было около 30 тысяч. Они имеют такие же права, как и современные крымские немцы или крымские болгары.

Кроме того, подавляющее большинство современных крымских армян, болгар, греков, итальянцев, немцев, цыган не выселялись из Крыма. И у большинства из них не выселялись тогда же их родители и иные прямые родственники более старших поколений. Это – статистика.

То есть, фраза «депортированные народы» (причем, во множественном числе) по отношению к указанным этническим группам, населяющим сегодня Республику Крым, является профанацией, «аргументом», не соответствующим положению дел.

К слову, перед подготовкой Ялтинской (1945) конференцией стран антигитлеровской коалиции из Крыма были выселены, например, иностранные граждане Ирана, Турции и др. Вот они были точно депортированы – за пределы СССР!

В проекте же ничего не говорится об обучении их потомков на языках, являющихся государственными в указанных странах Востока.

В проекте нет никакого упоминания по развитию и поддержке образования в интересах малочисленных крымских этногрупп караимов и крымчаков. Для них будет создана отдельная Государственная (республиканская) программа?

«Да» или – «нет»?

Кроме того, вместе с указанными в проекте этническими группами, насильственному переселению с Крымского полуострова подвергались и члены семей, не принадлежащих к перечисленным в Проекте этносам. Так называемые «члены этнически смешанных семей». В основном, это русские и украинцы.

Их было несколько тысяч (примерно столько, а может и больше, сколько сегодня проживает в Крыму представителей этногрупп, включенных в проект, например, по данным разработчиков проекта, в 2001 году в Крыму проживало всего 8700 армян, 1900 болгар, 2500 немцев, 2800 греков; итого – ок. 16 тыс. чел.).

Будут ли эти лица (русские и украинцы, члены семей, сосланные в солнечную Ферганскую долину «за компанию»), не включенные в качестве «титульных» этносов проекта, и их потомки (а если «да», то в каком виде) пользоваться возможностями при реализации данного нормативного акта?

В проекте этого не видно. Значит – не будут?

Тогда совсем странно: те, кто действительно подвергся насильственному переселению, но не вошел в перечень этносов, указанных в проекте, получается, не будет иметь право пользоваться преференциями, предусмотренными проектом. И, наоборот, лица, чьи национальности внесены в перечень, но, по факту, не имеют абсолютно никакого отношения к выселению из Крыма, смогут принять участие в проекте в качестве объекта его реализации, но лишь только по принципу «крови»?!

В этом случае будут автоматически нарушены декларируемые принципы указанного проекта. Будет нарушен принцип построения в Крыму, в Российской Федерации общегражданского общества!

Все эти доводы говорят за то, чтобы изменить направленность проекта из «репрессивно-реабилитационного» в «созидательно-гармонизирующий».

Нужно создать необходимые условия для развития всех трех государственных языков Республики Крым, а не одного из них, как задумали разработчики проекта. Ведь ни для кого не секрет, что данный проект при всей его кажущейся «полифонии» имеет цель обеспечить приоритеты лишь крымско-татарскому языку и, соответственно, его носителям.

4. Отдельно необходимо отметить, что никаких достоверных результатов исследований языковых предпочтений в указанном проекте нет.

Но ведь представители всех этногрупп, указанных в проекте, проживают на территории Крымского полуострова дисперсно. Особенно это касается армян, болгар, греков и немцев. Большинство этих граждан выбирало образование своим детям на русском языке.

Поэтому, как минимум, непонятно наличие в мероприятиях проекта строк: «Строительство, реконструкция дошкольных образовательных организаций», «Строительство, реконструкция общеобразовательных организаций».»

Это значит, что для дисперсно проживающих по Республике Крым этногрупп, указанных в проекте, будут строить новые объекты воспитания/образования.

В связи с этим предвидим острые конфликты родителей детей, особенно дошкольного возраста, которые, подчеркну, по национальному признаку не смогут отправить в близлежащий и новый (!) «этносадик» своего ребенка лишь потому, что его дитя «не той национальности».

В школах будет близкая ситуация. В общеобразовательных заведениях республики уже сложилась практика – его статус, в том числе язык обучения определялся не чиновниками (а они, кстати, все последние 23 года пытались это делать под нажимом националистов и экстремистов всех мастей), а по свободно написанным и независимо ни от кого поданным, личным заявлениям родителей учащихся или старшеклассников. Такие заявления подавались, как правило, перед началом учебного года или в самом его начале.

Таким образом, статус и язык обучения вновь построенного объекта общего (среднего) образования в Республике Крым определялся лишь после (!) сдачи данного объекта в эксплуатацию. Не раньше.

По смыслу же проекта при его реализации теперь будет все наоборот. Очень странная позиция Министерства образования и науки Крыма.

В связи с этим, по данному пункту просим Комитет по образованию и науки ГС РК выразить свою позицию.

Это касается сотен тысяч школьников Тавриды!

У многих родителей учащихся упомянутых в проекте этногрупп и, что необходимо подчеркнуть, в большинстве своем (!) живущих в этнически смешанных семьях, есть желание обучать своих детей родному языку лишь в качестве предмета (либо даже факультативно), но не в качестве языка воспитания/обучения. В проекте, наоборот, говорится о школах (ДУ) и классах (группах) с языком обучения/воспитания!

Это тоже статистика, причем, проверенная на практике за последние две пятилетки. Причем эта практика оправдала себя, например, и в московских школах. А они, кто бы что ни говорил, по ряду объективных факторов являются образцовыми.

Почему разработчики проекта самостоятельно сделали выбор за родителей и их детей? Кто дал им на это право? И кто даст в последующем на этот произвольный шаг (от слова «произвол») из госбюджета 6.3 млрд народных рублей?

«Национальные» школы по Крыму в основном желали те граждане из крымских татар, которые либо проживали компактно, либо, нередко, под воздействием ОПГ «меджлис-курултай», в том числе путем обмана и угроз. Проживая диспресно, эти родители ратовали за «школы» в ущерб «национальным классам» в уже существующих рядом с их домами учебных заведениях.

Кроме того, в крымских условиях это резко увеличивает расходы на подвоз детворы коммунальным транспортом, растягивает и без того длинный учебный день воспитанника (школьника). Но эти средства могли пойти на разрешение более актуальных проблем, упростить жизнь детям и взрослым.

Как пример — «непримиримая» позиция национал-озабоченной (и стимулируемой ранее националистами) дирекции ОШ №43 в поселке Комсомольское (Симферополь), ратующей и инициирующей подвоз школьников в «украинские» классы в свою школу из сел Родниковое (Евпаторийское шоссе, плечо – ок. 6 км), притом, что в Родниковом есть ОШ. И даже из с.Перевальное (Ялтинское шоссе, плечо – ок. 40 (!) км), притом, что и в соседнем с Перевальным селом Доброе, да и в самом Симферополе, которые ежедневно проезжал автобус, идущий в ОШ №43, как мы понимаем, школы имелись. Такая «целевая» трата средств до последнего времени не волновала Министерство образования и науки Крыма.

Не будем уходить и от такого вопроса, что в так называемых «национальных» школах Крыма сложилась практика, когда их руководство, как правило, было прерогативой экстремистских, радикальных сил, которые под видом «национально-культурных обществ и общин» диктовали местной власти, кто и на каких должностях будет работать в этих заведениях.

Горячий пример: сегодня из «крымско-татарских национальных» школ компетентные органы «выгребают» запрещенную в том числе экстремистскую литературу. Похожие события происходят в Танковском лицее-интернате для одаренных детей (Бахчисарайский р-н), который, кстати, по документам не является «национальным» — но все дело в «практике». В указанном интернате также «сложилась практика», что занятия там ведут преподаватели-турки, у которых подчас нет законных оснований для пребывания на территории Крыма, России.

Здесь не в последнюю очередь сказывается тот факт, что вместо должного контроля за учебным процессом Министерство образования и науки Крыма передоверило свои функции директорам «национальных» учреждений указанного министерства. Изменит ли проект отношение чиновников к данному вопросу, пока неизвестно.

Сейчас порядок вроде бы начали наводить, но ценой этого стали политические заявления на Западе, в том числе официальных лиц, «об ущемлении крымских татар».

В связи с этим также непонятно, кто и по каким соображениям (критериям) ввел в проект следующую строку: «Содействие созданию попечительских советов (джемиет-хайрие) при дошкольных и общеобразовательных организациях».»

Что такое «джемиет-хайрие»? В проекте нет точного перевода данному термину, нормативно не обозначена также его концепция и оригинальность, нет и утверждения, что это словосочетание эквивалентно «попечительскому совету».

Например, восточное слово «кадият» не является точной копией современно суда, а «кадий» – уж точно не похож на судью в черной мантии.

Означает ли это, что в школах с крымско-татарским языком обучения впредь будет использоваться терминология и чин (в том числе уставные и учредительные термины, структуры, и пр.), отличные от остальных российских типовых учебных заведений?

Означает ли это, исходя из подходов авторов проекта, что в школах и детсадах, классах и группах армян, болгар, греков, немцев, а также других этногрупп Крыма, не будут (или, наоборот, будут) использоваться в учебном процессе свои «национальные» термины и органы самоуправления, отличные от типовых?

Этот, на первый взгляд, мелкий вопрос тянет за собой другие, такие же «незаметные». Например, будут ли девочки-учащиеся «национальных восточных» школ носить «хиджаб»? Запретят ли им родители или дирекция бегать на уроках физкультуры в спортивной (а значит, удобной, но облегающей их фигурки форме) или разрешат? Будут ли внедряться другие «нюансы», о которых общество Тавриды сегодня даже и не подозревает?

Уверены ли авторы проекта, что это приведет к межнациональной «гармонизации», а также повысит ли это качество учебного процесса и, как результат – качество образования в целом (а также иных целей, заявленных в проекте)?

На эти вопросы авторы проекта отвечают утвердительно. Но кто эти авторы и какова их ответственность, общество пока не знает.

В школах Крыма ранее сложилась практика, что в обычных (то есть «русских») школах и детсадах могли быть и были «национальные» (прежде всего, «украинские» и «татарские») классы или группы. Но в «национальных» (привилегированных) школах иди детсадах Тавриды рядовых («русских») не было «по определению».

«Национальные» классы могли быть меньше по количеству учеников (начиная от 8-10 чел.), а обычные (то бишь «русские») — не иначе как «колхозы» (как из обзывали националисты) по 25-30 учащихся.

Сегодня ситуация меняется, обстановка в этом вопросе оздоравливается.

К сожалению, в указанном проекте явно недостаточно оговариваются вопросы функционирования школ, детсадов с двумя или даже тремя языками обучения или с одним языком обучения/воспитания, но имеющем классы/группы с иными, чем прописано в уставе конкретного школы/детсада языками обучения/воспитания.

Считаем это одним из серьезных упущений проекта.

Отдельный разговор по дошкольным учреждениям (ДУ) республики. Сегодня можно смело утверждать, что существующая очередь в детсады в три-четыре раза превышает нынешние реальные возможности Минобразования Крыма (по некоторым крымским населенным пунктам и регионам очереди еще выше, но в некоторых, особенно «депрессивных», даже без возвращения ранее отобранных из системы ДУ обратно в систему, очередей нет вообще).

Так как дошкольное воспитание, в отличие от общего образования, не является обязательным, сложившаяся в Крыму практика (с учетом пресловутого «национального» фактора, а также вполне реальной антирусской позиции киевского руководства и экстремистов из ОПГ «меджлис-курултай», поддерживаемых киевскими властями) выливалась в обязательные «национальные группы» практически в каждом из действующих крымских детсадов. Без учета мнения родителей.

Причем, количество таких групп было условным, но, как показала практика, явно завышенным в пользу украинских, ну и заодно — крымско-татарских групп воспитания.

Так называемые «русские» дошкольные группы все 23 года украинской администрации в Тавриде не являлись «национальными» и не финансировались дополнительно, как «национальные».

Жизнь показала, что и в «украинские национальные» и даже в «татарские национальные» группы родители дошкольников всех национальностей, если могли это сделать без дополнительных поборов (имевших также тотальную практику), с «радостью» писали заявления, так в противном случае они могли вообще не рассчитывать на принятие их ребенка в эти ДУ.

Понятно, что происходил этноцид прежде всего русского населения Крымского полуострова. Понятно, что реальные «национальные» группы дошкольного воспитания того, украинского, периода имели иную цель и иную задачу, нежели декларировали это публично.

Также понятно, что этим безнравственным действиям украинской оккупационной администрации в Крыму рано или поздно должен был быть положен конец. И это время весной 2014 года наступило.

К сожалению, можно констатировать, что разработчиками проекта принят (скопирован «оттуда») на вооружение старый метод создания целых «национальных» ДУ (без учета реальной ситуации с очередями и дисперсным проживанием различных этносов), а также «национальных» групп.

Принцип факультативного обучения языку и культуре отдельных народов в крымском поликультурном обществе в системе крымских же ДУ в обсуждаемом проекте даже не рассматривается!

В данной ситуации, по нашему мнению, пока очередь в регионах не будет иметь соотношение, сопоставимое с общим количеством мест в ДУ в этом регионе (населенном пункте), до этого момента строительство «национальных» ДУ будет лишь раздражающим, конфликтным фактором, который принесет только размежевание родителей на тех, кому удалось устроить ребенка по национальному признаку; и на тех, кому, опять же по национальному признаку этого сделать не удалось.

На наш взгляд, необходимо продолжить работу, по созданию классов/групп с факультативным изучением языков народов Крыма.

А группы с языками обучения/воспитания, заявленными родителями для воспитанников этих ДУ, формировать лишь при наличии реальной необходимости, и в соответствии с регламентирующими этот процесс нормами российского законодательства.

Немецкий же язык вообще изучается на всей территории России как один из ведущих европейских иностранных языков и, таким образом, выделение каких-либо дополнительных расходов на его изучение (в указанный проект, особенно в системе общего и высшего образования Крыма) является явно искусственным, надуманным. По крайней мере, он требует отдельного обсуждения как дискуссионный. Вставлять немецкий язык в проект, по нашему мнению, пока преждевременно.

Кроме того, названным гражданином родным язык может не совпадать с языком, принятым этим же человеком в общении в семье, в быту, с обществом, т.е., может не быть его основным средством коммуникации.

Для изучения мнений граждан нужно проводить отдельное детальное социсследование (которого еще не было).

Предстоящая общекрымская перепись населения может этому помочь. Конечно, если в анкеты властями будут внесены соответствующие вопросы.

5. При всем при этом разработчики проекта уже имеют «окончательную» сумму затрат на проект – 6 300 000 000 российских рублей!

В связи с этим считаем нужным обнародовать финансовые расчеты на реализацию проекта. А так как это расходы на образование и они априори не являются государственным секретом, просим, как налогоплательщики, заинтересованные лица, предоставить копию этих расчетов (раздел IX проекта «Система программных мероприятий» не является расчетами, так как там имеются лишь общие постатейные суммы расходов).

Просим также провести открытые экспертные мероприятия по указанным расчетам. Будем признательны, если наших представителей, юристов, экспертов, педагогов, пригласят на них (в случае их проведения).

Для сравнения информируем, что на реализацию актуальной, важной и в рамках республики «глобальной» программы образования «Крымский федеральный университет», т.е. на ведущую высшую школу Тавриды, из федерального бюджета выделяется чуть меньше — ок. 5 млрд рублей.

Считаем, что вопросы, поднятые выше нуждаются в публичных ответах. Общество их может получить через серию открытых встреч экспертов, общественности, заинтересованных сторон (в том числе и славянских национально-культурных обществ и общин, представители которых снова не попали в «белый список», но регулярно выплачивают налоги), с освещением данного вопроса в прессе (который без этого очень скоро может стать «больным»).

По поручению
Правления ОО «Ассоциация «Защитник»
Алексей БЕЛАН,
председатель

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Открытия в ведении современной войны — цивилизационное превосходство

Евгений ПОПОВ

Публичная дипломатия как фактор преодоления международной блокады Крыма

.

О чем Юлиан Семенов даже не мечтал

Сергей КЛЁНОВ