РУССКУЮ КУЛЬТУРУ В ЛАТВИИ
УНИЧТОЖАЮТ ЧЕРЕЗ ЛИКВИДАЦИЮ РУССКИХ ШКОЛ
Рижский городской суд заключил под стражу 67-летнего историка Виктора Гущина (на фото). Несмотря на то, что дома у непримиримого критика латвийских властей, коего последние безапелляционно называют «прокремлевским активистом», осталась 95-летняя мать, которой требуется уход. Кстати, родившаяся на территории Беларуси латышка.
Месть «Партии войны»
Чем же добил рижских правителей экс-президент Русской общины Латвии и просто интеллектуал, академический ученый — кандидат исторических наук и доцент?
«Гущин — автор около двухсот статей и монографий, в части из которых остро и аргументированно критикует латвийскую политику этноцида. Очевидно, что отсутствие у властей соответствующих контраргументов и является истиной причиной его ареста», — считает правозащитник Владимир Бузаев.
Формально Гущину инкриминируют сотрудничество с «российским пропагандистским ресурсом, находящимся под санкциями ЕС». Тому, по версии следствия, историк предоставлял публикации, в которых-де восхвалял России и дискредитировал Латвию. Ту самую Латвию, которую Виктор Иванович, отмечает российский политолог Александр Носович, как и очень многие латвийские русские, считает «в той же степени его родиной, что и для латышей».
В особенную вину Гущину ставится тот факт, что он продолжал посещать проводимые российскими организациями научные мероприятия и после начала СВО на Украине.
Сопредседатель партии «Русский союз Латвии», депутат Елгавской думы Андрей Пагор назвал арест Гущина «еще одним ударом» по нему самому и партии «Русский союз Латвии».
«Вы меня посадите, суки, что вы женщин и стариков сажаете!» — отчаянно возмутился он.
Сообщая о задержании ученого, латвийские провластные медиа напомнили, что он регулярно посещал проводимые в России конференции для зарубежных соотечественников, «работал преподавателем, издавал книги по истории». А еще, как отмечают они, «публиковал различные материалы с выгодными Кремлю и дискредитирующими Латвию нарративами — например, о якобы возрождении нацизма в Латвии и дискриминации русскоязычного населения».
Уроженец и житель Елгавы, Гущин действительно занимался научной, организаторской и общественно-политической деятельностью. Он ветеран оппозиционной партии «За права человека в единой Латвии», которую со временем переименовали в «Русский союз Латвии», активный участник российской политики соотечественников.
Виктор Иванович возглавлял общественную организацию «Русская община Латвии», был координатором Совета общественных организаций Латвии и членом Всемирного координационного совета российских соотечественников, проживающих за рубежом.
А еще регулярно выступал с докладами, посвященными как положению русских в Латвии, так и вообще международной обстановке. К тому же, Гущин – автор многотомного труда, посвященного истории его родной Елгавы с древнейших времен. Этот профессионально выполненное ученым исследование исторического наследия города и страны однозначно доказывает, что русские в Латвии – ничуть не гости.
«Этот хорошо документированный выдающимся историком факт служит, видимо, в его деле «отягощающим обстоятельством», — предполагает правозащитник Владимир Бузаев.
Пророк в отечестве
В августе 2014 года, выступая на конференции «Русский мир Латвии и вызовы XXI века», что проходила в рижском «Доме Москвы», в 2023 году конфискованном латвийскими властями, Виктор Иванович предупреждал:
«В Латвии у власти сегодня находится так называемая «партия войны», которая вместе с США и их сателлитами фактически толкает Европу и Россию к полномасштабной кровавой бойне».
Проводя исторические параллели между событиями на Украине и в Латвии, ученый отмечал, что, если украинские радикальные наци захватили власть в 2014 году, то их латвийские «коллеги» добились этого еще в 1991-м.
«По экспертной оценке, опубликованной в подготовленном Международным правозащитным движением «Мир без нацизма», мониторинге проявлений неонацизма в восемнадцати странах Европы, уровень неонацистской угрозы в Латвии сегодня равен уровню неонацистской угрозы на Украине, — отмечал ученый летом судьбоносного для Крыма 2014-го. — Это означает, что и в Латвии возможно повторение трагических украинских событий. Но не в смысле появления в Латвии собственной Новороссии. Нет, для этого не было объективных предпосылок вчера, нет их и сегодня. А в смысле дальнейшего распространения тоталитарной идеологии и практики этнократической правящей элиты. В смысле дальнейшего свертывания остатков демократии и расширения масштабов репрессий, направленных, в первую очередь, против национальных меньшинств и русской общины, в частности».
Тот же Гущин прогнозировал, что власти Латвии будут сворачивать еще имевшиеся на тот момент в стране «остатки демократии», взяв курс на построение жесткого этнократического режима.
Как видим, прогноз сбылся подчистую.
В немалой степени Виктор Иванович тревожился о судьбе русских школ, бывших, как он напоминал, намного старше латвийского государства. Первую, например, в Риге открыли распоряжением императрицы Екатерины II в 1788 году.
«Политика русофобии, запугивание школ языковыми и прочими проверками – все это делает труд наших учителей по-настоящему подвижническим, впрочем, такому же прессингу в Латвии подвергаются и общества русской культуры, и русскоязычные СМИ, — с беспокойством говорил он, выступая в 2016-м. — Но даже в этих условиях общими усилиями нам все же удается не просто сохранять в Латвии русский язык и культуру, но и постоянно напоминать о роли русских деятелей культуры и науки в истории Латвии».
Вместе с тем, пристально наблюдая за курсом властей страны, Виктор Иванович не мог не предсказать решение об окончательной ликвидации этих самых русских школ. Как сообщалось, в 2017 году сейм Латвии признал недостаточным число подписей в защиту этих общеобразовательных учреждений. При том, что на портале Manabalss.lv было собрано 11319 подписей из необходимых 10 тысяч в поддержку обучения на русском языке.
Затем кабмин страны рассмотрел и концептуально одобрил подготовленный министерством образования и науки информационный доклад о переводе обучения в общеобразовательных школах нацменьшинств на латышский язык.
По словам Гущина, русские школы являлись помехой для формирования новой исторической памяти, призванной реабилитировать довоенный диктаторский режим Карлиса Ульманиса и преступления нацистских коллаборационистов периода гитлеровской оккупации Латвии.
В связи с этим он прозорливо предупреждал, что после уничтожения русского образования русская культура Латвии в том огромном многообразии, в котором она еще существовала в 2014 году, стремительно уйдет в небытие. А дальнейшее существование русскоязычной общины в стране, как возвещал елгавский оракул, и вовсе окажется фактически невозможным.
«Был бы человек…»
Латвийская правозащитница Алла Березовская, знакомая с Гущиным, уверяет, что последнее время тот занимался исключительно написанием книг исторического плана:
«Никакой активной общественной деятельности в последние годы он не вел, ухаживал за своей больной матушкой. Даже представить не могу, что она пережила (узнав о его задержании. — Ред.)… И как она сейчас осталась без помощи сына, который о ней заботился?».
Общественница не исключает, что ее могут арестовать следующей, поскольку ее Telegram-канал «Тюремный вестник», в котором рассказывается о политических репрессиях в Латвии, давно уже раздражает власти.
Увы, абсолютную серьезность высказанного Березовской допущения по-своему подтверждает российский историк Александр Дюков, которого еще в 2012 году власти Латвии внесли в список персон нон-грата. По его словам, арест «очень умеренного и тихого» Гущина свидетельствует о том, что латвийская Служба госбезопасности «заморачивается с поводом для фабрикации дела не больше, чем НКВД в 1937-м»: «Был бы человек…».
Фото: pravfond.ru
