Крымское Эхо
Архив

Гости столицы

Но это-то как раз и понятно. Столицы всюду считаются городами больших возможностей, поэтому многие стараются всеми силами извлечь из нее шансов для жизни по максимуму. В Киеве можно встретить не только жителей украинской провинции, но и москвичей, питерцев и, конечно же, иностранцев. С недавних пор этот «хор» разбавили отечественные беженцы, включая и крымчан, продолжающих позиционировать себя гражданами Украины.

Некоторые приехали к родственникам, но большинству все же приходится выруливать самостоятельно в той жизни, на которую они добровольно обрекли себя. Удача сопутствует единицам, поскольку жизнь в большом городе, где приходится осваиваться не в восемнадцать, когда спину не оттягивает груз ответственности и сама жизнь кажется легкой прогулкой по ухоженному парку, а в сорок или пятьдесят, когда голова болит за семью, когда нужно и устроить детей, и самим определиться с работой, и найти жилье.

Сдав квартиру в Севастополе, Евгений Александрович перебрался в Киев еще в марте. Несмотря на военную пенсию и небольшой бизнес, под который он довольно быстро нашел помещение в пригороде, пришлось нелегко. Только через несколько месяцев удалось разблокировать пенсионную карточку в «Приватбанке», а депозиты до сих пор лежат там мертвым грузом. Квартиру семья сняла тоже в пригороде – так дешевле, машиной пользуется редко: и город знает плохо, и бензин слишком дорогой.

Но Евгений Александрович еще считает себя везунчиком, потому что весной крымчанам жилье сдавали не то что бы охотно, но без опаски. Теперь же, после наплыва беженцев с Донетчины и Луганщины, среди которых оказалось немало тех, кто, сняв жилье, через пару месяцев признался владельцам квартир в своей неплатежеспособности, но категорически отказывается выселиться, давя на жалость и человеколюбие, киевляне сдают жилье только после предоплаты как минимум за полгода.

Бизнес-вумен Елена из Луганска сняла трехкомнатную квартиру, заплатив требуемую сумму, но как будет выглядеть в дальнейшем жизнь ее семьи, представляет себе плохо. Бизнес, очень солидный, остался дома вместе с дорогой недвижимостью, незаконченным ремонтом, сваленной в гараже привезенной из Италии мебелью и дорогущим мини-веном. Съездив домой, она решила пока не переоформлять бизнес в ЛНР, хотя партнеры продолжают атаковать ее телефонными звонками и заманчивыми предложениями. Работает в Киеве только сын: ему наконец удалось получить диплом Луганского университета, который не выдавали выпускникам с лета и устроиться по специальности.

В Киев съехалась почти вся многочисленная родня Елены. Старшая сестра живет у дочери, но переносит свое вынужденное переселение очень тяжело. «Я привыкла сама содержать себя, — рассказывает инженер-электрик Светлана Сергеевна, — работала и получала пенсию. И надо же такому случиться, что прошлой осенью вложила все свои деньги в перестройку дачи!.. В Киеве живу с августа и единственное, что мне удалось, перевести сюда пенсию. Работы для меня нет: специалисты моего профиля нужны, но как только узнают о возрасте и прописке, сразу теряют ко мне интерес.

Я, конечно, не против пойти, например, консьержкой, но нет знакомств и поручителей за иногороднюю. При всех нынешних сложностях мне есть с чем сравнить мою сегодняшнюю жизнь и жизнь моих оставшихся в Дзержинске приятельниц, потому что в сентябре я ездила домой и везла им все – от лекарств и шприцов до собранных по родным и друзьям денег. У мужа моей лучшей подруги онкология, и если бы не их дети и друзья, они бы не продержались и недели: нет лекарств, нет пенсий, плохо с продуктами. Все выезжающие оттуда непременно раздают закатки и припасы остающимся».

Луганчанка Татьяна, работавшая до войны проводницей, перебирается к работающему в Волгоградской области мужу, а две свои квартиры за оплату коммуналки сдала знакомым. «В соседние дома попали снаряды, выбиты стекла, стены в трещинах, и я решила, раз мы там не будем жить, пусть люди поживут в нормальных условиях, потому что ремонтировать свое жилье им нечем: ни денег нет, ни стройматериалов.

А главное, нет определенности — не знаешь, что завтра будет, где людям лучше: на Украине или в России. Из-за этого перессорились и друзья, и родственники. Относятся к нам здесь плохо. С недоверием и подозрительностью. Я в августе приезжала в Киев оформлять загранпаспорт, а сейчас приехала получать, так уже в очереди все прошли, а меня как жительницу Луганска подвергли повторной проверке, хотя паспорт выписан и ждет меня больше месяца. Никто не может в точности сказать, что с нами будет, поэтому каждый выбирает свой путь: кто-то уезжает в Россию, кто-то – на Украину, а кто-то остаётся дома и ждет, чем все закончится».

Юрист Александр после отпуска вернулся в Алчевск, а через месяц возвратилась его семья, жена — вузовский преподаватель и сын, пошедший 1 октября в первый класс. «Друзья предоставили нам квартиру в Киеве, за которую мы должны были платить только коммуналку, мне даже предложили на выбор несколько вакансий. Но я же понимаю, что за две-три тысячи гривен в месяц мне семью не прокормить, тем более в чужом городе, где нет ни дачи, ни своей машины, ни родных рядышком, — говорит Александр. – Да и с предприятия позвонили и поставили перед фактом: или я возвращаюсь, или на мое место берут другого человека.

Решил не рисковать хорошей работой и достойным заработком. Кстати, зарплату нам платят: руководство заказывает транспорт и деньги в банке Краматорска, и каждую неделю то одно подразделение, то другое ездят за ней. Сейчас у нашего комбината появились перспективы: мы получили заказ для строительства моста через Керченский пролив. Это обеспечит нас работой и заработком на несколько лет».

Но таких счастливчиков, оставшихся на территориях, прилегающих к местам боевых действий, все же немного. Ай-тишник Вениамин, за год до военных действий наконец осуществивший свою заветную мечту о покупке дома, почти полгода как приехал к старшей сестре, много лет живущей в большом собственном доме в Ирпене. Мало того, что Донецк то и дело подвергается обстрелам, так еще дом его находится в районе аэропорта.

«Даже когда есть связь, боюсь звонить старикам-соседям, на которых оставил, уезжая, дом, — говорит Вениамин. — Я фрилансер, так что без работы не сижу, но одно то, что деньжищи вбухал впустую, все нажитое оставил там и начинаю жизнь с нуля, меня морально гнетет. О жене и говорить нечего: у нее в селе живут родители. Даже дочка и та скучает по своим игрушкам. И это еще обычные для тех мест обстоятельства. А ведь там гибнут люди. Сосед сестры днями рассказывал, что его начальник ездил хоронить родителей в Луганск: снаряд попал в дом, и обоих стариков убило. Несмотря на большие деньги, он не смог похоронить их как полагается, рядом с родными: там теперь роют траншеи и закапывают как в братские могилы».

Снимает квартиру в Киеве и пенсионер Николай Ильич. Всю жизнь он ходил в больших начальниках, привык жить на широкую ногу, имел с сыном бизнес. Теперь тот с семьей живет за границей, а его вроде как оставили «пасти» недвижимость. Но и ему пришлось уехать из Донецка, поскольку то и дело наведывались «гости», искали сына, потом заселились в его огромную домину, и Николаю Ильичу благодаря обширным связям удалось только вызволить из «плена» машину.

«Как разобраться, кто «отжал» наш семейный бизнес и дом сына? — сокрушается пожилой мужчина. — Хорошо еще, сын всегда держал деньги не в местном банке, а то бы мы сейчас по миру пошли с протянутой рукой. Но все равно жаль и дома, и, думаю, квартиру мою тоже «пригрели», а ведь и при моих прежних связях и возможностях нам деньги сами в руки не сыпались, мы бизнес с нуля создавали, надеялись внука со временем привлечь, сделать семейным делом. А вот как повернулось… В Киеве я чужак: детей рядом нет, жена умерла, старым приятелям навязывать себя стесняюсь и страшусь, что придется и отсюда уезжать: заграницей я совсем с тоски подохну – здесь хоть поговорить в парке с кем можно, а там я вообще немтырь буду».

А вот ведь большинство беженцев считает Николая Ильича зажратым счастливчиком, у которого есть и достаток, и обеспеченные дети. В Киеве местные покажут вам заброшенные производственные здания, где вповалку живут вынужденные переселенцы с юго-востока. Запросто, как на экскурсию, туда не пускают, хотя киевские бизнесмены, снявшие это «жилье» у собственников за копейки, очень гордятся актом своего высокого милосердия.

У этих людей ни работы, ни денег, и никаких видимых перспектив. К слову сказать, в отличие от крымских городов, где до недавнего времени волонтеры собирали деньги, вещи и продукты для беженцев с юго-востока, в Киеве сбор средств ведется только на АТО и для раненых. Ничего нет удивительно, что, нажившись в таких гостях, переселенцы возвращаются домой. И в таких гостях нехорошо, и дома не лучше…

Фото вверху —
с сайта obozrevatel.com

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Читаем вместе крымскую прессу. 12 февраля

Борис ВАСИЛЬЕВ

Профилактика НАТО

.

Статистика не совпала с личным опытом

Ольга ФОМИНА