И ПОЧЕМУ НЕСЧАСТНЫ ЖИТЕЛИ ОДЕССЫ И КИШИНЕВА
Помните старую русскую присказку – «не было бы счастья, да несчастье помогло»? Александр Сергеевич Пушкин приехал в Болдино в самом начале осени – 3 (по новому стилю – 15) сентября 1830 года и застрял там из-за холерного карантина до самой зимы, чтобы… написать одни из лучших произведений отечественной литературы.
Словосочетание «Болдинская осень» известно, наверное, каждому русскому человеку, если он хотя бы кое-как учился в школе. Это был один из самых плодотворных периодов в творчестве поэта. Осенью 1830 года Пушкин завершил «Евгения Онегина», написал «Повести Белкина», «Маленькие трагедии» и больше тридцати стихотворений.
В благодарность за это потомки открыли в Болдине в тяжелом послевоенном 1949 году замечательный государственный литературно-мемориальный и природный музей-заповедник – понимали, что не хлебом единым жива Россия, но и словом, исходящим из уст великого поэта.
Сегодня это одно из самых знаменитых пушкинских мест России. В Болдинском имении Александр Сергеевич Пушкин провел три осени – не только в 1830-м, но и в 1833 и 1834 годах. В общей сложности он прожил в деревне около пяти месяцев и написал более 60 произведений.
Болдино – единственное место, где сохранился подлинный господский дом семьи Пушкиных. Когда во время революции 1917 года везде горели дворянские дома, болдинские крестьяне сберегли одну из самых знаменитых литературных усадеб не только России, но и мира.
Сохранились дом, ландшафтный парк с каскадом прудов и вотчинная контора. Сейчас весь комплекс усадьбы восстановлен на основе архивных документов и данных археологических раскопок. В кухне, конторе, бане, конюшне созданы тематические интерьеры, а в господском доме располагается литературно-мемориальная экспозиция «Пушкин в Болдине».
А еще в мемориальный комплекс музея-заповедника входит усадьба в крошечном, постоянного населения – один человек, селе Львовка, в девяти километрах от Большого Болдина. Со времен ее последнего владельца, сына поэта Александра Александровича Пушкина, там сохранились дом и аллеи усадебного парка. В барском доме во Львовке открыт музей одной книги — «Повестей Белкина».
Я купил в Болдине на память хорошую книжку Елены Абдулаевой, которая называется «Где был счастлив Пушкин». Поспорю с автором, потому что в личном плане Пушкин был в Болдине, конечно, несчастлив. Поэт приехал в деревню на несколько дней, чтобы устроить свои имущественные дела накануне свадьбы с Натальей Гончаровой, и из-за эпидемии холеры застрял там, вдали от невесты, на три месяца.
Дважды безуспешно пытался прорваться через карантины в Москву. Писал невесте:
«Въезд в Москву запрещен… я заперт в Болдине. Именем неба молю… пишите мне, несмотря на то, что Вам не хочется писать… где Вы? оставили ли Вы Москву?.. Я совсем потерял мужество и не знаю… что делать, в этом году (будь он проклят) нашей свадьбе не бывать… Болдино имеет вид острова, окруженного скалами. Ни соседей, ни книг. Погода ужасная. Я провожу время в том, что мараю бумагу и злюсь…»
И своему другу Петру Плетневу:
«Невеста… перестала мне писать, и где она, и что она… не ведаю… до того доходит, что хоть в петлю. — Мне и стихи в голову не лезут, хоть осень чудная, и дождь, и снег, и по колено грязь».
А невеста тем временем в своих письмах ревновала жениха к княгине Голицыной. Пушкин оправдывался:
«Как могли вы подумать, что я застрял в Нижнем из-за этой проклятой княгини Голицыной?.. Она толста так, как все ваше семейство вместе взятое, включая и меня…»
Безусловно, в творческом плане болдинская осень 1830 года была самым плодотворным периодом в жизни поэта, но книжку «Где был счастлив Пушкин» нужно было бы написать не о Болдине, а о… Гурзуфе.
Без малого три недели в этом южнобережном крымском поселке, тоже, между прочим, во многом осенние – с 19 (31) августа по 5 (17) сентября 1820 года — Пушкин назвал «счастливейшим временем в жизни».
«В Юрзуфе жил я сиднем, купался в море и объедался виноградом, — рассказывал он. — Я любил, проснувшись ночью, слушать шум моря, — и заслушивался целые часы. В двух шагах от дома рос молодой кипарис; каждое утро я навещал его и к нему привязался чувством похожим на дружество».
Кстати, в конце августа в отреставрированном наконец Доме-музее Пушкина в Гурзуфе прошла II Всероссийская научно-практическая конференция, посвященная 205-летию его путешествия по полуострову. Одно из направлений работы пушкиноведов на этом форуме так и называлось: «Крым – как аллегория счастья в жизни поэта».
Всеобъемлющий гений Пушкина объединяет разные регионы России – наш Крым, наше Болдино в современной Нижегородской области, наше Михайловское в современной Псковской области, наш Кавказ, наш Санкт-Петербург, нашу Москву, нашу… Одессу и наш Кишинев – как бы ни ненавидели Пушкина временщики, пришедшие к власти на Украине и в Молдавии.
Их время обязательно пройдет, а Пушкин останется навсегда, потому что его стихи принадлежат вечности. И пушкинские Одесса и Кишинев тоже обязательно останутся частью Русского мира, а может быть, и частью исторического российского государства.
«Бесконечны, безобразны,
В мутной месяца игре
Закружились бесы разны,
Будто листья в ноябре…
Сколько их! куда их гонят?
Что так жалобно поют?
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают?» — написал Пушкин в Болдине 1830 года.
Самые настоящие бесы находятся сегодня у власти на Украине и в Молдавии. И судьба их будет бесовской.
Кстати, напомню, Пушкин канонизировал российский статус Крыма в своем знаменитом стихотворении «Клеветникам России»:
«Вы грозны на словах — попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?..»
«Два чувства дивно близки нам —
В них обретает сердце пищу —
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам», — написал Пушкин осенью 1830 года в нашем Болдине.
Поэт похоронен на нашей Псковщине, в Святогорском монастыре, а дух его обретается в нашем Крыму, в Гурзуфе.
«Так, если удаляться можно
Оттоль, где вечный свет горит,
Где счастье вечно, непреложно,
Мой дух к Юрзуфу прилетит…», — писал Александр Сергеевич Пушкин в своем поэтическом «завещании».
Будьте счастливы!
Фото автора
Вверху — дом, в котором Пушкин жил в Болдино
