Крымское Эхо
Севастополь

Феномен адмирала Касатонова

Феномен адмирала Касатонова

К 30-ЛЕТИЮ СОБЫТИЙ В КРЫМУ, СЕВАСТОПОЛЕ И НА ЧЕРНОМОРСКОМ ФЛОТЕ В 1991-1992 ГГ.

На базе Севастопольского государственного университета прошла научно-практическая конференция «Черноморское сотрудничество-2021».

Организаторами конференции выступили кафедра «Политические науки и философия» (СевГУ), кафедра «Теория и история международных отношений» (РУДН), Ассоциация балтийско-черноморских исследований и Черноморский информационно-аналитический центр.

Цель мероприятия – формирование постоянно действующей научно-экспертной площадки для исследования, научной экспертизы и преодоления региональных вызовов и угроз, обмена мнениями и содействия развитию и процветанию Черноморского региона, Крыма и Севастополя как неотъемлемой части Российской Федерации. В ходе конференции планируется работа секций «Тенденции формирования новой системы международных отношений и конкуренция великих держав», «История Черноморского региона в контексте национальных интересов российского государства», «Национальные интересы России и проблемы безопасности в Черноморском регионе», «Тенденции и перспективы экономического развития стран Черноморского региона», «Экологические проблемы Черноморского региона» и ряд других.

В работе конференции принял участие исполнительный директор Института стран СНГ в г. Севастополе Сергей Павлович Горбачев, кандидат политических наук, ученый секретарь Военно-научного общества ЧФ, председатель Союза журналистов Севастополя. В рамках Секции «История Черноморского региона в контексте национальных интересов Российского государства» он выступил сообщением на тему: «Феномен адмирала Касатонова. К 30-летию событий в Крыму, Севастополе и на Черноморском флоте в 1991-1992 гг.».

***

В своё время я имел неосторожность сказать о том, что История – наука конъюнктурная, на что сразу же получил доброжелательную, но безапелляционную отповедь со стороны своего научного руководителя: «Серёжа! История – точнейшая из наук, она никак не менее точна, чем математика».

С этим утверждением нет смысла спорить, хотя о том, что История конъюнктурна, приходится слышать довольно часто. И основанием для таких утверждений является перманентное стремление, прежде всего, политических практиков подчинить Историю конъюнктуре, действуя, зачастую из сиюминутных установок квазиэлит, исходящих исключительно из своих интересов.

К сожалению, именно такие политика и практика создают образ России как страны с вечно меняющейся историей и непредсказуемым прошлым. К сожалению, этот «вечно живой» миф-штамп-клише-образ-стереотип-фейк применим и к новейшей истории России и Крыма как её неотъемлемой части. Основой для его живучести является пренебрежение, в том числе, увы, и в науке, одним из основополагающих принципов – принципом объективности.

На мой взгляд, в этом отношении весьма показательно освещение как на научном, так и на публицистическом, и, как следствие, на художественном уровнях событий, связанных с проблематикой определения статуса Крыма, Севастополя, а также судьбы Черноморского флота бывшего СССР. Можно сказать, одной из «вершин» этого процесса явился третий том широко распиаренного и удостоенного высоких наград трёхтомника «Истории Севастополя», в котором размыта роль Черноморского флота как в целом в событиях последнего тридцатилетия, влияющих на судьбы Крыма и Севастополя, так и особенно в контексте обеспечения успеха Русской весны как процесса, своими корнями уходящего в 1991 год. В этой связи особо отмечу поверхностность и легковесность в оценке периода 1991-1997 годов.

На протяжении уже почти восьми лет цитируется фраза В.В. Путина о «возвращении Севастополя и Крыма в родную гавань – в Россию». Этот красивый по форме оборот-аллегория уже крылат и широко используется как в выступлениях, так и в разного рода творчестве – вплоть до граффити. Не знаю, сам ли Владимир Владимирович его придумал или кто-то из спичрайтеров вложил его в уста «первого лица», но на самом деле этот посыл неточен и неполон. Севастополь и Крым смогли «вернуться» как раз потому, что в буквальном смысле из родной гавани никуда не уходил Черноморский флот.

Напомню: в составе Черноморского флота СССР находилось ок. 94 тыс. военнослужащих, из них 15 тыс. офицеров и 17 тыс. мичманов, более 100 тыс. чел. гражданского персонала. В боевой состав входило 833 корабля и судна, в том числе 2 крейсера-вертолётоносца, несколько ракетных и артиллерийских крейсеров, ок. 50 боевых кораблей 1-2-го рангов (т.н. океанская зона), 29 подводных лодок, а также более 400 летательных аппаратов (с базами хранения), морская пехота и береговые войска.

Несколько десятков корабельных и авиационных платформ были носителями ядерного оружия, базы которого находились во флотском составе. Базы, пункты базирования, объекты ЧФ дислоцировались на территории от Киева до сирийского Тартуса, от Измаила до Каспийска в Дагестане. В то время с Черноморским флотом в Севастополе различными узами было связано порядка 60 % населения.

В конце 1991 – начале 1992 года, с развалом-распадом-упразднением СССР, моряки-черноморцы в своих базах в Крыму, а также в Измаиле, Очакове, Одессе, Николаеве, в отличие от сухопутных собратьев в Киевском, Прикарпатском, Одесском военных округах – подчеркну: округах первой категории, – отказались принимать присягу на верность новорождённой незалежной Украине, новоявленной киевской власти.

Инициатором этого глубинного, идущего от сердечных привязанностей и духовных ценностей неповиновения был русский адмирал Игорь Владимирович Касатонов, командовавший Черноморским флотом с сентября 1991 по декабрь 1992 года. Он и стал организатором Третьей обороны Севастополя.

Патриот-державник, управленец с государственным мышлением, действовавший без всяких команд, безоговорочно был поддержан севастопольцами и крымчанами. Да и команд каких-то тогда давать было некому – в Москве, деля постсоветское наследство, политики «новой формации» с разбегу впрыгивали во властные кресла.

Особо принципиально, что, по моему глубокому убеждению, необходимо подчеркивать, адмирал Касатонов действовал самостоятельно, без руководства и особой поддержки из Москвы как со стороны политического, так и военного руководства Российского государства, в том числе главкома ВМФ экс-СССР – главкома так и не созданного ВМФ СНГ.

И.В. Касатонов, пожалуй, стал не «крайним», как принято говорить у силовиков, а действительно последним командующим Черноморским флотом России, который смог в полной мере сочетать в себе полномочия и качества руководителя-державника: политика, идеолога, организатора, дипломата, управленца и, конечно, военачальника. Он действовал решительно, предельно ответственно, исключительно самостоятельно, не имея указаний из Москвы и игнорируя распоряжения Киева.

Проявляя инициативу, он пресекал провокации, умело опирался на силы общественности и возможности СМИ, по факту он стал организатором и руководителем масштабной информационно-психологической операции по отстаиванию «полного пакета» национальных интересов России в Причерноморье, бассейне Черного моря и на Юго-Западном стратегическом направлении – интересов геостратегических, политических, экономических, социокультурных, конфессиональных.

В конечном счёте, стойкость и мужество адмирала позволили зарождавшиеся межгосударственные российско-украинские отношения направить в цивилизованное русло. Сам же вопрос определения судьбы Черноморского флота лёг в основу отношений между Киевом и Москвой. Не газ, не территориальные проблемы (в т.ч. статуса Крыма и Севастополя), а именно Флот в межгосударственной повестке занимал первое место и, как локомотив, направлял развитие отношений в течение, как минимум, шести лет.

Волей судьбы именно Касатонов, «оказавшись в нужном месте и в нужное время», был командующим Черноморским флотом в этот сложнейший период. То, что флот сохранил единство – не был расколот и, как следствие, развален, – во многом заслуга лично адмирала. Именно во время его командования на высшем государственном уровне – но только спустя полгода, 3 августа 1992 года, – наконец было принято политическое решение. На его основе фактически и принципиально судьба Черноморского флота и была решена – он стал российским, как говорится, по определению.

Тогда в Мухалатке (Ялта) состоялась встреча Бориса Ельцина и Леонида Кравчука. Президенты достигли договорённости о флоторазделе – подписали Соглашение о принципах формирования ВМС Украины и ВМФ России на базе Черноморского флота бывшего СССР. Было решено делить флот пополам, управлять им совместно до конца 1995 года. Также устанавливался «переходный период» (с 1 октября 1992 г.).

Таким образом, разрешение флотской проблемы окончательно переходило не просто в политическую плоскость, а на её высший уровень. Можно уверенно сказать: черноморцы «под флагом Касатонова» одержали Великую Победу, сохранив свой флот для России, для всего нашего Отечества.

Именно благодаря адмиралу, его единомышленникам, соратникам, патриотам-севастопольцам в Городе Русской Славы тогда был создан и в течение последующих 23 лет удерживался «плацдарм» для Победы Русской весны. Не было бы его – некуда было бы ступить берцам «вежливых людей».

Да и Крым вместе с Севастополем неизбежно утратили бы свою русскую идентичность. Только опираясь на Черноморский флот России, оставшийся в своих исторических базах, было возможно последовательно бороться с процессами украинизации и внедрения натовских структур на крымской земле. Одесса в мае 2014 года, увы, показала: без наличия в городе хотя бы минимальных структур ЧФ эффективно решать такие задачи невозможно.

При Касатонове, то есть до его перевода в Москву в конце 1992 года, черноморцы нигде не спустили своего флага, не покинули своих баз – ни на Украине, ни в Грузии. Будь тогда проявлена воля Кремля, Измаил и Очаков были бы и сегодня Городами русской воинской славы, а «Жемчужина у моря» не стеснялась бы своего гордого звания Город-Герой.

Сегодня, во время по-тихому проходящего 30-летия событий развала СССР – создания СНГ, всё отчётливее понимаешь: если бы не Касатонов, если бы не его убеждённость в правоте своей позиции, если бы не его смелость как человека, мужество и ответственность как руководителя, если бы не его энергия и настойчивость – всё могло сложиться иначе.

И хотя в биографии адмирала немало ярких страниц, всё-таки сделанное им на посту командующего занимает особое место в череде славных дел и интересных, даже знаковых событий. В этом нет и не может быть сомнений. Ответ на вопрос: «Кто сохранил для России её южный флот?», по меньшей мере, для черноморцев и севастопольцев среднего и старших поколений очевиден и не предполагает каких-то двойственных трактовок.

Для них Игорь Владимирович Касатонов, без всяких сомнений, является национальным героем России. К слову, в 1992 году Патриарх Алексий Второй вручил ему Грамоту Почетного гражданина России, он удостоен звания почетного гражданина Петергофа, Полярного и украинского города Славы Русского Оружия Очакова.

Мы сегодня вправе – и на полном основании, всесторонне обоснованно – можем говорить о феномене адмирала Касатонова.

Во-первых, впервые в мировой истории (и, наверное, единственный раз) при развале государства не поддалось разрушительным процессам целое оперативно-стратегическое объединение, обладающее ядерным оружием. Причем, объединение, в зону ответственности которого входили не только Азовское и Черное, но и всё Средиземное море.

Во-вторых, Черноморский флот более пяти лет в своей основе сохранял единство, имея особый статус и до июня 1997 года выполняя боевые и повседневные задачи под флагом несуществовавшей державы(!), на территории, находящейся под юрисдикцией другого государства (Украины). Его корабли продолжали ходить в Средиземное море и Атлантику, решали боевые задачи у Кавказа. Через 23 года черноморцы блестяще – молниеносно, бескровно – обеспечили успех Русской весны.

Касатонов сделал невозможное. Достаточно сказать: в современном мире не было, нет и, наверное, не будет прецедентов, когда многотысячное по своему составу оперативно-стратегическое объединение (флот) не подчинилось авантюрным решениям бездумных политиков.

Действительно, происшедшее на Черноморском флоте назад не имеет аналогов. Причём масштабы и значение сделанного Касатоновым особо зримы в сравнении с тем, что произошло с силами, дислоцированными на Украине, с другими объединениями и группировками Вооружённых Сил СССР-России (группы войск за рубежом – Германия, Польша, Венгрия, Чехословакия, Монголия, объекты в Африке, на Кубе, во Вьетнаме, военные округа в Средней Азии, Закавказье, Прибалтике), которые канули в Лету.

Масштаб сделанного Касатоновым ощутим и в сравнении с метаморфозами, произошедшими с ВС Украины, которые были мощнейшими в Европе даже в сравнении с тем, что на 1992 год осталось у России в её Европейской части. Советское военное наследство Киев бездарно утратил, разворовав, распродав, угробив.

Игорю Владимировичу Касатонову сейчас 82. Адмирал по-прежнему в боевом строю – являясь советником начальника Генерального штаба Вооружённых Сил России, он, среди прочего, курирует, как принято говорить, «крымское направление». Черноморский флот – в зоне его ответственности.

Да это и понятно: во многом благодаря именно ему, опираясь на достигнутую правовую базу, Москва получила возможность изменить конфигурацию Черноморско-Каспийского геополитического пространства, отстоять и укрепить свои позиции в восточной части Средиземного моря, успешно действовать в Сирии. Это способствовало возвращению России статуса Великой Морской Державы.

С сожалением следует отметить: за сохранение Черноморского флота для России адмирал Игорь Владимирович Касатонов не был удостоен государственных наград. При этом в течение последних 25 лет, как минимум, трижды инициировалось присвоение ему звания Героя России. Дважды – в 2019 и 2021 гг. оформлялись ходатайства на присвоение ему звания Почётный гражданин Севастополя. К сожалению, эти инициативы не нашли реализации без объяснения причин или под надуманными предлогами отводились. В этой связи стоит отметить: за операцию по возвращению Крыма в общей сложности госнаград удостоены сотни наших сограждан, нескольким из них присвоено звание Героя России.

Справочно:

Адмирал И.В. Касатонов одним из первых продемонстрировал нежизненность в современной России либеральной формулы «Армия вне политики». Выходцы из военной среды, из силовых структур на протяжении последних 350 лет занимали и занимают не только солидные административно-управленческие, но и высокие государственные должности.

Довольно красноречивый пример: второй (и нынешний) президент Российской Федерации Владимир Путин – в прошлом подполковник ФСБ, а бывший первый и последний вице-президент России, в последующем губернатор Курской области Александр Руцкой – генерал-майор авиации, Герой Советского Союза. Практически всем россиянам (да и не только им) хорошо известны имена генерал-лейтенантов Александра Лебедя и Льва Рохлина, генералов и адмиралов, ставших губернаторами, представителями Президента РФ в Федеральных округах, парламентариями, сенаторами, крупными общественно-политическими деятелями: генерала армии Анатолия Квашнина, генерал-полковников Бориса Громова, Владимира Трошева, Георгия Шпака, генерал-лейтенантов Александра Коржакова, Владимира Шаманова (ныне – генерал-полковник), Константина Пуликовского, Алексея Дюмина, адмиралов Валентина Егорова, Владимира Комоедова, Вячеслава Попова, вице-адмиралов Михаила Моцака и Сергея Меняйло, многих других высших и старших офицеров – выходцев из Армии и Флота, ФСБ, ГРУ, СВР, ФСО, МЧС.

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 9

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Легендарный Севастополь – неприступный для ..?

Иван ЕРМАКОВ

Флотораздел: сохранить ЧФ для России! Часть 2-я

Сергей ГОРБАЧЕВ

«Профессор Водяницкий»: теперь и зимний рейс

.

Оставить комментарий