КАК ЕС
ПЫТАЕТСЯ НАЛАДИТЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО СО СТРАНАМИ БРИКС
И ЧТО ЭТО ДАЁТ РОССИИ
В январе этого года ЕС сумел заключить два крупных соглашения о свободной торговле – с организацией МЕРКОСУР (общий рынок стран Южной Америки в составе Аргентины, Бразилии, Уругвая, Парагвая) и Индией. Одновременно делаются попытки наладить экономические отношения с Китаем. Что стоит за этой активностью и какие у неё перспективы, попробуем разобраться.
Попытки заключить соглашение о свободной торговле с МЕРКОСУР продолжались с конца 90-х. Всё время что-то мешало, скорее всего – желание ЕС навязать этим странам невыгодные для них условия. Последний раз срыв произошёл в 2019 году.
Но в 2025-м что-то изменилось. Мы все видели это что-то в виде громких заявлений, угроз и неожиданно вводимых репрессивных мер против своих же союзников. В результате проблем с доступом к американскому рынку ЕС стал сговорчивее. В итоге соглашение было подписано 17 января 2026 года.
27 января было заключено такое же соглашение с Индией. Переговоры о нём шли тоже почти 20 лет. И здесь ЕС тоже пришлось идти на уступки.
Эту информацию можно преподносить под соусом «продолжения глобализации», но здесь мы имеем дело с другой тенденцией – лихорадочным поиском Евросоюза рынков сбыта.
Российский рынок потерян уже давно, в 2025-м проблемы возникли на американском. Что делать? Искать неосвоенные.
Но глобальная экономика уже давно поделена, а развивающиеся рынки становятся всё более привередливыми и хотят от ЕС взаимности. На Западе к такому не привыкли, более свойственно им исходить из принципа: есть условия наши — и есть неправильные.
В 2025 году евролидеры с удивлением обнаружили, что их американский отец оказался не отцом, а сукою. Главный по НАТО Рютте пытался подластиться с прежним: «папочка», — но не особо вышло. До развенчания культа американской личности пока не дошло, но суетиться в европах начали.
Негативная динамика ЕС в последние десять лет развивалась по описанной нами модели «Война за европейское наследство». После разрыва экономических связей с Россией из-за Украины ЕС пришлось полностью уйти под США. Укрепив свою власть над Европой, Вашингтон стал навязывать ей полностью невыгодные условия.
Это нормальная логика рынка.
Вся особенность Трампа – только в особо экстравагантном способе публичного продвижения этой политики и новом методе, заимствованном из XIX века в виде тотальных торговых пошлин.
Другая администрация делала бы то же самое, только более вежливо и не столь очевидными дискриминационными и протекционистскими мерами.
Казалось бы, сейчас Евросоюз как раскинет свои сети по миру, как установит со всеми, с кем захочет, равноправное и выгодное экономическое партнёрство, и заживёт. Но не так всё просто. Измениться проще тем субъектам, кто более монолитен и организован. А разобщённому ЕС это сделать очень не просто.
В качестве примера – упомянутое выше соглашение с МЕРКОСУР. Оно выгодно латиноамериканским сельхозпроизводителям. Те европейские страны, где сельское хозяйство не играет особой роли, готовы идти на такие уступки. А во Франции начались массовые протесты фермеров. Приходится Макрону становиться на их сторону. Хотя ему уже не избираться в 2027 году, но сохранить свою свежеиспечённую партию в парламенте хочется.
Бразилию с соседями и Индию можно поздравить: торговое соглашение с ЕС будет способствовать развитию их экономик. Главное, чего добивался ЕС – снижение пошлин на свои автомобили. Его контрагенты на это пошли — но снижаться пошлины будут постепенно, в течение 10 лет. А ведь автомобилестроение уже давно не главный драйвер экономики и символ высоких технологий и не та сфера, где происходит накопление капитала.
К тому же латиноамериканские рынки давно освоены японцами и корейцами, а сейчас их активно завоевывает Китай, особенно в сегменте электромобилей. Максимум, на что могут повлиять европейские компании — сделать более доступными для местных дорогие марки европейских авто. Тем, для кого Мерседес и БМВ по-прежнему остаётся символом жизненного успеха, они станут доступнее.
Индия ещё снизила пошлины на европейское вино, но его потребление индийцами весьма невелико.
А вот ЕС, как уже писалось выше, пришлось открыть свои рынки для сельхозпродукции из стран Латинской Америки. Так уж сложилось, что сельское хозяйство в Европе – это некий фетиш. Оно хотя и не является значимой частью экономки, но ему покрывают убытки дотациями, защищают тарифами и санитарными барьерами.
Наверное, это такая травматическая память от голодовок во время мировых войн. Теперь это подходит к концу.
***
Но главной своей целью европейцы объявили налаживание экономических связей с Китаем. А вот здесь добиться ничего не получается. В конце февраля с визитом в Пекин пожаловал канцлер Германии Мерц. Он собирался слетать в Китай ещё осенью, но тогда у Си для него свободного времени не нашлось.
Европе уже почти нечего предложить Китаю. Времена, когда в Пекине приветствовали бы всеобъемлющее торговое соглашение с ЕС давно прошли.
Сейчас Китай ведёт переговоры с позиции своей экономической силы. А в Европе психологически не способны воспринять новую иерархию в мировой экономике.
Ещё прошлой осенью Еврокомиссия рассматривала идею: если Китай хочет доступа на европейские рынки, пусть делится технологиями, пусть создаёт совместные предприятия с европейцами. Оп-почки! Так это ведь стандартная позиция тех развивающихся стран, которые пытаются проводить самостоятельную экономическую политику, а не ложиться под западные транснациональные корпорации. Так и действовал Китай в девяностые – нулевые годы, когда создавал свою промышленность.
Не у всех так получалось. Нужно обладать политической волей, чтобы не дать себя продавить. Нужно иметь и достаточно крупный рынок, чтобы ТНК был смысл идти на уступки ради доступа к нему. Вторым признаком ЕС точно обладает, а вот первым – посмотрим.
Но важен изначальный признак – быть не развитым самодостаточным экономическим субъектом, а тем, кто хочет преодолеть свою отсталость. Получается, западноевропейские страны уже не лидер прогресса, а догоняющие. И это ещё завышенная оценка: догоняющий всё-таки идёт вперед, пусть и позади лидеров, но он стремится. А вот идёт ли вперёд нынешний ЕС – большой вопрос.
Визит Мерца оказался крайне результативным. Было подписано пять соглашений:
► о борьбе с изменением климата и переходе к зеленой экономике,
► о профилактике заболеваний животных,
► о торговле птицей,
► о сотрудничестве в сферах футбола и настольного тенниса.
Наверное, именно за этим ехали в Китай в составе немецкой делегации около 30 топ-менеджеров немецких компаний. Наверное, это как-то повлияет на озвученную Мерцем перед визитом проблему: дефицит торгового баланса ФРГ с Китаем, который с 2020 года увеличился в четыре раза.
Запомнилось одно фото с рукопожатием Мерца и Си (оно вынесено в заголовок статьи). На нём лидер Китая с таким выражением лица, будто он с острой болью пришел на приём к стоматологу.
Это фото разобрали специалисты по невербальной коммуникации. В этом разборе и взгляд Мерца мимо камеры, и его опущенная голова, и то, что руки друг другу высокие переговаривающиеся стороны протягивают как бы нехотя, и недовольно-скептическое выражение на лице Си Цзиньпиня.
Во время визита Мерцу в Китае демонстрировали технические достижения: беспилотные автомобили, роботов, выполняющих акробатические трюки.
Намёк понятен: прошли времена, когда немецкая промышленность была законодателем технических достижений.
***
За этой активностью европейских лидеров внимательно следят в США. На уровне политических заявлений и решений пока это не проявляется, но аналитики уже трудятся вовсю. А это признак того, что в Вашингтоне намерены противодействовать попыткам сближения ЕС и Китая.
Американская аналитика служит не только для подготовки решений. Публикация аналитических докладов – это способ влияния на информационное пространство. Их читают политики и ученые, журналисты используют тезисы и аргументы этих докладов для своих публикаций.
Воспользуемся и мы — со своей целью. Ещё осенью прошлого года в Институте Брукингса (Вашингтон) был подготовлен доклад о взаимодействии экономик Германии и Китая. В нём прямо говорится о победе последнего в экономической конкуренции. Цитата.
«За последние четыре года стало очевидно, что Китай бросает вызов экономической модели Германии. Китай наращивает свою долю на мировом рынке во всё большем количестве промышленных секторов, многие из которых относятся к традиционным сферам влияния Германии. Китай был нетто-импортером автомобилей. Теперь он стал крупнейшим в мире экспортером. Раньше Китай импортировал немецкое оборудование для производства солнечных фотоэлектрических панелей. Сегодня Германия и большинство других стран мира импортируют эти панели из Китая. На протяжении многих лет Китай стремился перенять немецкие ноу-хау. Теперь немецкие компании хотят воспользоваться технологическим опытом Китая».
Вывод напрашивается: бойся, Германия, Китая и надейся только на США. В докладе приветствуются инвестиции Германии в свой ВПК; Берлин призывается к активному противодействию экономической экспансии Китая путём расследования деятельности китайских компаний, получающих субсидии, блокирования инвестиций из Китая.
В январе этого года на сайте этого же института была опубликована статья «Может ли альянс, расколотый сам в себе, конкурировать с Китаем?». В ней прямо говорится, что перспектив в такой конкуренции у ЕС нет. Поэтому влияние на Китай возможно только, если США и ЕС будут действовать сообща.
А наиболее перспективными областями трансатлантического сотрудничества в сфере противодействия Китаю являются обеспечение безопасности цепочек поставок и укрепление оборонно-промышленной базы.
Итак, мы видим попытки ЕС найти новые рынки сбыта в странах БРИКС, наладить с ними экономическое сотрудничество.
Где-то они реализуются относительно успешно (Индия, Бразилия), где — нет (Китай). Также видно недовольство со стороны США такой активностью ЕС.
России выгоден конфликт (пусть пока и не явный) ЕС и США в этой сфере. Но выгодно нам и то, что в Европе налаживают экономическое сотрудничество со странами БРИКС. И дело не в том, что Трамп этому экономическому блоку регулярно угрожает, а значит, европейцы вступают в конфликт с США в данной сфере.
Такое экономическое сотрудничество должно способствовать деполитизации европейской экономики. У контрольных органов ЕС будет меньше стимулов препятствовать поставкам подсанкционных товаров через эти страны в Россию. А в более дальней перспективе есть основания надеяться на большую рациональность поведения наших западных соседей по евразийскому континенту.
Фото из открытых источников
