Крымское Эхо
Общество

Эдуард Лимонов: Киев капут, Харьков наш

Эдуард Лимонов: Киев капут, Харьков наш

РОВНО ДВА ГОДА НАЗАД УШЕЛ ИЗ ЖИЗНИ
САМЫЙ ЗНАМЕНИТЫЙ ХАРЬКОВЧАНИН В МИРЕ

Ровно два года назад, 17 марта 2020 года, ушел из жизни самый знаменитый харьковчанин в мире, Эдуард Лимонов (Савенко), один из крупнейших русских писателей, публицистов, общественных деятелей и политиков второй половины XX – начала XXI веков.

#Харьковнаш

Эдуард Савенко родился и вырос в Харькове – большом миллионном городе, расположенном фактически на самой границе между Украиной и Россией. При этом Харьков никогда не разделял эти страны. Наоборот, он связывает Украину и Россию в единое целое, является политической, экономической, культурной, языковой пуповиной, соединяющей их неразрывными родственными узами – неразрывными даже сейчас, когда в городе идут боевые действия между российскими и украинскими войсками.

Харьков возник и развивался на пограничных землях российского государства. Его предприятия были интегрированы в единую экономическую систему сначала Российской империи, а потом Советского Союза. Город всегда говорил (и говорит до сих пор) на русском языке, а окрестные сёла – на суржике – языке российско-украинского пограничья, в котором причудливо переплетена лексика двух народов. Украина и Россия являются для Лимонова неразрывными, неделимыми частями единого Русского мира уже в силу самого факта рождения (и взросления) писателя в этом городе.

А еще из Харькова открываются дороги на русский юг.

«Харьковский вокзал огромный. Один из самых больших в СССР, ибо Харьков — важный миллионный промышленный город, открывающий путь на юг, на всю Украину. За Харьковом именно начинается по-настоящему теплая плодородная земля Украины, а за нею Крым, а дальше жаркий экзотический Кавказ, и основные железнодорожные пути ведут туда через Харьков», — читаем мы в автобиографическом романе «Подросток Савенко».

Яд национализма: как отравили Украину

В 1974 году Лимонов был вынужден эмигрировать из СССР, но, в отличие от большинства диссидентствовавших эмигрантов, воспринял распад страны в 1991 году как трагедию. Для него и Харьков, и Донбасс, и Новороссия, и Крым – часть Русского мира, часть России, доставшаяся независимой Украине, с одной стороны, в результате исторического казуса, а с другой – предательства политической элиты.

«Украине несправедливо, противно здравому смыслу, в 1991 году достался Крым и некоторые совсем не украинские области, такие как Донбасс, только потому, что советская власть для удобства администрирования объединила их в Украинскую Советскую социалистическую республику», — считал Лимонов.

По его оценке, Ельцин совершил преступление, бросив в отделяющихся от СССР республиках двадцать семь миллионов русских людей. Харьковчане, крымчане, жители Донбасса и Новороссии вдруг оказались гражданами государства, которое задумывалось его архитекторами как «анти-Россия».

В книге «Убийство часового» Лимонов рассказал о предпринятой вскоре после распада СССР поучительной поездке через Украину в поезде Одесса—Москва.

«Поезд идет добрые 17–18 часов по территории ныне чужого, еще не враждебного, но совсем не дружественного государства. Это чувствуешь кожей. Молчаливо-угрожающая обстановка на разомлевших от жары пустых станциях. На всех вокзалах, запущенных, грязных, новенькие гербы нового государства. Физически пугает тот факт, что географически наша русская граница передвинулась так близко к Москве».

На одной из железнодорожных станций Лимонов видел плакаты УНА-УНСО (террористическая организация. Запрещенная в РФ — ред.), авторы которых требовали от тогдашнего президента Украины Леонида Кравчука «дать сигнал к крестовому походу на Крым!», чьи жители недовольны тем, что полуостров оказался оторванным от России.

«Пока российские демократические телевидение и пресса эйфорически освещают встречи все более игривых и самодовольных, упоенных властью Кравчука с Ельциным, убаюкивая себя и общественное мнение России тем, что все спокойно на Украине, на деле там идет необратимый процесс все большего отравления украинцев ядом агрессивного национализма», — констатировал писатель.

Как мы теперь знаем, критического уровня это отравление достигло весной и летом 2014 года, когда украинское государство прекратило свое существование в прежних, советских границах.

Бог выбрал его, чтобы написать о Харькове

Распад СССР – ключевое историческое событие, определившее главное содержание литературного, журналистского, политического творчества Лимонова. Пережив крушение родины как личную трагедию, писатель всю последующую жизнь стремился к собиранию потерянных русских земель и людей.

Когда в 2013 году начались протесты на Майдане нэзалэжности, Лимонов откликнулся на них ежедневными короткими «проповедями» в «Живом журнале», которые позже были объединены в, может быть, самую яростную публицистическую книгу эпохи – «Киев капут».

Лимонов знал Украину изнутри:

«Украина мне не чужая и никогда не будет чужая. Помимо того, что я жил в Харькове до двадцати трёх лет, так я ещё, на минуточку, автор харьковской трилогии: это книги «У нас была великая эпоха», «Подросток Савенко» и «Молодой негодяй». Доколе жив будет двухмиллионный город Харьков, бывшая столица Украины, дотоле будут читать и эти мои книги.
Поэтому, когда депутат Верховной рады Украины, некий Олесь Доний несколько дней назад сказал вот такое: «То, что гражданин России Эдуард Лимонов предлагает использовать ситуацию для откола некоторых областей Украины, является ярким примером вмешательства в наши внутренние дела. Это совершенно скандальное заявление!» – то я сказал себе: «Кто это такой гражданин Украины Олесь Доний? Знать никто его не знает. Его электорат выбрал в депутаты – да, выбрал. Ну а меня Господь Бог выбрал написать о Харькове трилогию». Господь Бог выше электората
».

Как бы порадовался Солженицын

По оценке Лимонова, то, что происходило на Майдане, было началом распада Украины на западную часть, готовую уйти под Европу, и восточную часть, Левобережную Украину, которая чувствует себя не то чтобы пророссийской, но просто российской территорией. На неизбежность такого развития событий обращали внимание многие политики, историки, писатели. Пожалуй, метафоричнее всех это выразил Александр Солженицын, однажды заметивший Украине, что рано или поздно «нахватанное – ребром выпрет».

«Украина как государство не состоялась и не состоится. Я говорил это раньше и повторяю это, Украина была собрана из различных частей советской властью, она просуществовала два десятилетия кое-как, но вот пришли первые серьёзные испытания, и Украина их не выдерживает», — повторял тот же тезис Лимонов.

 И замечал:

«Как бы порадовался, думаю, старый Солженицын, если бы был жив. Но его нет, вот я радуюсь».

Какого чёрта вся эта сволочь наехала в страну нашего детства?

Лимонов знал изнутри не только Украину, но и Запад – в конце концов, он прожил там целых семнадцать лет.

«Я вот думаю, какого чёрта вся эта сволочь наехала в страну моего детства и там вопит?!» – написал Лимонов обо всех этих Байденах, Нуландах и всяких прочих Тусках, красиво тусовавшихся на майдане.

Лимонов понимал, что Украина нужна Западу именно как «анти-Россия», как плацдарм для ослабления могучего геополитического соперника. Классик предчувствовал совсем близкую гражданскую войну на Украине:

«От их будущего никакой Европой не пахнет, — пишет он. – Я чую, из украинского будущего исходит вонь гнилой капусты бандеровских схронов и запах заскорузлой от крови одежды… Из всего из этого родится большой кровавый бордель, расхлёбывать который придётся множеством жизней украинских и русских парней. Более того, я уверен, что борделя не избежать, Украина вцепится России в рукав своими окровавленными руками и втащит нас».

Сегодня мы знаем, что только по официальным данным ООН, гражданская война на Донбассе унесла жизни более 14 тысяч человек, а по оценкам ряда экспертов, это количество еще больше.

Ну а сегодня, в дни, когда идет специальная военная операция по демилитаризации и денацификации Украины, эти слова Лимонова и вовсе звучат пророчески.

Что, крысы бандеровско-американские, скушали Крым?

Лимонов восторженно принял воссоединение Крыма с Россией, случившееся аккурат в эти дни ровно восемь лет назад.

«Что, крысы бандеровско-американские, скушали? Корчит вас?» – восклицал писатель.

И сравнивал воссоединение Крыма с Россией с Победой в Великой Отечественной войне:

«Наступаем! Ведь с 1945 года не наступали, пора. Ветераны, наверное, радуются! Лишние годы проживут из-за Крыма, уверен».

При этом Лимонов прекрасно понимал, что возвращение Крыма приведет к конфликту с «коллективным Западом».

«Процесс воссоединения пошёл, и это, само собой разумеется, конфликт с ЕС и Соединёнными Штатами, да. Но не нужно бояться конфликта. Вся мировая история – это непрерывная цепь конфликтов. Когда-то нам говорили, что современный мир, родившийся из соглашений в Ялте и Потсдаме, – вечен. Но мы с вами увидели, как он был перекроен. Мир не застыл раз и навсегда, карты будут перекроены, хотим мы этого или нет. А мы хотим».

Прежних отношений с Западом уже никогда не будет, уверен писатель. Впредь будет ежедневное состояние конфликта, и к этому нужно приготовиться и жить в таком режиме, констатировал Лимонов.

«Старые добрые времена отношений с Западом казались только потому добрыми, что мы прогибались под каждое их желание все эти годы. Один раз не прогнулись в случае Крыма, и они теперь нас возненавидели».

Сейчас возненавидели еще больше.

У него был дар чуять будущее

Лимонов знал, о чем пишет.

«Мне вообще-то надо верить, когда я говорю про будущее. У меня есть скромный дар его чуять», — нескромно, но точно заметил однажды Лимонов.

Его правоту подтвердила и подтверждает жизнь. Писатель в России — больше, чем писатель. Это наша национальная традиция. Русская литература перестанет быть русской, если станет всего лишь беллетристикой, просто развлекая читателя интересными историями.

Лимонов мечтал о том, что воссоединение Крыма с Россией и восстание Донбасса положат начало собиранию всех русских земель и людей, преступно отданных и брошенных в 1991 году тогдашней российской властью.

«Я – за войну (если она будет), я за присоединение территорий, я за отъём тех городов и областей, которые у нас обманом забрали в 1991 году. В этой своей позиции я чувствую себя уверенно и крепко, потому что мои великие предшественники, литераторы, таланты и гении России убеждают меня в правильности моего справедливого империализма».

Сейчас его мечта сбывается на наших глазах в его (и моем) родном Харькове, в Донбассе, в Новороссии, в Киеве. Как бы порадовался, думаю, старый Лимонов, если бы был жив. Но его нет — и я радуюсь за него.

Фото из открытых источников 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 10

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Чеховская осень

Вячеслав КИЛЕСА

Механизм «дачной амнистии» будет действовать в Крыму до 2020 года

.

Сыры с оттенком классики

Оставить комментарий