ПОЧЕМУ ТЕРАКТ В ЛУГАНСКОМ КОЛЛЕДЖЕ –
ЭТО СОЗНАТЕЛЬНАЯ ПРОВОКАЦИЯ
Атака беспилотниками на общежитие в Старобельске, в результате которой погиб 21 подросток, по совокупности всех фактов не может оцениваться иначе, как хладнокровный теракт, цель которого – как можно большее число жертв.
Но теракты терактам рознь. Классический терроризм направлен на то, чтобы посеять страх, террор – это, согласно словарю Ожегова, устрашение политических противников, выражающееся в физическом насилии, вплоть до уничтожения. Террористы при помощи такого страха дестабилизируют государства, за счёт индивидуального террора парализуют деятельность органов власти. Самый свежий пример попытки такой дестабилизации – страшный теракт в концертном зале в Красногорске в марте 2024 года.
Кого мог напугать удар по общежитию? Мы уже все пуганые, в иллюзию абсолютной безопасности в том мире, где нам доводится жить, уже не верим.
Бывают теракты, связанные с захватом заложников, цель которых при помощи шантажа заставить принять те или иные решения. Будённовск, Норд-Ост, Беслан — список можно продолжить. В таких терактах исполнители действуют открыто. По поводу такого террористического шантажа уже есть консенсус, что соглашаться на требования террористов нельзя, несмотря на жертвы. Ибо потом жертв будет ещё больше.
В Старобельске ничего подобного не было.
Удар беспилотниками по заведомо гражданскому объекту, пожалуй, самый подлый способ терроризма.
Может быть теракт, дополнительно мотивированный чувством мести. Есть потенциальные исполнители, готовые мстить за погибших близких, их могут использовать для достижения классических целей террора.
Такой мотивации в Старобельске мы тоже не видим. Планирование цели, подбор технических возможностей, реализация налёта – всё это работа большого числа людей. Конкретные исполнители, направлявшие беспилотники, вполне могли быть убеждены, что работают по военному объекту – пункту дислокации военных. Именно так оправдывается генштаб ВСУ, заявивший, что целью был один из штабов российского подразделения беспилотников «Рубикон».
Если бы в общежитии были какие-то следы российских военных, то свидетельства об этом обязательно всплыли бы за эти дни. Но никто даже фейков на эту тему не лепит. Да и никто не стал бы размещать столь важный объект в центре небольшого города, рядом с автостанцией, в месте, где много молодёжи, куда к ним приезжают родители и бывает множество других свидетелей.
Методом исключения остаётся единственный мотив – провокация. Это когда террористический акт делается с целью вызвать нужную реакцию. Такие теракты тоже не редкость.
Например, целью убийства Рейнхарда Гейдриха – рейхспротектора Богемии и Моравии и главу Главного управления имперской безопасности (РСХА) прямо называлось не только дезорганизация управления оккупированной Чехословакии. Считалось, что этот теракт вызовет карательные действия немцев, которые, в свою очередь, ожесточат примирившуюся с оккупацией часть местного населения. Устранение Гейдриха было спланировано чехословацким правительством в изгнании Эдварда Бенеша при участии британского Управления специальных операций.
Гейдрих, безусловно, заслуживал смерти. Но и просчитать реакцию гитлеровского режима было несложно. Массовый террор в отношении чехов последовал, считается, что помимо уничтожения населения деревни Лидице (убито 172 мужчины, женщины отправлены в концлагерь, дети розданы в немецкие семьи), было убито 1331 жителей Чехии. Вызвало ли это рост сопротивления или, наоборот, запуганные чехи стали ещё лояльнее – вопрос открытый.
Была ли атака на башни Всемирного торгового центра 11 сентября 2001 года сознательной провокацией – об этом ещё долго будут спорить. Но использована она была именно в качестве таковой. США объявили войну исламскому терроризму и под этим предлогом начали вторжение в Афганистан, а потом в Ирак.
В чём же цель теракта-провокации в Старобельске? Реакцию на него со стороны общества вполне можно было просчитать. Поток призывов в соцсетях разгромить, уничтожить, разрушить не прекращался несколько дней.
Складывалось впечатление, что некоторые, особо активные профессиональные паблики работали даже не на эксплуатацию горячей темы, а были простимулированы теми, кто этот теракт спланировал.
Такова грустная реальность нынешнего информационного мира. Не всё, что в нём соответствует массовым настроениям, работает в интересах этих масс. Иногда – ровно наоборот.
Можно было и просчитать, что ответные действия руководства России не удовлетворят публику, особенно после мощного разгона эмоций, требующих мести.
Не ответить российское руководство не могло. Вопрос стоял, как совместить приоритет эффективности траты военных средств и демонстрации силы ответного удара.
Этот киевский режим ставит, в первую очередь, на психологическое воздействие, на картинку.
Поэтому может запустить в сторону Москвы сотни беспилотников, чтобы в результате получить несколько попаданий в то, что не имеет никакого военного значения. Хотя эти беспилотники и дёшевы, их общая стоимость соответствует как минимум десятку дорогих баллистических ракет, ущерб от которых на порядки больше.
Поучилось ли достигнуть нужного баланса демонстративного ответа и военной рациональности – это вопрос интерпретации. Для тех, кому важнее эмоции и переживания, скорее всего, нет. Те, кто предпочитает системные действия, скорее всего ответным ударом удовлетворены, хотя и вынуждены смириться с тем, что его результаты неочевидны для публики. Слишком значительная часть этого результата скрыта где-то в глубинах промзон и подземных командных пунктов.
В Белой Церкви, куда прилетел «Орешник», в советское время располагались мотострелковая дивизия и артиллерийская бригада. Так что что-то военно-подземное там явно есть. От трёх военных округов второго эшелона противодействия НАТО на Украине много чего подобного осталось, а как оно используется сейчас – это только разведка знает.
Противник рассчитывал на большее число мирных жертв на своей стороне (при нашем ответе), но его расчёт не оправдался.
Поэтому сто́ит в ближайшие дни ждать новых провокаций, причём они могут быть направлены уже напрямую против собственного населения.
В пользу версии о провокации как цели теракта в Старобельске говорят и некоторые сопутствующие события. 18 мая министр иностранных дел Литвы Кястутис Будрис в интервью швейцарскому изданию Neue Zürcher Zeitung призвал НАТО нанести удар по Калининградской области России.
«Мы должны показать русским, что можем прорваться в небольшую крепость, которую они построили в Калининграде. У НАТО есть средства, чтобы при необходимости сравнять с землей российские базы ПВО и ракетные комплексы».
Также этот странный дипломат лилипутского государства заявил, что Европа уже «полностью разорвала связи с Россией», которые были «балластом». По поводу последствий этого разрыва хором плачут европейские аналитические центры, называя это одной из причин неудач попыток Европы возродить свой ВПК – слишком дорого он стал обходиться плюс закрываются необходимые смежные производства, в первую очередь химические.
Одновременно одно за одним стали приходить сообщения об обнаружении и сбитии беспилотников над странами Прибалтики. 19 мая Эстония впервые сбила беспилотник над своей территорией. 21 мая в Латвии сообщили об обнаружении беспилотника. В этот же день сообщили о взрыве упавшего беспилотника в Литве, а 23 мая в Латвии дрон упал в озеро Дриджа и взорвался при контакте с водой.
Что такого произошло, что сообщения посыпались одно за другим? Раньше они что, летали без проблем? Или может именно сейчас стало нужно раскрывать информацию, о которой ранее предпочитали умалчивать?
С одной стороны, это очевидные украинские дроны, и обвинять нужно Киев, с другой – закономерно появились обвинения России, что залёты украинских дронов происходят из-за работы российского РЭБ. Пока все взрывы происходили в безлюдных местах, но не исключено, что это только подготовка и скоро нам покажут падение дрона с жертвами и разрушениями. И, конечно, тогда виновной объявят Россию.
Почему вдруг потребовались сначала вербальные интервенции, демонстративные падения дронов, а потом прямая провокация в Старобельске?
Ответ на этот вопрос даёт анализ других событий, произошедших в последнее время.
Самое шумное и очевидное – это обсуждение возможности переговоров между ЕС и Россией по поводу Украины. Перед 9 мая в медиапространстве вдруг поднялась тема переговоров по поводу Украины между Россией и ЕС. После разговор продолжился главным образом вокруг вопроса, кто будет представлять Европу на переговорах.
Тем не менее, сам факт обсуждения фигуры переговорщика – это уже приоткрытие «окна Овертона». Евролидеры, уже много лет провозглашавшие «войну до победного конца» осознали, что этот конец для них может быть весьма неблагоприятным.
Почему евролидеров вдруг озаботила перспектива переговоров с Россией по поводу Украины, мы уже разбирали две недели назад. Как раз тогда, когда эта тема появилась в информпространстве.
Но помимо этого, следует вспомнить и о заявлении госсекретаря США Марко Рубио. 22 мая он объявил, что США не заинтересованы в бесконечных непродуктивных переговорах по поводу Украины:
«Мы будем рады заняться мирным процессом, если появится возможность провести конструктивные и продуктивные переговоры. Но мы также не заинтересованы втягиваться в бесконечный цикл встреч, которые ни к чему не приводят».
Иными словами, США пока умывают руки в решении украинского вопроса и присоединятся к нему, если Европе удастся до чего-то договорится с Россией. А это уже сигнал тем европейским политикам, которые готовы к конструктиву.
Но есть и бабы-яги, которые против. Весь российско-украинский конфликт свидетельствует о том, что есть силы, цель которых в том, чтобы война продолжалась максимально долго и переходила ко всё более ожесточённым формам.
Кто это – пресловутая «англичанка», глобалисты или ещё кто-то – не стоит искать географическую или политическую привязку. Это сеть влиятельных игроков, в которую входят и спецслужбы разных стран, и финансовые силы, и, кто знает, может быть и оккультные.
Они как раз и способны организовывать масштабные провокации — для того, чтобы война продолжалась как можно дольше с максимальным числом жертв. Это их способ сохранения гегемонии Запада.
Ну а то, что теракт в Старобельске произошёл в ночь между праздником Вознесения и Днём памяти святителя Николая, возможно, просто совпадение.
Но можно думать и иначе.
***
Когда материал готовился к печати
⚡️ Заявление МИД России в связи с ударами вооружённых формирований киевского режима по гражданскому населению России (25 мая 2026 года)
Совершённая ВСУ в ночь на 22 мая с использованием БПЛА кровавая атака на учебный корпус и общежитие колледжа Луганского государственного педагогического университета в Старобельске (ЛHP) стала очередным вопиющим свидетельством нацистской и террористической сущности киевского режима, который преднамеренно наносит удары по гражданским лицам, не останавливается перед хладнокровным убийством детей.
Хунта Зеленского и её западные спонсоры, снабжающие ВСУ орудиями преступлений против наших людей, продемонстрировали на весь мир своё грубое пренебрежение нормами международного гуманитарного права.
Налицо прямое попрание Женевских конвенций 1949 года и доппротоколов к ним, регулирующих защиту гражданского населения во время конфликтов, Конвенции о правах ребёнка 1989 года и ряда других значимых международных актов.
❗️ Всё это переполнило чашу терпения. В сложившихся условиях Вооружённые Силы Российской Федерации приступают к последовательному нанесению системных ударов по предприятиям украинского ВПК в Киеве, включая конкретные места проектирования, производства, программирования и подготовки к применению БПЛА, используемых киевским режимом при содействии натовских специалистов, ответственных за поставки комплектующих, предоставление разведданных и целенаведение. Удары будут наноситься и по центрам принятия решений, и командным пунктам.
☝️ В связи с тем, что вышеуказанные объекты рассредоточены по всему Киеву, предупреждаем иностранных граждан, включая персонал дипломатических миссий и представительств международных организаций, о необходимости как можно скорее покинуть город, а жителей украинской столицы – не приближаться к объектам военной и административной инфраструктуры режима Зеленского.
Фото из открытых источников
