Крымское Эхо
Архив

Детство моё, постой

Детство моё, постой

Чем дальше уходит детство, тем выпуклее, ярче и как бы осязаемее воспоминания о нем. Умом понимаешь, оно ускользнуло окончательно и бесповоротно, а то и дело возвращаешься к тем сладким моментам жизни, когда все виделось в розовом свете и не было ни больших печалей, ни крупных разочарований, ни совсем уж горьких обид — и это по-настоящему греет душу. Только сейчас понимаешь, что было полнейшей глупостью стараться быстрее, вскачь гнать время, чтобы поскорее стать взрослыми, обуть мамины туфли на каблуках, выцыганить футлярчик с остатками помады у старшей сестры и подластиться к бабушке, чтобы не забыла, как обещала, передать по наследству старинный, еще от ее бабушки, золотой перстенек.

Но вот выяснилось, собственный опыт детства нисколечко не повторяется в современных детях. Кого ни спроси — взрослыми становиться не торопятся. Поумнели, что ли? Иначе смотрят на жизнь? Или, скорее всего, сама жизнь, сплошь и рядом состоящая из проблем, забот и преодоления трудностей, стала для них лучшим советчиком. «Быть взрослым — это труд, — без тени сомнения, с какой-то недетской убежденностью говорит восьмиклассник Никита Ветров. — Ну не в том смысле, что работать надо — я тоже летом кручусь, как могу, а вообще, сложно приходится». Вывод Никита сделал из опыта своей жизни, видя, как несладко приходится маме, поднимающей его в одиночку.

 

Вику не привлекают проблемы взрослых


Детство моё, постой
Пятиклассница Эля Величко — средоточие жизни большой семьи, где разведенные родители не сделали ее объектом дележа между собой, бабушками и дедушками — девочка одинаково всеми обласкана и любима. Она считает, что ребенком быть лучше, чем взрослым потому, что «за тобой все ухаживают». Как и у Никиты, желания взрослеть у Эли нет. Жизнь ее семьи вращается вокруг единственного ребенка, как Земля вокруг своей оси, и от каждого девочке достаются внимание, забота и любовь, на фоне которых строгость мамы только оттеняет все радости ее детской жизни.

Ее подружка, четвероклассница Вика Казакова, взрослым ничуть не завидует. «Ой, у взрослых одни проблемы, — уверенно заявляет девочка. — У них работа, им надо деньги зарабатывать. Хотя я тоже зарабатываю! Меня приглашают на швейную фабрику и платят за примерку пять гривен, за съемку — десять-пятнадцать, за показ — пятнадцать-двадцать. Но это мои деньги, а мама зарабатывает на всех. Ей тяжелее приходится».

За Элей все ухаживают»
Детство моё, постой
Ответы подружек психолога первой гимназии Керчи Наталью Абдыкашеву в чем-то озадачили. «Насколько не похожи они на нас, — раздумчиво говорит она. — Помнится, мы старались казаться старше, надевали туфли на каблуках, учились красить глаза и всё ради того, чтобы прибавить себе пару лет. Мы искренне завидовали взрослым, их самостоятельности, свободе и, если помните, всегда хотели кем-то быть, на кого-то походить. Наши мечты были, может быть, более приземленными, но они крепко стояли на ногах. Нынешними детьми овладевают совсем иные желания и они, как правило, хотя получить всё и сразу, наверное, не в последнюю очередь из-за того, что они видят, как трудно живется их родителям. Стремление подольше оставаться в стороне от этих нескончаемых хлопот лелеет в ребенке инфантильность. При кажущейся самостоятельности, раннем познании изнанки жизни, умственной скороспелости они социально не зрелы и стараются оттянуть наступление взросления».

 

Никита уверен, быть взрослым трудно


Детство моё, постой
Не потому ли выпускниц так потянуло наряжаться на последний звонок в неизвестно у кого позаимствованную школьную форму, тогда как десять лет они исправно проходили в джинсах и майках? «А я не горю желанием стать взрослой, потому что я могу надеяться только на себя, — с вызовом говорит выпускница Анастасия Реброва. — У меня нет богатенького папы и деловой мамы, а есть большая и малообеспеченная семья. Ну чем она может мне помочь?! Наверное, я бы могла поступить в институт, но придется идти в училище, получить какую-никакую специальность. В школе, как ни крути, проще».

Дима Зайко, оканчивая первый курс знаменитой Киевской политехники, не готов вернуть себе роль школьника, но понимает ребят, держащихся за нее. «Первый год после окончания школы — самый, наверное, трудный. Ты как бы без предупреждения пересек границу между детством и взрослой жизнью: раз и попал в другой мир. Как бы ты ни бравировал перед родителями и учителями своей взрослостью, но резкий переход от маминой юбки к полной самостоятельности нагружает необходимостью отвечать за себя самому и тогда нет-нет да и вспомнишь о беззаботной поре детства, где всегда есть за чью спину спрятаться».

Саша доволен, что есть кому о нем заботиться»
Детство моё, постой
Семиклассник Саша Самохвалов с Димой не знаком, но разве что не снял с языка его мысли. Несмотря на семейные сложности, настигшие Сашу в раннем детстве, он и не думает променять свою нынешнюю жизнь на взрослую. «Я считаю, мне повезло: есть кому обо мне заботиться. Я всегда знаю, чтобы ни случилось со мной — бабушка меня защитит, не даст в обиду и будет на моей стороне. И вообще ребенком быть хорошо: больше свободы, друзей».

Леша Дерябин окончил шестой класс, но в его аккуратно причесанной детской головке философски заточенные мозги. «Конечно, я хочу подольше оставаться ребенком, потому что когда человек перестает им быть, наступает старость, — ни на минуту не задумываясь, мальчик выдает ответ. — Меня не страшит работа — я ни меньше взрослых работаю, потому что учусь в двух школах. Но у меня нет их проблем, поэтому я думаю, что быть ребенком всё же лучше. Им еще надо отвечать за детей».

 

Философствующий о жизни Леша


Детство моё, постой
Нам и вправду сложно смириться с нежеланием ребенка выходить из детского возраста. Но, видимо, трудности жизни, за которыми, как мы ошибочно думаем, ребенок наблюдает лишь со стороны, заставили современную детвору осмыслить безрадостные перспективы взросления. Проблемы, в которые с головой погружены старшие, не дают ребенку увидеть за их частоколом счастливое будущее. Мы, взрослые, настолько разуверились в том, что свет в тоннеле наконец-то зажжется, что заразили своим пессимизмом детей. И они, не желая себе такой же тусклой и безрадостной жизни, естественно хотят, чтобы мы как можно дольше принимали удары судьбы на себя.

 

Фото автора

 

 

Фото вверху —
с сайта v-yudina.name

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Людей оценило: 0

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Памяти севастопольских художников

Архитектор Симферополя уходит от ответа

Борис ВАСИЛЬЕВ

Не для того так плотно пообедали, чтобы ужинать сухарями в окопах

Оставить комментарий