Читаем вместе крымскую прессу. 8 мая

Раскрываешь сегодняшние газеты и ощущаешь праздничный подьем.
Завтра День Победы, а еще и день освобождения Севастополя.
«Крымская газета» возвращает нас к тем «роковым сороковым», публикуя сводки «Совинформбюро» за 42, 43 и 44 годы. Тональность сводок с тревожных постепенно переходит в победные. Будучи еще школьником, увлекался чтением газет военной поры, брал в читальном зале библиотеки пожелтевшие подшивки «Правды» и окунался в ту военную атмосферу… Вспоминаю сейчас об этом, читая «Крымскую газету».

А вот это — в «Крымской правде», и я впервые в практике обзора позволю себе представить этот небольшой материал полностью. Это обращение к ветеранам, автор —журналист Наталья Астахова. Пусть оно будет и нашим общим, от всех крымчан, думаю, Наталья не обидится…

«Майскими короткими ночами…»
«Они уже звучат по радио и телевидению всё реже, песни о той войне. Второй мировой, Великой Отечественной, самой кровопролитной в истории человечества. Разве только накануне великого светлого праздника Дня Победы прорвётся в эфир синенький скромный платочек, вновь забьётся в тесной печурке огонь, попросят соловьёв не будить солдат, на позицию девушка будет провожать бойца, смуглянка-молдаванка собирать виноград, отправляясь в партизанский отряд, а боец, у которого враги сожгли родную хату и убили всю семью, будет глотать слёзы с печалью пополам.
Сейчас они кажутся такими трогательными и наивными, песни той войны. Но они помогали побеждать, они помогали верить и ждать, вселяли надежду, поднимали боевой дух, да просто давали возможность передышки, глоток нормального воздуха, пусть и пахнущего пороховой гарью. А от державной «Вставай, страна огромная!» до сих пор перехватывает дух и мурашки бегут по коже даже у тех, кто никогда не стоял у чёрных раструбов репродукторов и не слышал сообщений о том, что коварный враг напал на нашу Родину, что нужно стране огромной вставать на смертный бой.
Верили и знали, что враг будет разбит и победа будет за нами. И этот день приближали, как могли. Ещё не зная, ценой каких потерь достанется этот праздник со слезами на глазах. Но майскими короткими ночами, отгремев, закончились бои.
И где же вы теперь, друзья-однополчане, боевые спутники? Как поседели ваши головы, как поредели ваши ряды…… Всё меньше и меньше вас, живых свидетелей тех страшных дней. Живых участников кровопролитных боёв. Живых победителей.
А вы так нужны сейчас. Как никогда раньше, пожалуй. Вы, бросившие в страшное жерло войны свою молодость, здоровье, вы, победившие и не посрамившие славы оружия Отечества, нужны сейчас, чтобы рассказать потомкам правду и о той войне, и о том времени. Кроме вас этого сделать некому.
Ваши внуки и правнуки в учебниках по истории читают сейчас о том, что Украина в 1941 году вступила во Вторую мировую войну и вместе с мировым сообществом одержала в ней победу. Да, шла в это время ещё какая-то советско-германская война, но об этом вскользь сказано. И те, кто стрелял вам, настоящим защитникам Отечества в спину, те, кто расстреливал мирное население, сейчас представлены как настоящие герои. Они, а не вы.
Вашим потомкам предписано праздновать Конотопскую победу. Конечно, живых участников тех событий уже нет. А с историей, оказывается, можно делать, что угодно. И предательство гетмана представлять как союз с врагом, и ставить под Полтавой ему памятник. Уцелевших в Полтавской битве тоже не осталось. Но вы-то, живые участники так до сих пор и не закончившейся, потому что ещё не похоронен последний солдат, Второй мировой, вы-то живы. Пусть и мало вас осталось, но ведь вы не привыкли отступать, вы знаете, как побеждать, и умеете отвоёвывать самое дорогое, не оставлять врагу на поруганье.
Да, конечно, вы привыкли побеждать в честном бою, когда враг виден, когда понятно, кто свой, кто чужой. Откровенная ложь, фальсификация, интриги и подлость — этими видами оружия вы, честные победители, не владеете. И слава Богу, что не научились его применять. Значит, и детей не научите.
Вы, мужественные и сильные, прямые и открытые, надёжные и верные, сейчас не имеете сил, чтобы снова ринуться в бой с несправедливостью. Простите нас, неблагодарных, за то, что плохо усвоили ваши уроки, за то, что позволили вам доживать свой век в нищете и забвении. Но ничто не проходит бесследно, и никто не забыт, и ничто не забыто. Это не пафосные слова. Это — сознание необходимости помнить прошлое, чтобы не вернулось оно кошмаром в будущем. И пока живы вы, нам не страшно, у нас есть защитники, умеющие побеждать. И есть память о тех, кто не вернулся, заплатив жизнью за свободу, за мир.
Со светлым праздником Победы!»

Уже сегодня к Вечному Огню, что горит в Гагаринском парке в Симферополе, идут и идут. Идут седые и совсем юные… Огонь этот горит уже 33 года.

«В феврале 75-го, по инициативе Симферопольского горисполкома и горкома Компартии Крымский обком принял решение о строительстве в областном центре мемориального комплекса с Вечным огнём. Только вот находиться он изначально должен был в парке Салгирка. Когда об этом узнали симферопольцы, они восстали. Нет, конечно, не против идеи. Против места. По свидетельствам местных жителей, в годы оккупации на территории парка немцы хоронили своих солдат, в основном тех, что были ранены под Севастополем и умерли в госпитале Симферополя. Даже один то ли адмирал, то ли генерал фашистский там похоронен. И семьдесят карателей, которых уничтожили партизаны в районе Перевального, на том же кладбище фашисты похоронили.
Тогда было решено соорудить монумент «Вечный огонь» в парке имени Гагарина. И перезахоронить останки Неизвестного солдата из одиночной могилы на кладбище на улице Беспалова на место сооружения мемориала. 11 апреля 1975 года это и произошло».

А Огонь зажгли на могиле через месяц — 8 мая, в канун тридцатилетия Победы. Как это было, рассказывает журналист «Крымской правды» Наталья Пупкова. Читайте под заголовком «Не забудь его, Мать-Земля».

«И на Урале, в далёком Свердловске, где был трудовой фронт — всё для Победы, тоже очень ждали письма. Там жила семья Григория Яковлевича Быкова. Жена — Вера Фёдоровна и две девчушки — Вероника и Таня. Когда началась война, одной было восемь лет, другой — два годика. Глава семьи — инженер — хотел попасть на фронт сразу, в июне 41-го, но призвали лишь через год. Сначала сборный пункт недалеко от города. 25 июля прибыл в часть (телеграфно-строительный батальон особого запасного полка связи).
А семья стала ждать треугольнички со штампом «Проверено военной цензурой». Всего их было более двухсот пятидесяти. Часть и сейчас очень бережно хранится в семье старшей дочери Вероники Пономарёвой, с 1964-го она живёт в Симферополе. О ней, подруге по клубу «Домашний собеседник», члене Русской общины Крыма, о её отце, о тех письмах с фронта рассказала нам Валентина Соколова.

«Читаешь письма, — пишет Валентина Михайловна, — и перед глазами наступления, работа по восстановлению связи, бомбёжки, артобстрелы, дороги Украины, Польши, переправа по Висле, Германия. Беспокойство о семье, боль за сожжённые и разрушенные города и сёла, лирические описания пейзажей, гордость за советских солдат, офицеров, вспоминания о мирной жизни до войны и вера в победу. Много писем написано Веронике».

Это я привел начало публикации «Треугольнички», которая тоже в «КП» и подготовила ее тоже Наталья Пупкова.

Читайте письма с фронта, одно из которых я вам предложу сейчас:
«Дорогая Ронулечка!
…Поздравляю тебя с новой должностью начальника штаба пионеротряда. Выходит, что ты по должности перегнала своего папашу. Я только ещё командир отделения, а ты уже начштаба. …Я здоров. Живу в лесу в землянке, вблизи передовой. Завтра на день еду на задание в тыл на правую сторону Вислы. …На передовой по-прежнему тихо. Временами вспыхивают перестрелки, но быстро затихаю».

Дню Победы и в «Первой крымской» нашлось место. В сегодняшнем номере — замечательный очерк Михаила Володина «Командующий Парадом Победы», и посвящен он маршалу Константину Рокоссовскому. Прочитал его на одном дыхании, потому что и интересно написано, и много нового для себя узнал об этом полководце. Советую прочитать и вам.

Крым в ожидании, в тревожном ожидании.
Парад кораблей Черноморского флота России в честь его 225-летия киевские власти запретили. Посыпались нота за нотой от МИДа Украины, что это де-опасно для севастопольцев. Не остался в стороне и Владимир Казарин, поддержавший этот запрет. Ситуацию вокруг предстоящего парада, а он, как заявляет командование ЧФ, состоится обязательно, освещает журналист «Крымского времени» Александр Мащенко под заголовком «Киев хочет сорвать парад в Севастополе».

И — тоже в «КВ» — советую почитать две публикации, автор которых Наталья Киселева. В первой, что под заголовком «Ющенко поговорил «про мову» и «державы разбудову», Наталья комментирует открытое письмо известного украинского националиста Левко Лукьяненко в адрес украинского президента, в котором выражает свою озабоченность активизацией «антиукраинских сил». Комментируя письменные рассуждения бывшего члена и идеологического инструктора КПСС Лукьяненко, журналист обращается к его недавнему интервью «Столичным новостям»:

«Я вступил в КПСС, чтобы подняться по партийной линии для лучшей борьбы за самостийну Украину. Я думал так. Власть у кого? У компартии. Если власть у компартии, в нее нужно вступить и подняться по лестнице, насколько хватит мозгов. А потом с той высоты сделать что-то хорошее для Украины».

Сколько же было таких «подпольщиков» в КПСС! Навскидку, не задумываясь: секретарь ЦК КПУ Леонид Кравчук, секретари ЦК ВЛКСМ Анатолий Матвиенко, Александр Зинченко, украинские советские писатели писатели Владимир Яворивский и Иван Драч… А ведь и с их тоже подачи Левко Лукьяненко упрятали в тюремные застенки. А оказывается, это все была одна компашка. А маскировались-то как!

Другая публикация Натальи Киселевой озаглавлена «Когда нацисты стали героями». «Ежегодно, — пишет автор, — на протяжении последних лет, когда к власти пришли оранжевые националисты, накануне великого Дня Победы над нацистской Германией на Украине начинается война. Война идеологическая, информационная, если хотите, гражданская. Линия фронта в этой войне разделяет снова, как и в сороковые годы XX столетия, тех, кто сражался и победил (!) фашизм, и тех, кто был на стороне оккупантов. Только в окопах теперь, кроме ветеранов Великой Отечественной и вояк из ОУН-УПА, находятся их потомки. Так же разделенные на «своих» и «чужих», «наших» и «не наших».

Не могу не обратить ваше внимание на материал, подготовленный журналистом «КВ» Юрием Поляковым и посвященный подвигу летчика Виктора Кубракова. «Он сделал то, что был обязан сделать по долгу службы: до конца держал в руках штурвал пылающего самолета, отводя смерть прочь от крымского села». А случилось это не в годы войны, а в мирный майский день 1979 года у села Янтарное, в центре которого и похоронили отважного пилота. Читайте под заголовком «Подвиг летчика Кубракова, или история, которая не нужна Украине».

Для меня, весь трудовой и военный стаж которого связан с испытаниями боевой авиации, этот очерк Юрия Полякова особенно интересен. Я уж точно знаю, что Виктор Кубраков поступить по-другому не мог. Таков неписанный закон советских летчиков. Вспомните слова песни Александры Пахмутовой «А город подумал- ученья идут…». Это о нем, о Кубракове и многих-многих других, кто тоже не бросил самолет, уводя его от села, города…

Люди, кто постарше, конечно же, помнят Вячеслава Молотова, одного из близких соратников Сталина. В 1957 году Никита Хрущев изгнал его из КПСС. А в то время на территории Никитского ботанического сада стоял бюст Вячеслава Михайловича, который приказали уничтожить. «На бюст Молотова у руководства сада рука не поднялась, Вячеславу Михайловичу вырыли большую яму — и там прикопали. Недавно один из сотрудников сада о закопанном бюсте вспомнил и даже смог показать то место, где он лежит. Бюст оказался цел и невредим, в прекрасном состоянии. Его почистили и поставили в центре сада рядом с бюстом Ленина. Правда, пьедестала Молотов пока не удостоился».

Продолжение этой занимательной истории читайте в «Первой крымской» под заголовком «В Никитский ботанический сад вернулся Вячеслав Молотов».

Поздравляю всех читателей нашего сайта с Днем Победы!