Крымское Эхо
Библиотека

Цена борьбы с системой

Цена борьбы с системой

(из цикла об издержках социалистического строя)

Я уже несколько лет работал старшим следователем в звании майора милиции, когда он перевёлся в наш город из Центральной части России. Он также был в звании майора милиции. Звали Стасом. Был он видным парнем с симпатичным лицом и прекрасной спортивной фигурой. Владел мастерством самбо — мастер спорта. Необыкновенно коммуникабельный человек.

За короткое время для многих сотрудников стал близким другом, с которым можно было всегда поделиться радостью и печалью. Немедленно приходил на помощь тому, кто в ней нуждался, не требуя взамен никаких ответных благодарностей. Я никогда не видел его унывающим. Казалось, что он родился с улыбкой, которая никогда не сходила с розовощёкого лица с голубыми глазами.

Всегда тщательно выбрит, подтянут и одет в свежую рубашку, но без галстука. Почему-то их не переносил патологически. Прекрасная внешность и завидный рост делали своё дело. Женщины, особенно незамужние, не сводили с него откровенно влюблённых глаз.

Стас никогда не распространялся о своей прошлой жизни. Прошёл слух, что он развёлся с женой, что в то время не одобрялось партийными органами. Это неприятное для Стаса-коммуниста обстоятельство послужило основанием для перевода в другой регион Советского Союза. Так он оказался в нашем городе.

Поскольку он имел богатый опыт оперативно розыскной работы, то сразу был назначен заместителем начальника РОВД по оперативной части. Очень быстро показал себя на этой должности с самой лучшей стороны. Под его руководством быстро раскрывались тяжкие и запутанные преступления.

Я с ним близко столкнулся, когда мы работали в одной следственно-оперативной группе по раскрытию двух резонансных преступлений: кража золотых изделий цыганами из одного богатого дома и угон первой появившейся в нашем городе легковой автомашины «Волги,» купленной капитаном заграничного плавания. Кстати, это был первый угон транспортного средства в городе. У работников милиции отсутствовал опыт раскрытия этого вида преступления.

Украденное золото было обнаружено у цыган, изъято и возвращено хозяевам. Угнанную «Волгу» нашли в одном из посёлков под Тбилиси. В раскрытии этих преступлений громадная заслуга принадлежала Стасу.

***

Встречаясь со Стасом в рабочее и вне рабочего времени, видел, что у него жизнь бьёт ключом. Ему очень нравилась неспокойная работа, которой он отдавал всю душу, не зная, что такое личное время. Несмотря на то, что на него засматривались женщины, видя в нём потенциального жениха, он до поры и времени считался холостяком, хотя давно находился в тайном браке с полюбившейся женщиной.

Она занимала должность заместителя прокурора города, в обязанность которого входил контроль за работой органов милиции. По партийным меркам, это было недопустимо. Получалось, что оба коммуниста, будучи должностными лицами высокого ранга, вели аморальный образ жизни, так как не регистрировали брак. Причём один из них являлся подконтрольным служащим со стороны другого лица, поэтому гипотетически мог использовать такое положение в неблагородных целях.

Но так как оба продолжали не афишировать свои отношения, все разговоры о влюблённой паре постепенно прекратились.

 Стас наслаждался жизнью в полном смысле слова. Всё было хорошо в личных отношениях, а по работе ещё лучше. Поощрения сыпались на него, как из рога изобилия.

***

Как-то неожиданно прошёл слух, что прокуратурой города ведётся расследование в отношении коменданта общежития одного крупного предприятия города, которая за мзду занималась незаконной пропиской иногородних граждан. Тогда с пропиской было очень строго и сложно. Чтобы прописаться гражданину, прибывшему в город, надо было иметь 13,65 метра на каждого проживающего на прописываемой площади, и такое же количество метров на каждого члена семьи прописываемых.

Такую площадь найти было очень сложно. Однако из-за нехватки рабочих рук некоторые предприятия города имели квоту на определённое количество прописываемых в имеющихся общежитиях. Многие граждане шли на хитрость. Устраивались на работу, прописывались и тут же увольнялись, имея городскую прописку.

Разрешение на прописку давал во время приёма граждан в определённые дни начальник райотдела. В его отсутствие — заместитель. Как оказалось, Стас проходил по делу сначала в качестве подозреваемого — как лицо, принимавшее участие в незаконной прописке граждан.

Даже сотрудники правоохранительных органов ничего толком не знали об этом деле, так как расследование проводилось без разглашения всех обстоятельств и в сжатые сроки. Два человека из администрации общежития были осуждены к лишению свободы. Стас прошёл по делу в качестве свидетеля. Но ещё тогда, как только было возбуждено уголовное дело, Стас был исключён из рядов компартии.

 В суде он выступил, будучи исключённым из рядов КПСС и уволенным из органов милиции. Увольняя Стаса из органов милиции, руководство крымской милиции в приказе указало основание увольнения: исключение из рядов партии. Работник правоохранительных органов, исключённый из партии, не мог дальше продолжать службу.

***

Как только приговор вступил в законную силу, Стас стал бороться за восстановление его в рядах ленинской партии. Все перипетии его борьбы описать невозможно, так как неравная борьба одного человека с государственной системой затянулась на многие годы. Стас прошёл все партийные инстанции, начиная с горкома партии. Потом были обком партии, ЦК КПУ и наконец, ЦК КПСС. Побывал на приёме у многих высоких партийных лиц и даже добился приёма у члена Политбюро ЦК КПСС, председателя партийного контроля при ЦК КПСС Пельше А.Я. Своей настойчивостью Стас добился справедливости. В Москве ему был выдан новенький партийный билет.

Когда радость от победы немного утихла, Стас обратил внимание, что партбилет выдан последним днём его пребывания в Москве. Он начал добиваться, чтобы в партбилете была указана дата не восстановления его в партии, а когда он был в неё принят.

Бороться в этот раз ему стало труднее, так как он перестал иметь моральную поддержку со стороны любимого человека. Женщина, с которой он провёл многие счастливые годы, неожиданно умерла. Пройдя снова все круги партийных инстанций, Стас добился, чего хотел. В Москве им был получен партбилет с указанием даты первичного приёма в партию.

 Имея у себя такой партийный билет, Стас стал добиваться восстановления его в органах милиции и возращения специального звания подполковника милиции. И дураку было понятно, что его должны были восстановить на работе, так как согласно дате получения им партийного билета получалось, что он из рядов партии не исключался. А в приказе, видимо, наскоро состряпанном, была указана основная причина увольнения: исключение из рядов партии. Таким образом долгие годы Стас находился в вынужденном прогуле не по своей вине.

Следовательно, руководству МВД надо было возмещать причинённый ему денежный ущерб, что составляло приличную сумму. Потому ему твёрдо было отказано в восстановлении в органах милиции. Пришлось добиваться правды через многочисленные суды.

При очередной встрече со мной Стас рассказал о своей беседе с заместителем начальника УВД области по кадрам, во время которой пошёл с ним на сделку. Высокий начальник откровенно спросил, сколько он хочет получить денег в виде компенсации. Стас назвал сумму, которая состояла из неуплаченных им партийных членских взносов за всё время, что он считал себя коммунистом, но не имел возможности платить взносы из-за изъятого у него партийного билета.

Хотя партия плохо отнеслась к Стасу, он не хотел дурно выглядеть в глазах коллег-коммунистов, оставаясь в должниках партии. Названая им сумма устроила руководство милиции области. Стас был немедленно принят на работу в милицию с возвращением ему звания подполковника милиции.

***

К моменту возвращения Стаса на работу в милицию в городе не было вакантной должности, соответствующей его званию. Он согласился на должность старшего участкового РОВД. Фактически же работал над раскрытием тяжких и опасных преступлений как оперативный сотрудник.

Я в это время занимал должность начальника штаба УВД города. Стас часто бывал у меня. Однажды зашёл отметить свою окончательную победу над бюрократами. За рюмкой коньяка мы просидели до глубокой ночи.

Я с ужасом рассмотрел, что от прежнего Стаса ничего не осталось. Голова полысела. Виски заметно посеребрились. На лице, особенно на лбу, появилась сеть глубоких морщин. За весь вечер ни разу не улыбнулся. Глаза потускнели и, как мне показалось, стали безразличными. В них не чувствовалось былого огня жизнерадостного человека, довольного своей судьбой. Ничего в нём не было такого, чтобы говорило о занятии спортом. Плечи, ссутулившись, поникли и поддались вперёд.

Раньше он не ходил, а, как говорят в подобных случаях, летал над землёй. Теперь походка стала медленной, с шаркающими ногами. Говорил тоже по-другому, в замедленном темпе. Прежде чем что-то сказать, долго думал. А ведь он был на несколько лет моложе меня…

Я с горечью подумал, что Стасу победа далась не легко. Это явно отразится на нервной системе. Столько лет она находилась в максимальном напряжении!

…Однажды мне позвонил начальник штаба райотдела Владимир и попросил дождаться его приезда. Он был крайне возбуждён. С порога, не поздоровавшись, сообщил, что со Стасом случилась беда. Ещё вчера многие сотрудники обратили внимание на его временами становящимся неадекватным поведении. Что-то заподозрили, но не придали особого значения. А сегодня пришлось его даже связать и отправить в психушку.

Личный состав предупреждён, чтобы о случившимся в милиции с одним из сотрудников нигде не болтали. Уже разыскали и переговорили с родственниками Стаса, проживавшими в том городе, из которого перевёлся к нам. Те твёрдо заявили, что Стаса обязательно заберут в свой город, так как в Керчи у него не было ни родных, ни близких людей, которые могли оказывать ему постоянную помощь.

Родственники вскоре приехали и увезли с собой Стаса. Несколько сотрудников милиции в помощь родственникам вызвались его сопровождать. Через некоторое время пришла информация, что Стас, находившийся в областной психиатрической больнице, стал поправляться, так как к нему начало возвращаться нормальное психическое состояние.

Однако сердце Стаса оказалось слабее нервной системы. Оно не выдержало и как-то ночью остановилось. Так несколько лет принципиальной тяжёлой борьбы с государственной системой и победа над ней дали возможность Стасу проработать в милиции всего несколько месяцев…

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 3

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Действие страха

Игорь НОСКОВ

Летающий подсвечник

Игорь НОСКОВ

Я – тюбик с просроченным клеем