Крымское Эхо
Знать и помнить

Провокационные игры на исторической памяти — 3

Провокационные игры на исторической памяти — 3

ЗАЩИТИМ ИСТОРИЧЕСКУЮ ПАМЯТЬ ОТ ПЕРЕПИСЫВАНИЯ!

Для начала напомню

В Послании Федеральному Собранию Российской Федерации от 15 января 2020 года президент Российской Федерации В.В. Путин потребовал обеспечить сохранение правды о Великой Отечественной войне и противостоять попыткам фальсификации её истории.

Во время Всероссийского открытого урока «Помнить — значит знать», посвященного 75-летию Победы в Великой Отечественной войне, проходившего 1 сентября 2020 года, президент Российской Федерации В.В. Путин назвал сохранение исторической памяти задачей государственной важности, необходимой для того, чтобы двигаться в будущее и добавил, что «тех людей, которые во время войны сотрудничают с врагом, как известно, называют, называли всегда и везде коллаборационистами. Тех, кто сегодня соглашаются с инициаторами переписи истории, вполне можно назвать коллаборационистами сегодняшнего дня».

Лицо «общественника» К. Аметова

Однако для некоторых «общественников», примазавшихся к теме военной истории Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, в данном случае в Крыму, указанные выше требования Президента России является пустым звуком и возможностью играть в свои провокационные игры на исторической памяти.

К таким активным деятелям относится и председатель Общественной организации «Крымский центр социального и культурного развития «Инициатива» и по совместительству член Общественной палаты Республики Крым К. Аметов.

Его общественная деятельность, как и в украинский период истории Крыма, так и в нынешний российский связана с измышлением новой переписанной и причесанной истории деревни Улу-Сала Бахчисарайского района (ныне с. Синапное) в период оккупации Крыма немецко-румынскими войсками в 1941-1944 годах.

Факты переписывания истории К. Аметовым

Если суммировать все его вымыслы об уничтоженной в конце 1943 года деревне Улу-Сала, то она, по утверждению К. Аметова, была сожжена немцами в конце декабря 1943 года за помощь партизанам, и в ней были уничтожены 215 ее мирных жителей.

В первой половине 1990 годов якобы на месте захоронения этих жертв, а фактически на совершенно пустом месте в районе развилки двух дорог в с. Синапное, на совершенно непригодном для захоронения или установки какого-либо мемориального знака месте, по собственному усмотрению местный руководитель меджлиса (террористическая организация, запрещенная на территории Российской Федерации) явочным путем установил гранитный памятник, на котором «от потолка» указал иное количество погибших жителей – 100 человек.

После чего с 2000-х годов К. Аметовым поднялась вакханалия о необходимости на региональном уровне установить памятную дату «сожжения 127 деревень Крыма» в период немецко-румынской оккупации полуострова и приурочить ее к дню сожжения деревни Улу-Сала в конце 1943 года и после этого возвести на месте существующего памятника мемориал всем уничтоженным в Крыму деревням. При этом полностью вымарывалась история сожжения в начале 1942 года партизанских поселка Чаир и села Лаки.

Для продвижения своей идеи К. Аметов публиковал множество статей, проводил памятные мероприятия — как, например, школах, в том числе и при помощи министерства образования РК, инициировал путем введения в заблуждение депутатов Бахчисарайского района ходатайства перед Государственным Советом РК о необходимости введения такого дня памяти «сожженных деревень», «подогнав» ее к дате уничтожения деревни Улу-Сала.

О своих фокусах К. Аметов все знал и совершенствовал их

Подробно о фокусах К. Аметова на поприще его общественной деятельности я подробно описал на основании исторических фактов в своих публикациях: «Провокационные игры на исторической памяти» и «Провокационные игры на исторической памяти – 2».

Казалось бы, ознакомившись с фактами, доказывающими неправомерную деятельность, К. Аметову нужно было прекратить свои незаконные требования. Однако он продолжает не мытьем, так катаньем продвигать реализацию своей идеи – установление дня памяти «сожженных в Крыму деревень» связав ее исключительно с датой гибели деревни Улу-Сала.

Еще один фокус-перл К. Аметова

Так, в своей статье «Работа общественной организации «Крымский центр социального и культурного развития «Инициатива» по военно-патриотическому воспитанию молодежи в Крыму», опубликованной в электронном виде в сборнике статей I-го Межрегионального семинара-практикума «Музей как средство патриотического воспитания молодежи» (с.50-62), проходившего в Алуште 18-20 февраля 2021 года, К. Аметов в очередной раз, только в скрытой, но достаточно ясно читаемой форме, предложил установление «даты 127 сожженных деревень», связав ее с гибелью в 1943 году деревни Улу-Сала.

Принимая во внимание маниакальное стремление К. Аметова таким неправедным образом увековечить этот населенный пункт и нежелание считаться с историческими фактами, не позволяющими осуществить это, с целью информирования общественности Крыма, в этой публикации мне придется изложить малоизвестные задокументированные факты периода Великой Отечественной войне об этой деревне.

Но прежде – несколько слов о самой статье К. Аметова. В целом, если давать ей общую характеристику, то ее текст мало соотносится с заявленной деятельностью по военно-патриотическому воспитанию молодежи ее автора как руководителя ОО «Инициатива». Его конкретная работа в этой области не изложена. Текст статьи декларативен, написан с пунктуационными и стилистическими ошибками на очень низком уровне знания материала и таком же в плане аналитики.

Фейкер вы наш крымский!

А недостоверной информации в этой статье хватает!

Так, К. Аметов утверждает, что «в декабре 1943 года фашисты сожгли деревню Улу-Сала Бахчисарайского района с ее 215 мирными жителями за оказание помощи партизанам».

 Действительно, факт уничтожения этой деревни имел место, и он был осуществлен в результате тщательно разработанной и исполненной командованием 17-й немецкой армии военной операции под названием «Огонь и меч», целью которой было создание «мертвой зоны» вокруг горно-лесного массива Крыма общей площадью 800 кв. км, где располагались советские партизанские отряды.

Документы разоблачают ложь К. Аметова

На трибунале 1947 года в Севастополе, который рассматривал военные преступления в Крыму, совершенные в том числе и командующим 17-й немецкой армией Эрвином Густавом Йенеке, по эпизодам операции «Огонь и меч» («Feuer und Schwert») ему были предъявлены в вину следующие военные преступления против мирного населения, доказанные следователями: сожжено 30 деревень и расстреляно около трёхсот их жителей, выселено 2 тысячи человек[1]. Поэтому цифра 215 жертв только в одном или в трех населенных пунктах в результате проведения операции «Огонь и меч» не вызывает доверия и является ошибочной. Правда, в поздних документах она присутствует, однако ничем так и не была доказана.

В Государственном архиве Республики Крым хранится первичный документ — рукописный и машинописный акт от 22 декабря 1943 года об эксгумации и перезахоронении 36 жителей деревни Улу-Сала, уничтоженных гитлеровцами 21 декабря 1943 года, причем 25 жертв были установлены поименно. (Фонд П-156. Оп.1. Д. № 33. С. 13 и 13 об. Приложение № 1 и Фонд П-156. Оп.1. Д. № 33. С. 11-12. Приложение № 2).

Первичный документ: рукописный акт об уничтожении немецко-фашистскими захватчиками деревни Улу-Сала Бахчисарайского района Крымской АССР в 1943 году. Государственный архив Республики Крым (ГАРК). Фонд № П-156. Оп. 1. Д.№ 33. Л.13, 13 об.
Машинописный вариант акта об уничтожении немецко-фашистскими захватчиками деревни Улу-Сала Бахчисарайского района Крымской Асср в 1943 году. Выполнен архивистами партийного архива Крымского обкома КП Украины на основании рукописного варианта от 22 декабря 1943 года. Государственный архив Республики Крым (ГАРК). Фонд № П-156. Оп. № 1. Д. № 33. Л. 11-12. Примечание: в скобках указаны пропущенные в тексте ригинала акта знаки повторения фамилий жертв, которые присутствуют в рукописном варианте документа.

Его составил командир партизанской группы по фамилии Дренав, политрук партгруппы Шевхи Мустафа, 3. сельский управляющий В. Погарельский в присутствии членов общины деревни Улу-Сала: 1. Асана Мухтерям, 2. Аблямита Абла, 3. Мамута Мухтарели, 4. Ибрши Абдурамана, 5. Абибулы Смаи, 6. Абибулы Ашира, 7. Умера Сарач, которые подписали, как свидетели этот акт.

Одновременно в акте указано, что эксгумация жертв и их перезахоронение происходили в присутствии свидетелей: 120 человек (конечно, местных жителей – других больше не было) и партизанской группы. Более доказательного документа о жертвах деревни Улу-Сала 21 декабря 1943 года и быть не может.

Кроме этого, есть еще один документ: передовая статья газеты «Красный Крым» от 28 января 1944 года «Трагедия деревни Улу-Сала», написанная на основании вышеуказанного акта от 22 декабря 1943 года, в которой пофамильно указаны 25 жертв и 11 жертв, которых опознать не удалось (приложение № 3).

Передовая статья в газете «Красный Крым от 28 января 1944 года о трагедии деревни Улу-Сала Бахчисарайского района Крымской АССР, в основе которой лежит акт об уничтожении этого населенного пункта 22 декабря 1943 года

Не находит своего подтверждения утверждение К. Аметова о том, что деревня Улу-Сала уничтожена за помощь его жителей партизанам. Следует отметить, что история деревни Улу-Сала в период немецко-румынской оккупации Крыма в 1941-1944 гг. неоднозначна, достаточно противоречива и трагична.

Уже в ноябре 1941 года его жители участвовали в разграблении баз Бахчисарайского партизанского отряда. С начала периода оккупации до середины ноября 1943 года в деревне из местных жителей был создан антипартизанский отряд самообороны, бойцы которого осмысленно давали соответствующую присягу Гитлеру и которые, исполняя ее, огнем и мечем встречали советских партизан при их намерении войти в село[2].

Ликвидация отряда самообороны произошла только 14 ноября 1943 года, когда предполагалось наступление Красной Армии, освобождение Крыма и бойцы 5-го отряда 4-й партизанской бригады вошли в Улу-Салу[3].

Дополнительным свидетельством ликвидации отряда самообороны в деревне Улу-Сала только в середине ноября 1943 года являются факты бегства полицейских-жителей села Улу-Сала в партизанские отряды. Так, в списках членов ВЛКСМ комсомольской организации 1-го партизанского отряда имени лейтенанта Апазова, составленном комиссаром отряда Молочниковым и состоявшим из 16 фамилий, фигурируют два жителя деревни Улу-Сала – полицая, Мустафаев Сейткели и Мустафаев Люман, прибывшие в отряд 18 ноября 1943 года. (документ из архива музея партизанской славы Бахчисарайского строительного училища — копия находится у историка Е.Б. Мельничука и у меня, приложение №4).

Факты бегства полицейских – жителей села Улу-Сала в партизанские отряды. Так в списках членов ВЛКСМ комсомольской организации 1-го партизанского отряда имени лейтенанта Апазова, составленном комиссаром отряда Молочниковым, и состоявшим из 16 фамилий, фигурируют два жителя деревни Улу-Сала – полицая, Мустафаев Сейткели и Мустафаев Люман, прибывшие в отряд 18 ноября 1943 года. (Документ из архива музея партизанской славы Бахчисарайского строительного училища)

Во втором списке комиссара 1-го партизанского отряда имени лейтенанта Апазова Молочникова и секретаря комсомольской организации отряда Глущенко, состоявшем из 57 фамилий, фигурируют уже девять человек из деревни Улу-Сала — полицаев и дезертиров из немецкой армии: Алединов Рустам, Мустафаев Сейтжели, Бекиров Осман, Шерфедимов Сулейман, Шевкет Армет, Сейтумер Нафе, Мустафаев Арман, Бекиров Сейдамет, Мустафа Куртасан, прибывших в партизанский отряд между 10 и 25 ноября 1943 года (документ из архива музея партизанской славы Бахчисарайского строительного училища — копия находится у историка Е.Б. Мельничука и у меня, приложение № 5).

Во втором списке членов ВЛКСМ, составленном комиссаром 1-го партизанского отряда имени лейтенанта Апазова Молочниковым и секретарем комсомольской организации отряда Глущенко, состоявшем из 57 фамилий, фигурируют уже девять человек из деревни Улу-Сала — полицаев и дезертиров из немецкой армии: Алединов Рустам, Мустафаев Сейтжели, Бекиров Осман, Шерфедимов Сулейман, Шевкет Армет, Сейтумер Нафе, Мустафаев Арман, Бекиров Сейдамет, Мустафа Куртасан, прибывших в партизанский отряд между 10 и 25 ноября 1943 года. (Документ из архива музея партизанской славы Бахчисарайского строительного училища)
Кто наравне с немцами уничтожал населенные пункты Крыма, в том числе и Улу-Сала

Одновременно следует отметить, что возложение ответственности за уничтожение деревни Улу-Сала, как и ряда других населенных пунктов Крыма в операции «Огонь и меч» и в других подобных операциях исключительно на немецких фашистов, как это делает К. Аметов, некорректно, так как в качестве карателей и палачей выступали и подразделения немецкого карательного батальона «Шуцман», состоявшем из добровольцев, преимущественно крымских татар, среди которых были, например, жители города Бахчисарая Талыбов, Шайхатдинов и Феюзи[4].

 Населенные пункты или деревни. В чем принципиальная разница?

Что касается наименования в статье К. Аметова 127 уничтоженных деревень, то оно недостаточно емко и неправильно отражает суть трагедии. Уничтожались не только деревни, но и села, выселки, поселки, хутора и пр., которые объединяет общее название «населенные пункты». Поэтому правильно называть «127 населенных пунктов Крыма».

 Исторически неверно

Если судить по публикации К. Аметова, то уничтожение населенных пунктов Крыма началось только с конца декабря 1943 года с деревни Улу-Сала, что исторически неверно. Первым населенным пунктом в Крыму, уничтоженным немецкими карателями и самооборонцами деревни Коуш, стал партизанский поселок Чаир, сожженный 4 февраля 1942 года. За ним последовала партизанская деревня Лаки, которую вместе с немцами уничтожили каратели самооборонцы деревни Коуш 23 марта 1942 года. Это факты К.А. Аметов (намеренно?) замалчивает.

 Более подробная информация

Более подробная информация с анализом неправомерных публикаций К.А. Аметова в прессе изложена в моей статье «Провокационные игры на исторической памяти – 2», о которой я уже упоминал.

Серьезные ошибки и недостоверная информация недопустимы!

Приведенные факты свидетельствуют о наличии в статье К. Аметова серьезных ошибок и недостоверной информации, которые недопустимы для их распространения. Если же рассмотреть эту последнюю публикацию К. Аметова в общем ряду его статей по теме деревни Улу-Сала, то можно прийти к выводу, что он умышленно дезориентирует общественность Крыма и его власти, побуждая первых согласится с его неправомерной точкой зрения, а последних — принять незаконное решение на уровне Государственного Совета Республики Крым о «дне сожженных деревень», приурочив его к дате уничтожения деревни Улу-Сала, чья история в период оккупации 1941-1944 годов, мягко говоря, далеко не безгрешная.

 Ответная реакция К. Аметова

В предыдущих своих статьях (ссылки на них указаны выше) я предлагал К. Аметову: если его помыслы в отношении увековечивания памяти жертв деревни Улу-Сала чисты, то подтвердить это проведением эксгумации на месте предполагаемого размещения захоронения жертв оккупационного террора и установкой мемориальной плиты с фамилиями всех сожженных мирных жителей. Но мои предложения К. Аметовым приняты не были, на контакт он не пошел и продолжиал свою провокационную деятельность, распространяя дезинформацию о деревне Улу-Сала.

Предложения исправить ошибки и дезинформацию в статье автором фактически отвергнуты

По поводу ошибок и дезинформации в названной в начале этого текста статье К. Аметова местным отделением Российского военно-исторического общества в Бахчисарайском районе в адрес врио председателя РО Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество» в Республике Крым Т.В. Иванченко было направлено соответствующее представление не только с анализом ошибок, фальсификаций в статье К. Аметова и задокументированных фактов, но и предложен измененный текст в четырех последних абзацах статьи (приложение №6,7), который был передан К. Аметову.

Последние абзацы статьи К. Аметова, требующие кардинальной редакции
Откорректированные абзацы статьи К. Аметова, которые он не подтвердил заменить в своей статье

Но, опять-таки, предложения в очередной раз остались без ответа. Этот пример, как и многие другие, говорит о намеренности члена Общественной палаты Республики Крым К. Аметова и далее распространять дезинформацию, связанную с исторической памятью. Как таких деятелей, которые переписывают нашу героическую историю, назвал Президент России В.В. Путин? Смотри второй абзац этой публикации.

Учитывая нежелание К. Аметова исправлять ляпы своей статьи, мною редакционной группе интернет-издания сборника статей I-го Межрегионального семинара-практикума «Музей, как средство патриотического воспитания молодежи» предложено, чтобы не позорится, исключить статью К. Аметова из сборника.

Защитим историческую память от переписывания героической истории Великой Отечественной войны 1941-1945!

Автор — Валерий БОРИСОВ, председатель
местного отделения РВИО в Бахчисарайском районе РК,
Заслуженный архитектор Республики Крым,
Почетный гражданин города Бахчисарая


[1] Севастопольский Нюрнберг. «Независимый Исторический Вестник». 01.05.2010 г. http://istor-vestnik.org.ua/203/

[2] «В своей информации в центр Попов (представитель Центрального штаба партизанского движения в оккупированном Крыму лейтенант госбезопасности – авт.) сообщал также «о предательстве населения Коуш, Бия-Сала, Улу-Сала, Бешуй, Джалманчик, где все татарское население с 14-ти летнего возраста вооружалось, и при некотором приближении партизан к вышеупомянутым пунктам, последние встречали огнем и мечем». Бекирова Гульнара. Крымские татары. 1941-1991. Раздел 1. Заложники войны. Глава 3. Партизанское движение в Крыму. РГАСПИ, ф.69, оп.1, д.621, л.26. http://gapma-garsi.ru/source/20.html

[3] Источники:

https://rvio.histrf.ru/soobshestvo/post-11375

http://gasprinskylibrary.ru/ulu-sala-fadzhia-yureklerde-yashay-ulu-sala-tragediya-zhivyot-v-serdtsah-meropriyatie-k-75-letiyu-tragicheskih-sobyitiy-v-derevne-ulu-sala-sinapnoe-bahchisarayskogo-rayona-respubliki-kryim/

[4] «16 апреля 1944 года отдел контрразведки «Смерш» 77-й стрелковой дивизии (сд) по подозрению в измене Родине арестовал жителей города Бахчисарай Талыбова, Шайхатдинова и Феюзи. Следствие установило, что они, находясь в рядах Красной армии, в 1942 году перешли на сторону врага и служили в немецком карательном батальоне «Шуцман», состоявшем из добровольцев, преимущественно крымских татар. За особые «заслуги» немцы наградили Талыбова медалью и назначили старшим роты. Под его командованием каратели грабили местное население, участвовали в карательных экспедициях против партизан, поджогах сёл Басала(Бия-Сала – В.Б.), Улу-Сала, Татаркой, Кобек, Стиля, Узенбаш, Кабази и других населённых пунктов Бахчисарайского района». Из документов войсковой контрразведки. С.А. Кузяева. «СМЕРШ» в Крымской операции 1944 года. http://history.milportal.ru/smersh-v-krymskoj-operacii-1944-goda , а также, см. Битва за Крым в документах органов государственной безопасности. Симферополь. 2020. С. 321, 339.

 

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 2

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Смотрите также

Прощай, 1954-й!

Поколение, пережившее войну

Елена КАЁТКИНА

Пионерам космических трасс

Альберт ФЕТТЕР