Крымское Эхо

В Крыму говорят — весь мир слышит!
Информационно-аналитическая интернет-газета

Свет ближний и дальний

Элина РУДАЯ

У КАЖДОГО КРЫМЧАНИНА — СВОЯ КЕРЧЬ

Как только я узнала о своей непродолжительной командировке в Керчь, огни этого города засверкали в моей памяти, а чуть позже слились в единое целое, возвращая меня в далёкое детство.

Свет дальний

Один из самых древних городов не только Крыма, России, но и огромной когда-то страны под названием Советский Союз, тогда ассоциировался у меня с летним отдыхом у моря. Правда, пансионат работников связи, куда я приезжала с родителями каждое лето, находился не в самой Керчи, а в посёлке Подмаячное (сказывалось близкое нахождение маяка) на берегу теплого Азовского моря. Хотя по теперешним меркам, это был не пансионат, а простенькая турбаза – туалет на улице, вода привозная, из колодца, общая кухня на несколько комнат.

Но, вырвавшись из каменных объятий города, не только дети, а и взрослые погружались на две недели в атмосферу непрерывного общения с природой. Это купание в морских водах и солнечных лучах, самозабвенная рыбалка в предрассветный час, прогулки вдоль моря к отдалённым диким пляжам и походы по окрестным холмам…

Светлый мягчайший песок на пляже и в воде, медузы и ракушки, морская глина «мергель», светящееся ночное море в августе, шторма и штили – что может быть лучше? И главное – это всё настоящаяреальность!

На отдыхе телевизор не смотрели – в комнатах их просто не было! По вечерам ходили в летний кинотеатр настоящего пансионата – как теперь говорится, в шаговой доступности. Но фильмы можно было смотреть, не заходя в зал, а расположившись на вершине соседнего с кинотеатром холма. Широкоформатный экран, большая «картинка», достаточный звук, а вокруг — тишина и звёздная «крыша» над головой!

Единственное, что мешало благоприятному просмотру – комары. Эти кровососущие и назойливые «соседи» да ночная прохлада заставляли зрителей брать с собой на киносеанс одеяла-покрывала. Впрочем, этот предмет быта был необходим независимо от места просмотра: актуальность его сохранялась и на холме, и в зале под открытым небом.

Два раза в день с нашей турбазы отправлялся небольшой автобус в соседнюю деревню Жуковку, где в местном магазине можно было купить хлеб, спички, соль… Основные продукты (картошка, консервы) наши отдыхающие везли с собой на выделенном предприятием транспорте. Раз в неделю желающие могли попасть на керченский рынок, чтоб прикупить мяса, рыбы.

Но последняя интересовала «постольку-поскольку»: бычок был основным поставщиком белка на наш стол! После самостоятельного улова его жарили, варили (уха двойная, тройная…), солили, наиболее удачливые увозили домой целые мешки этой вяленой изумительной рыбки. Кстати, причаливавшие лодки рыбаков всегда вызывали любопытство отдыхающих на пляже – как улов? Как клюёт? «Песчаники» или «жабоеды» сегодня идут на крючок? В какую точку морской глади и в какое время дня лучше отправляться?

Задать вопрос, помочь вытащить лодку на берег, полюбоваться сверкающей на солнце свежевыловленной рыбой и ощутить непередаваемый, особенный запах морских глубин – всё это был непреложный атрибут пляжной жизни в Подмаячном.

Поездку в Керчь использовали не только для пополнения запасов, а и для прогулок по городу. «Картинки» того времени сохранились благодаря домашнему кино, которое снимал мой отец на любительскую кинокамеру. А вот посещение Аджимушкая было организовано отдельной экскурсией. К тому времени я уже училась в школе и воспринимала всё осознанно. Несмотря на давность лет, каменоломни, проходы в них, детские игрушки и места захоронений героических жителей города остались в моей памяти.

Тяжёлое, гнетущее состояние ощущает каждый, кто посещает Аджимушкай – в годы войны там не только шли сраженья, но и располагались госпитали, не успевшие эвакуироваться, находились старики, женщины, дети! Пять с половиной месяцев шла оборона Аджимушкая, но, исчерпав все силы, оставшиеся в живых защитники каменоломен вынуждены были покинуть свою крепость и пали в неравном бою. Светлая им память!

***

Последний раз на турбазе в Подмаячном я была ещё студенткой. Потом жизнь внесла свои коррективы, наступили «лихие 90-е» — не до отдыха и путешествий! Дорога в Керчь почти забылась: по крымским меркам, из Симферополя до этого города – очень далеко, одним днём не отделаешься.

При всей любви к странствиям «древний Боспор» оставался в стороне от моих маршрутов выходного дня. Лишь однажды уже в двухтысячных годах заглянула туда по работе на несколько часов. Впечатление сложилось тоскливое: хотя город предстал чистым, ухоженным (во всяком случае, в его центральной части), но слишком тихим, без видимого движения жизни. «Плохо это или хорошо?» — подумала я тогда.

Позже совершенно случайно в автобусе на Алушту удалось разговориться с одной керчанкой. В советское время её город «рыбачил», «трудился» на заводах, ходили поезда, связывающие Керчь не только с Москвой, но и с Краснодарским краем через переправу. В украинский период жизни вся активность города сошла на нет: люди вынуждены были в поисках заработка уезжать кто куда, чаще в Москву, оставляя детей и родителей дома. Картину встречи родных можно было наблюдать всякий раз, когда на вокзал приходили поезда из столицы бывшего Союза.

Свет ближний

После возвращения Крыма в состав России Керчь из «междвежьего угла» превращается в ворота полуострова. Расположившийся рядом Крымский мост соединил берега единого целого – по нему теперь мчатся автомобили и поезда. Заканчивается строительство трассы «Таврида», да и старая дорога до города приведена в относительный порядок (я-то ведь помню участок Феодосия – Керчь как разбитую дорожную полосу с редко проезжающим транспортом).

И вот я снова в древнем-молодом городе. У меня, как всегда, в Керчи мало времени, поэтому знакомлюсь только с его центральной частью. Зная, что Пантикапей-Корчев-Керчь – город 25 веков, решила уделить внимание историческим объектам, а они здесь «на каждом шагу». Конечно, самая значимая «фигура» города – это гора Митридат с её лестницей в четыреста ступеней. Оглядела её снизу (записки писались до её ремонта – авт.) – и решила оставить «на закуску».

Почти напротив Митридатской лестницы – храм Иоанна Предтечи. Серая кладка камня, потёртого временем, колокольня – всё это отправляет путешественника в VIII век н.э.

Храм Иоанна Предтечи

А при входе – мемориальная доска. Она упоминает о Святителе Луке, который родился в Керчи во второй половине XIX века. Незаурядная личность, стоический характер, глубоко верующий человек с непростой судьбой – так, мне кажется, вкратце можно охарактеризовать В.Ф. Войно-Ясенецкого, архиепископа Симферопольского и Крымского, доктора медицинских наук, профессора хирургии. Сразу вспомнилось, что в Симферополе находится место захоронения мощей Святого Луки, куда люди приходят со своими бедами и печалями. Говорят, помогает…

В сквере недалеко от храма есть и памятный бюст, посвящённый В.Ф. Войно-Ясенецкому.

Памятник В.Ф. Войно-Ясенецкому

Только сделала несколько шагов от VIII и XIX веков, как попала во власть восемнадцатого века и истории нашего времени. Обелиск с памятной доской – «1774 год. Кучук-Кайнарджийский мирный договор между Российской империей и Оттоманской Портою» и «2014 год. Московский договор между Российской Федерацией и Республикой Крым».

С первой датой связано: «Крепость Еникале и Керчь…. остаются в полном, вечном и непрекословном владении Российской империи». Весь полуостров Крым войдёт в состав России чуть позже, в 1783 году. Вторая дата — о создании новых субъектов Российской Федерации, Республики Крым и Севастополя. Интересен исторический факт: присоединение Крыма к России не только в 2014 году произошло без единого выстрела, но и тогда, в конце восемнадцатого века. И поспособствовал этому наш великий полководец – Александр Васильевич Суворов.

Со времён Боспорского царства символом Керчи служит Грифон – сказочное существо с головой орла, телом льва с большими крыльями. Он, как страж, до сих пор «охраняет» город – две его скульптуры можно увидеть на въезде со стороны Феодосии, а ещё два изваяния – по краям одного из пролётов Митридатской лестницы. Но самый, наверно, главный экземпляр расположился на стеле центральной площади.

Грифон на площади

Он не только зорко «смотрит» по сторонам, но и «хранит» у своего основания прежние названия города, за каждым из которых стоит целый исторический пласт. Пантикапей – это греческая античность, период Боспорского царства, сохранившиеся с тех времён древние городища и курганы. Корчев – город русского Тьмутараканского княжества. Воспоро (искажённое от «Боспор») – наследие генуэзских крымских колоний. Ну и, наконец, известный нам вариант – Керчь.

Много выдающихся людей посетило этот город. На набережной в небольшой лёгкой арке – скульптура А.С.Пушкина, установленная керчанами к 200-летию его рождения. Поэт вместе с семьёй генерала Раевского посетил Тавриду в 1820 году, и первый город на этом пути был Керчь. «Я тотчас отправился на так называемую Митридатову гробницу… Развалины Пантикапея не сильно подействовали на моё воображение. Я видел следы улиц, полуразрушенный ров, старые кирпичи – и только», — писал Пушкин позже в своих воспоминаниях. Но и там же признавался: «…полуденный берег и Бахчисарай имеют для меня прелесть неизъяснимую».

Возле морского порта моё внимание привлекли ещё два памятника – Петру I и Федору Ушакову. Для меня было маленьким открытием, что «царь московский и всея Руси будущий император» посещал Керчь в августе 1699 года. Он это сделал во время визита Русской военной эскадры, проплыв на одном из её кораблей мимо мыса Фонарь и войдя в Керченскую бухту.Памятная доска с изображением Петра I, помещённая под плиту земля с поля Полтавской битвы и корабельный якорь – так выглядит вся композиция.

Памятник Петру I

Имя Ушакова тоже неслучайно увековечено на керченской земле. После заключения Кучук-Кайнарджийского договора турки не оставляли надежды вернуть полуостров в свои владения. В 1790 году турецкие корабли вошли в Керченский пролив, но высадиться десанту в районе города не удалось. Русская эскадра под командованием адмирала Федора Ушакова встретила неприятеля. Отличный манёвр обхода – и турки под шкальным огнём русской флотилии. Керчь остаётся за Россией! Установленный в 2009 году памятник выдающему флотоводцу — чугунный бюст на постаменте с посвящением.

***

Но Керчь – не только древность, старина… В годы Великой Отечественной войны – это город-герой! В подтверждение – Аджимушкай, о котором я уже писала, памятник Морским десантникам на городской набережной, павшим в 1941-1943 годах, и обелиск Славы на горе Митридат. Есть ещё в городе мемориал, посвящённый Эльтигенскому десанту, но туда мне попасть не удалось. А вот Митридатскую лестницу, как и собиралась, в конце путешествия я преодолела. Обелиск из светлого камня стал первым на территории СССР памятником, посвящённым героям Великой Отечественной войны, и был открыт уже в августе 1944 года.

…С горы открывается великолепный вид на город и на морскую ширь. Правда, наверху ветер проверяет на прочность всё живое, но терпишь его причуды ради желания быть достойным этого места. Дома, улицы, площадь, причалы морвокзала, а вдалеке и Керченский мост – всё это складывает пазлы единого целого пространства под названием «Керчь».

И я, вспоминая свою прогулку, подумала: «Этот город не просто древний по своей истории. Это место сплетения многообразных событий, мозаика культур, точка притяжения великих людей и исторических личностей. Для любого туриста – уникальное место путешествия во времени и пространстве. Чтоб его хорошенько узнать, нужно посетить не единожды. И уверена, что каждый раз город будет делиться своими новыми «сокровищами»!»

Вид на город с горы Митридат

Фото автора

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 5

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *