Крымское Эхо

В Крыму говорят — весь мир слышит!
Информационно-аналитическая интернет-газета

Рубрика: Библиотека

«Каждому человеку судьбу создают

 его нравы».

 Античный афоризм

Из записок следователя

Они были самой заметной парой этого небольшого крымского села. И хотя домов в селе было много, получилось так, что большинство из них стояло на одной улице, которая протянулась от околицы до околицы. Здесь каждый всё, или почти всё, знал о других, потому что люди жили на виду друг у друга. Но у каждого была своя судьба, то ли развесёлая, разухабистая, то ли горемычно-печальная, сопровождаемая пьянками и гулянками. А они — Степан и Дарья — отличались от других и внешностью, и хозяйством, и отношением к жизни. Оба были высокими, статными, с крепко стоящими на земле ногами. Одним словом — красивая пара. У Степана были волосы цвета льна, а у Дарьи — как воронье крыло. А вот глаза у обоих были голубыми. Это их как-то даже роднило.

КАК ЖИЛИ И КАК ЖИВУТ НА ПОЛУОСТРОВЕ РУССКИЕ И КРЫМСКИЕ ТАТАРЫ. ИССЛЕДОВАНИЕ

Как-то слишком быстро забывается то, что было всего лишь вчера-позавчера. А если прошли годы? Как часто уже пережитое при напоминании вызывает эффект новизны — и мы удивляемся: неужели это было с нами? Лихие 90-е, бурные нулевые, объединительный 2014-й… Это на памяти живущих поколений, кому чуть за сорок. Но ведь были и «застойные» 80-е, и «сороковые-роковые» и даже XIX век, если разобраться, не так далеко от нас отстоит…

«Большой порок — это равнодушие, бесстрастность»

 В. А. Сухомлинский (1918-1970),

 учитель и педагог.

Пёс был рыжей масти. Он основательно прижился в нашем дворе. Никто не знал, откуда он появился и когда. За дружелюбный и покладистый нрав жители любили пса и подкармливали, кто чем мог. Из-за рыжей масти звали его Рыжий. Он никогда не бросался на людей, шедших через наш проходной двор, не пугал детей, которые часто с ним играли, отчего пёс и дети получали взаимное удовольствие. Псу жилось сытно и, видимо, потому он был всегда в хорошем настроении. Особенно любила Рыжего пожилая женщина, которая кормила его ежедневно, покупая для него всякую собачью вкуснятину: лапки кур и говяжьи косточки. Рыжий с удовольствием принимал любовь старухи, отвечал своей привязанностью тем, что при виде её, усиленно вилял хвостом и пытался лизнуть лицо. Иной раз он так бойко вертел своим хвостом, что казалось, ещё мгновенье, и он или оторвётся от тела пса, или вообще подымет его в воздух. Бабка по-детски смеялась, гладила его и разговаривала, как с разумным существом. Пёс радостно прыгал из стороны в сторону и, повизгивая, звонко лаял.

В отличие от ведущих российских издательств, московское издательство «Традиция» не столь известно массовому читателю. Книги, выпускаемые им, выходят скромными тиражами. Что, впрочем, не помешало властям послемайданной Украины внести некоторые из этих книг в число запрещенных. Такой участи удостоился изданный в 2014 г. сборник «Евромайдан и Русская Весна. История, факты, аналитика», куда вошли материалы и автора этих строк.

ГЛАВНОЕ СОБЫТИЕ БАРХАТНОГО СЕЗОНА 2015

Что такое Крым? Сон, ставший явью или явь, напоминающая грёзы? Культурная сокровищница или узел исторических противоречий? Романтический Эдем, прославленный великими поэтами или скалистые берега, хранящие эхо военных подвигов? Крым разный. И каждый из нас его любит по-своему!

«Подобно тому, как самым большим физическим злом

является смерть, так самым большим моральным

злом является, конечно, война».

Вольтер

Идут последние бои за Керчь. Наши отступают. Среди населения паника. Какая будет жизнь при немецких захватчиках, и будет ли она вообще? Страшно представить, что по улицам родного города будет разгуливать враг, вводя свои новые фашистские порядки. Люди мечутся, пытаясь найти какой-нибудь выход из надвигающейся беды. Многие почему-то из города бегут в отдалённые деревни Крыма. Моя мама тоже в панике. Отец на войне. А у мамы на руках я, шестилетний пацан, её младшая сестра и моя бабушка.

(о киноромане Е. Никифорова «Дом-музей», Симферополь, 2015[1])

Чтоб снова усильем зеркальным
Собрать в неминуемый круг
Навечно! — Рисунком наскальным
Невечных друзей и подруг.
Стих С.Л. Новикова, цитируемый в данном романе

Наверное, именно такую задачу ставил перед собой автор – «навечно собрать» под одной обложкой «невечных друзей и подруг», спутников его лихой студенческой молодости, проведенной в Крыму в 60-е и 70-е годы прошлого (уже прошлого!) века.

«Защита Родины есть защита и своего достоинства», —

Рерих Н.К., русский мыслитель. (1874-1947)

Сколько прошло десятилетий с той поры, когда над Керчью, как и над другими тысячами больших и малых городов, известных и неизвестных сёл и деревень, полыхало небывалых размеров пламя Второй Отечественной войны. Ежечасно, ежесекундно её молох перемалывал, уничтожал и коверкал жизни и судьбы миллионов людей. Всё и вся было охвачено безумной и жестокой битвой.

24 сентября 2015 г. в читальном зале Центральной городской библиотеки им. Л. Н. Толстого в г. Севастополе состоялась презентация новой книги, посвященной истории города. Издание, представленное на суд широкой общественности, примечательно во всех отношениях. Книга называется «Севастополь. Три обороны», и, как можно понять из названия, охватывает, в том числе, и период новейшей истории – воссоединение Севастополя и Крыма с Россией в марте 2014 г.

Знающие историю русской литературы без труда проведут ассоциативную параллель между названиями недавно увидевшей свет книги «Керченская старина» и популярными на стыке XIX и XX веков периодическими изданиями «Русская старина» и «Киевская старина». Ее авторы – заместитель директора Восточно-Крымского заповедника по фондовой работе Наталья Быковская, заслуженный работник культуры республики Владимир Санжаровец и старший научный сотрудник Наталья Небожаева намеренно выбрали для своего детища такое название, полагая, что она откроет серию научно-популярных изданий об истории Керчи.

Быть хорошим человеком — значит

не только не делать несправедливости,

но и не желать этого.

— Демокрит ( ок. 460-после 360 ),

греческий философ.

Как-то я задумал вспомнить все случаи жизни, когда ей реально угрожала опасность, вплоть до смертельной. Такие случаи, когда не знаешь, остался бы ты в живых, повернись всё по-другому. Этих случаев набралось больше десятка. Когда всё, при какой-то чрезвычайной ситуации, заканчивается благополучно, мы обычно это воспринимаем как должное и вскоре вообще забываем о случившимся. И только тогда, когда увидим негативные последствия, наступившие у других при аналогичных ситуациях, лениво можем подумать и про себя отметить: «а то же самое могло случиться и со мной…»

 «Человек — это загадка, и в основе человечества

 всегда лежит преклонение перед этой загадкой».

Только окончилась война. Жители возвращались в разрушенный город. Это были те керчане, которые опасаясь угона немцами в Германию, бежали из города в отдалённые сёла и города Крыма. Город представлял собой сплошные руины с нагромождением прямо в них и возле различной целой и разбитой военной техники. Особенно много было танков, русских и немецких, зениток, пушек и прочего на городском бульваре

Из воспоминаний военных лет

Я играю во дворе нашего дома. Здесь стоит трёхэтажное здание, в котором до войны была школа. Сейчас там располагается немецкий штаб. Около входной двери штаба постоянно находится часовой. Во дворе из мальчишек я один. Что-то пацаны задерживаются по выходу во двор, хотя дело идёт к вечеру. Скоро из штаба будут выводить русских военнопленных и гнать куда-то, к месту их ночёвки. Пленные в штабе выполняют разную грязную работу по уходу за помещениями штаба. В то же время их допускают к чистке картошки. И вот первым появляется немецкий конвоир с автоматом. Он останавливается сбоку входной двери. Вслед за ним — пузатый красномордый старшина. Он, видимо, руководит всем штабным хозяйством.

ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ РОМАН «ИМЯ ТВОЁ»

С первых абзацев романа крымского писателя Сергея Юхина «Имя твое» мгновенно влюбляешься в авторский язык, который одновременно воспринимается очень современным – и уводит в те времена, о которых написан роман. Нет, даже немного позже, как будто это писал человек, сам переживший эти события, но уже лет через 20-30 после, сумев перенести и переосмыслить их. Удивительное ощущение – будто автор лично знаком со своими героями, пережил то же, что и они, но сумел выжить, чтобы рассказать об этом нам. Совершенно не ощущается «выдуманность» сюжета, фабулы, основной идеи, экзистенциального ядра и формы, в которую это все облечено.

ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ РОМАН «ИМЯ ТВОЁ»

С первых абзацев романа крымского писателя Сергея Юхина «Имя твое» мгновенно влюбляешься в авторский язык, который одновременно воспринимается очень современным – и уводит в те времена, о которых написан роман. Нет, даже немного позже, как будто это писал человек, сам переживший эти события, но уже лет через 20-30 после, сумев перенести и переосмыслить их. Удивительное ощущение – будто автор лично знаком со своими героями, пережил то же, что и они, но сумел выжить, чтобы рассказать об этом нам. Совершенно не ощущается «выдуманность» сюжета, фабулы, основной идеи, экзистенциального ядра и формы, в которую это все облечено.