Крымское Эхо

В Крыму говорят — весь мир слышит!
Информационно-аналитическая интернет-газета

Затмение в Крыму

.

Книгу автор посвятил сыну: "Дорогому сыну Роману с пожеланием мудро принимать историю в ее непрерывном движении и  противоречиях, углублять знания событий, изложенныхв книге, взвешенно сопоставлять с современностью, бережно хранить память своих предков, во всем разделивших судьбу нашего народа". Пожелание, которое хорошо бы каждому из нас прочувствовать и осознать…

Книга называется «Вам не будет за нас стыдно». В предисловии автор пишет: «Эта книга о людях, с которыми работал и встречался мой отец Александр Иванович Галушкин (1903-1942), о событиях ушедшей советской эпохи, участником и свидетелем которых он был. Она задумывалась как широкое историческое полотно, написанное на основе его автобиографии, отражающее историю Гражданской войны и создания комсомола на Дальнем Востоке и в Забайкалье (Благовещенск, Чита, Нерчинск, Сретенск, Хабаровск), партийной – ЦК, МК, горком, партком ВКП(б) и хозяйственной жизни в годы первых пятилеток в Москве, Дулеве и Орехово-Зуеве, партийной части сталинских репрессий в Магнитогорске и Симферополе, оборонительных сражениях 1941-42 гг в Северном Крыму, действиям военной контрразведки в обороне Севастополя и Евпаторийском десанте, борьбе с фашистами в оккупированном городе…»

Две главы из этой книги Крымское эхо публиковала ранее: «172-я в боях на Перекопе» и «Военные контрразведчики в Евпаторийском десанте». Теперь мы даем 6-ю главу (в сокращении), которая также посвящена Крыму. Внимательный читатель найдет в них много интересного… И — продолжение будет!

Глава 6. ЗАТМЕНИЕ В КРЫМУ

«В сентябре 1937 года ЦК ВКП(б) направил на работу в Крым, где был избран секретарём Симферопольского Горкома ВКП(б). В феврале 1939 года в связи с болезнью (туберкулёз лёгких) был освобождён от работы…»

Александр Иванович Галушкин

С 10 сентября А.И. Галушкин приступил к работе в должности исполняющего обязанности второго секретаря горкома и в таком искусственно «подвешенном» состоянии, как и прибывший из Москвы в июле исполняющий обязанности первого секретаря Крымского обкома и Симферопольского горкома Николай Иванович Щучкин, работал до января 1939 года. Эти две должности были объединены после арестов их предшественников Л.И. Лаврентьева (Картвелишвили) и Ф.А. Фомина.

Ещё в Москве в оргинстре ЦК ему рассказали о ситуации в Крыму. Арестованы бывшие секретари Крымского обкома Л.И. Лаврентьев (Картвелишвили) и почти все, кто занимал эту должность с 1921 по 1937 год (10 человек!), Б.А. Семёнов и его соратники (зав. отделом обкома Б.С. Ольховый, зам. председателя Крымского Совнаркома Ф.А. Неструев, 1-й секретарь Симферопольского горкома Ф.А. Фомин), бывший 2-й секретарь обкома Б. Чагар, председатель ЦИК Крымской АССР И.У. Тархан, 1-й секретарь Севастопольского горкома А.С. Левитин, начальник ПУ флота Г.И. Гугин, командующий Черноморским флотом И.К. Кожанов (один из посетителей квартиры Я.Б. Гамарника, подозреваемого в антисталинском заговоре, в «Военном доме» №11 по Большому Ржевскому пер., где бывали Якир и Уборевич, а также Блюхер, Егоров, Гарькавый, Дубовой, Варейкис, Картвелишвили и другие), наркомвнудел Т.И. Лордкипанидзе. Арестом председателя Крымского Совнаркома А.А. Самединова завершалось дело «правотроцкистской террористической организации» десяти крымских делегатов расстрелянного XVII-го съезда ВКП(б) и тех, кто был с ними связан.

В Крыму продолжала работать «тройка» (председатель наркомвнудел Крыма К.А. Павлов), которая исполняла установленную приказом Н.И. Ежова квоту репрессий: по 1-й категории (расстрел) — 300 человек, по 2-й категории (арест и заключение на 8–10 лет) — 1 200 человек. Срок этой операции был определен с 5 августа на 4 месяца, до начала выборов.

Механизм репрессий шел от наркома Ежова по линии УНКВД. Органы составляли списки и «дела» обвиняемых, которые выносили на заседания «тройки», а прокурор и секретарь обкома скрепляли их своими подписями.

Крымская «тройка» по проверке антисоветских элементов

(пост. Политбюро 05.07.37.):

2 октября выходит секретное постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР «О мерах по борьбе с вредительством в животноводстве», в котором предложено организовать на местах по 3–6 открытых показательных процессов. «Изобличённых во вредительстве приговаривать к расстрелу, об исполнении публиковать в местной печати». Как вредители должны быть изобличены ветеринары, зоотехники, лаборанты биофабрик, работники местных земельных и совхозных органов.

И уже 8 ноября в Евпатории идёт открытый процесс по делу о ветеринарах.

Найти «вредителей» было не трудно. Неорганизованности, расхлябанности и некомпетентности было более чем достаточно. И поводов хватало. Силами заключенных ГУЛАГа спешно строились жизненно важные для страны заводы, шахты, каналы и дороги, велись лесозаготовки в местах, где никаким добровольцам не справиться. Политика освоения Сибири, строительства жизненно важных для государства объектов силами ручного труда заключенных существовала в России всегда — демидовские заводы на Урале, нерчинские рудники, Амурская колесуха, Сибирская железная дорога.

Но в жертву вынужденной жесткой политике роста экономики вместе с противниками большевиков приносились невиновные люди. Как путь к победе, жертвы существуют в любых видах борьбы — в боях, экономической конкуренции, спорах и спортивных схватках — но только человеческие оцениваются не рассудком, а протестом, болью и страхом. ХХI век, пользуясь результатами предшественников в индустриализации и научно-техническом прогрессе великими трудовыми свершениями пока не отметился.

И хотя цифры говорят о том, что в мире мы не уникальны в таких трагедиях, они не могут бесследно исчезать в следующих поколениях. Говорят, что в расчете на 100 000 населения численность заключенных в СССР в 30-х годах была меньше, чем в нынешних России и США. В СССР в среднем их было 583 чел. В современной России — в среднем 647, в США — 624.

Страна готовится к войне. Большим уважением и любовью крымчан пользуется Красная Армия. 6 октября симферопольцы торжественно встречают 3-ю Крымскую стрелковую дивизию имени ЦИК Крымской АССР, возвратившуюся в город после осенних тактических учений. С трибун ее приветствуют Щучкин и Трупчу, секретарь ЦИК Крым АССР Л.Е. Спектор, бывший 1-ый секретарь Симферольского горкома П.Н. Надинский[1], секретарь Симферопольского горкома А.И. Галушкин, председатель горисполкома Баранов.[2]

2 октября выходит секретное постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР «О мерах по борьбе с вредительством в животноводстве», в котором предложено организовать на местах по 3–6 открытых показательных процессов. «Изобличённых во вредительстве приговаривать к расстрелу, об исполнении публиковать в местной печати». Как вредители должны быть изобличены ветеринары, зоотехники, лаборанты биофабрик, работники местных земельных и совхозных органов.

И уже 8 ноября в Евпатории идёт открытый процесс по делу о ветеринарах.

Найти «вредителей» было не трудно. Неорганизованности, расхлябанности и некомпетентности было более чем достаточно. И поводов хватало. Силами заключенных ГУЛАГа спешно строились жизненно важные для страны заводы, шахты, каналы и дороги, велись лесозаготовки в местах, где никаким добровольцам не справиться. Политика освоения Сибири, строительства жизненно важных для государства объектов силами ручного труда заключенных существовала в России всегда — демидовские заводы на Урале, нерчинские рудники, Амурская колесуха, Сибирская железная дорога.

Но в жертву вынужденной жесткой политике роста экономики вместе с противниками большевиков приносились невиновные люди. Как путь к победе, жертвы существуют в любых видах борьбы — в боях, экономической конкуренции, спорах и спортивных схватках — но только человеческие оцениваются не рассудком, а протестом, болью и страхом. ХХI век, пользуясь результатами предшественников в индустриализации и научно-техническом прогрессе великими трудовыми свершениями пока не отметился.

И хотя цифры говорят о том, что в мире мы не уникальны в таких трагедиях, они не могут бесследно исчезать в следующих поколениях. Говорят, что в расчете на 100 000 населения численность заключенных в СССР в 30-х годах была меньше, чем в нынешних России и США. В СССР в среднем их было 583 чел. В современной России — в среднем 647, в США — 624.

Страна готовится к войне. Большим уважением и любовью крымчан пользуется Красная Армия. 6 октября симферопольцы торжественно встречают 3-ю Крымскую стрелковую дивизию имени ЦИК Крымской АССР, возвратившуюся в город после осенних тактических учений. С трибун ее приветствуют Щучкин и Трупчу, секретарь ЦИК Крым АССР Л.Е. Спектор, бывший 1-ый секретарь Симферольского горкома П.Н. Надинский[1], секретарь Симферопольского горкома А.И. Галушкин, председатель горисполкома Баранов.[2]

7 ноября дивизия, дислоцированная в Симферополе, Севастополе, Феодосии и Евпатории со времен Гражданской войны и выполнявшая задачи охраны морского побережья, участвует в параде на стадионе имени 15-летия ВЛКСМ. Над трибунами — огромные портреты Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина. Город, стадион и трибуны залиты яркими лучами солнца.

10 часов 30 минут. На центральной трибуне секретари областного комитета партии Щучкин и Трупчу, председатель ЦИК Крым АССР Менбариев, секретарь ЦИК КрымАССР Спектор, председатель Совнаркома КрымАССР Ибраимов, секретарь горкома ВКП(б) Галушкин, уполномоченный Комиссии Советского Контроля Богат, наркомвнудел Крыма Михельсон.

Командовавший дивизией с 1931 года 43-летний комдив-военный комиссар А.А. Тальковский[3], член Президиума ЦИК КрымАССР, с орденом Красной Звезды на груди, вместе с начподивом-3 (с 1930 года) бригадным комиссаром Володарским обходят войска. Торжественным маршем прошли с винтовками наперевес стрелки, затем пилоты, парашютисты, осавиахимовцы. Под марши сводного оркестра промчалась артиллерия и кавалеристы с шашками наголо. По завершению парада состоялась двухчасовая демонстрация учащихся,

студентов, рабочих и служащих предприятий города: железнодорожников, консервщиков, швейников, обувщиков.

Симферопольский горком развернул широкую организаторскую работу по подготовке к выборам в Верховный Совет СССР. Об этом Александр Иванович докладывает пленуму Крымского обкома, а в прениях выступали Ф.А. Павлов (Ак Мечеть), С.А. Фритлинский (Фрайдорф) и А.В. Поздняков (Ялта), с которым по-дружески встретились впервые после расставания в Чите и Хабаровске.

О первом директоре Гурзуфского музея Александре Позднякове (бывший секретарь ДВ крайкома комсомола в Чите) рассказано в очерке «Взрывать или отдать врагам». Тысячи коммунистов шли к людям и разъясняли Положение о выборах и новую Конституцию СССР. Нельзя не видеть в ней решительных демократических изменений. Устанавливалась ответственность за насилие, обман, угрозы и подкуп при выборах в виде 2–3 лет лишения свободы. В адрес А.И. Галушкина поступало много записок о недостатках в подготовке избирательных участков и другим вопросам, на которые он оперативно реагировал.

В выборах 12 декабря приняло участие 96% избирателей, а за кандидатов было подано 99,3% голосов! Выборы проходили как праздник. Избирателей привлекали концертами на избирательных участках, музыкой, торговлей. Многие спешили проголосовать первыми в 6 часов утра. По домам ходили агитаторы, настойчиво советуя быстрей голосовать. Но все-таки впервые в истории введенное в Конституцию, по инициативе Сталина, положение о прямых выборах с тайным голосованием получились безальтернативными, да и не могли они быть другими в сложившейся к концу 1937 года обстановке.

Александр Иванович, как обычно, много времени проводит в трудовых коллективах заводов, фабрик, железнодорожной станции, различных организациях. 20 декабря в Симферополе, как и по всей стране, в Крымгостеатре проходит торжественное собрание, посвящённое 20-летию ВЧК–ОГПУ–НКВД. В президиуме Н.И. Щучкин, недавно назначенный наркомвнуделом А.И. Михельсон, председатель Совнаркома М.И. Ибраимов, председатель ЦИК (Центрального исполнительного комитета) А.Х. Менбариев, 2-ой секретарь обкома И.Я. Максимов, 2-й секретарь Симферопольского горкома А.И. Галушкин, руководители НКВД КрымАССР — В.В. Чичковский (управление милиции), П.И. Щербаков и другие.

С докладом выступал Артур Иванович Михельсон. Крымский нарком имел обычное для того времени трехклассное образование, обласкан орденами и депутатством, но был недальновидным человеком. В Москве Сталин от чествования Н.И. Ежова в Большом театре уклонился. Он знал, что следует заканчивать репрессии, выходившие на местах из-под контроля. Только не знал этого Ежов, и тем более Михельсон, которому до ареста остался еще год. После собрания Александр Иванович с Верой Андреевной смотрели постановку «Очная ставка» братьев Тур и Л. Шейнина о действиях органов госбезопасности в борьбе со шпионами, которая хорошо была принята публикой. Перед войной появится популярный кинофильм «Ошибка инженера Кочина», поставленный по этой пьесе.

Горком размещался в левом крыле здания, ул. Пушкинская, 3 (Б. здание Городской управы, Сиротского суда и Городского общественного банка)

Квартира №7 (сейчас №11) на улице Шмидта, дом 8, где проживали Галушкины, чем-то напоминала московскую. Три комнаты, кабинет с телефоном № 2-47, кухня, ванная с дровяной колонкой. Из столовой двери вели в две спальни. На окнах складные деревянные ставни. Стены, побеленные известкой. Простой деревянный балкон. Отопление — дровами и углём, на кухне — трехочажная плита. Для семьи из пяти, а потом и шести человек хватало. В 1938 году собирались сменить эту квартиру на меньшую на ул. Жуковского, д.20 — дорого, как он сам писал, даже для секретаря горкома! — но как-то не получилось. Мебель приехавшей семье была выдана в пользование (не в собственность!) с казенными инвентарными номерами.

В дворовом саду росли две уникальные груши «медовки» с красными плодами внутри, яблони, черешня «Воловье сердце», сливы, грецкий орех, кусты сирени, жасмина, туи. В двухэтажном восьмиквартирном доме жили партийные и советские руководители. У входа в дом, как положено, висел список жильцов с номерами квартир: Ответственный секретарь КрымЦИК (Президиума Верховного Совета), секретарь обкома Л.Е. Спектор, секретарь горкома А.И. Галушкин, управделами Совнаркома М.И. Лоссовский (при Председателях СНК А.А. Самединове и М.И Ибраимове), заместитель наркома НКВД Крыма И.Ф. Сашников, нарком просвещения Г.Б. Гавриленко, потом: секретарь райкома (горкома) В.Б. Курбасов, управляющий трестом «Крымтабак» Менкес, А.Г. Кошелев[4], член обкома (секретарь райкома) С.И. Нестеров.

Последний советский секретарь Симферопольского горкома Э.К. Покровский, отойдя от партийной и общественной работы, поселился на первом этаже под бывшей квартирой Галушкиных.

Дом по ул. Шмидта, 8 и квартира Галушкиных (от балкона влево). Фото от стены Трибунала

Напротив дома были глухая стена Трибунала войск НКВД, вход в который был с ул. Архитекторской, и дом — то ли садовника, то ли сторожа Вольмерца. (В годы немецкой оккупации к дому сделали пристройку — на снимке слева, где фашисты устраивали танцы и играли в казино. Со стороны улицы в заборе устроили в немецком стиле решетчатую калитку, через которую к крыльцу дома вела тропинка прямо в казино). Двор полон детей. Все быстро входили в новую жизнь. Дочь Инна пошла в школу.

Сегодня в этом доме остался один хранитель памяти его истории — художник Владислав Мечиславович Лоссовский, бескорыстный искренний человек, верящий в справедливость и идеалы отцов. «Стоим с женой спиной к спине и отбиваемся от напастей жизни», — поговаривает он. Его золотое правило — «друзья детства — вне критики».

В гости к Александру Ивановичу приходили новые друзья и товарищи. По праздникам из окон квартиры слышен патефон и его любимая песня «Живет моя отрада». Он весь в работе и глубоко за полночь горел свет в окнах его кабинета, как и у многих руководителей по всей стране: вдруг позвонит Сталин, обычный режим которого был с 13 часов до 2-3 часов ночи.

<…>

 __________________

Досталось горкому поделом в газете «Правда» (статья «Неправильное решение Симферопольского горкома») и «Красный Крым» (статья «Под флагом укрупнения» 12.1.38) за объединение мелких парторганизаций промартелей. Партия требовала работать с самыми малыми группами трудящихся. Пришлось А. Галушкину 3 февраля отменять решение бюро горкома и публично признавать ошибки — сдержано, без низкопоклонства.

В марте 1938 года готовится процесс против правотроцкистского блока Бухарина, Рыкова, Ягоды, Крестинского и других. Им вменяют в вину «провокации военного нападения на СССР, расчленение СССР и отрыв от него Украины, Белоруссии, среднеазиатских республик, Грузии, Армении, Азербайджана, Приморья на Дальнем Востоке, свержение существующего социалистического и государственного строя и восстановление капитализма».

Не думал нарком Н.И. Ежов, допрашивая Г.Г. Ягоду и читая этот документ,
что всего через год наступит его очередь каяться и писать такое же прошение

Уже глубокий старик Л.М. Каганович в своих мемуарах вопрошал: «Так были у Сталина враги социализма или нет?». И сам отвечает, что 80–90-е годы XX века это показали.

После окончания процесса наступает затишье. Газеты пишут о подготовке Германии к войне, призывают население к военному обучению. Прекращается травля виновных, исчезают критика и самокритика.

На торжественное собрание, посвящённое 8-му Марта, Александр Иванович и Вера Андреевна идут в ТЮЗ. В Театре юного зрителя (ул. Горького, 31) в сентябре 1941 года штаб 3-ей Крымской дивизии, в которой предстоит ему защищать Крым, будет формировать свои части и подразделения.

В праздничные дни из домашнего приемника звучали передачи самой крупной в мире радиостанции им. Коминтерна (г. Электросталь, ныне заброшена и разрушается), вещавшей на семидесяти языках мира, и станции ВЦСПС:

7 марта. 11.00 Передача для домохозяек. 12.15 Концерт из произведений Гайдна, Шуберта и Прокофьева. 13.05 Литературная передача. Джамбул «Поэма о Ворошилове». 17.30 Беседа «Участие женщины в управлении социалистическим государством». 18.30 Лекция «Современный этап общего кризиса капитализма». 19.30 Концерт из произведений французских композиторов и старинные французские песни. 20.30 Концерт из цикла «Русская камерная музыка». 21.30 Концерт из произведений Сардарьяна. 22.00 Театр у микрофона. Ст. ВЦСПС: 18.30 Литературная передача. Р. Роллан «Очарованная душа». 19.28 Опера Россини «Севильский цирюльник».
8 марта. 11.00 Музыкально-литературная передача. «Сталинская молодежь». 12.15 Концерт для Дальнего Востока. 13.05 Литературная передача. Рыбак «В степях Таврии», Метусовский и Симонов «Рассказ командира бронепоезда». 17.30 Беседа «Международный коммунистический женский день». 20.30 Литературно-музыкальная передача. «Советская женщина». 21.00 Трансляция концерта. Ст. ВЦСПС: 17.00 Творчество женщин-композиторов. 18.30 Литературная передача. «Пограничница» (по рассказу М. Юфит). 20.30 Выступление художественной самодеятельности клуба им. Авиахима и клуба фабрики им. Калинина. 21.00 Концерт по заявкам командиров и бойцов Московского гарнизона. 22.00 Отрывки из оперы Ю. Вейсберга «Гюльнара».

Ежедневно радио настраивало людей на позитив, хорошее настроение, бодрость, «оберегало» от «чернухи» и сенсаций, не раздражало пугающими сводками происшествий, бесконечными угрозами. Дикторы четко и спокойно вели эфир.

 На собрании Симферопольского партийного актива 28 марта 1938 года секретарь горкома выступает с докладом по итогам январского Пленума ЦК. Пришло время исправлять ошибки, допущенные по отношению к коммунистам, которых исключали огульно, по формальным поводам, под давлением сверху или излишней ретивости (инициатива пересмотра исходила от прагматика Г.Маленкова). Сталинское руководство, оценив масштабы репрессий, начинает откат. В основном, они остановятся только в ноябре.

Ночью 17 апреля 1938 года во дворе Симферопольской тюрьмы прибывшая из Москвы специальная команда исполнила приговор выездной сессии Военной коллегии Верховного Суда по обвинению в контрреволюционной буржуазно-националистической миллифирковской деятельности. Были расстреляны 30 членов Совнаркома (в том числе и бывший председатель СНК А.А. Самединов), ЦИК, обкома и представители творческой интеллигенции, то есть была обезглавлена крымско-татарская политическая и интеллектуальная элита.

Не последнюю роль в репрессиях крымских татар сыграло их сопротивление реализации проекта колонизации Крыма евреями. По заключенному соглашению между СССР и США, в лице Американской еврейской агрономической корпорации «Агро-Джойнт» от 31.12.1927, в конечном сроке до 1953 года, одобренному Политбюро ЦК ВКП(б) и Президентом США Г. Гувером, было получено к 1936 году свыше 20 млн долларов[5] на выделение земель и на переселение в Крым 250-300 тыс. еврейских колонистов из Украины, Белоруссии и России с целью создания Еврейской Советской Социалистической республики (после войны уже обсуждалась возможность образования здесь самостоятельного государства). Крымские татары во главе с Вели Ибраимовым сопротивлялись и настаивали на приоритете возвращения из Турции, Болгарии и Румынии лиц, уехавших в XIX-XX веках. Пять миллионов безземельных крестьян Северного Причерноморья и Крыма представляли еще одну сторону потенциального взрыва у морских границ страны. Антисемитские настроения в связи с проектом выросли. Полутайный конфликт изредка выплескивался на страницы газет, в том числе «Красного Крыма».

Когда Павла Надинского направляли 1931 году на работу в Крымский обком, то ответственный инструктор оргинстра ЦК поставил перед ним задачу продолжить борьбу с ибраимовщиной, хотя председатель Крымсовнаркома был расстрелян еще 3 года назад.

Фрайдорфский еврейский национальный район (позже создан и Лариндорфский, названный в честь автора идеи Крымского проекта, уроженца Симферополя, организовавшего симферопольский комитет РСДРП и крымский союз РСДРП в 1901-1902 годах, Ю. Ларина — Михаила Зальмановича Лурье) образован за счет безводных земель Евпаторийского, Джанкойского и Симферопольского районов в 1930 году. Районный центр Фрайдорф (н. Новоселовское Раздольненского района) расположен в 35 км от Евпатории. Переселенцы получили солидную материальную и техническую поддержку и достигли заметных успехов.

Они решили даже водную проблему, построив с помощью американской колодцерубильной машины свыше 180 шахтных и артезианских колодцев глубиной от 60 до 180 метров[6]. В районе появились электростанции, новые предприятия, радио и телефон. На полях работали десятки тракторов и комбайнов Фрайдорфской МТС. Но навязанная коллективизация совсем не соответствовала еврейскому укладу жизни.

Искусственно рожденный проект стал терпеть неудачи. В 1937-38 годах были отстранены с занимаемых должностей, расстреляны или умерли все инициаторы Крымского проекта — Троцкий, Каменев, Зиновьев, Бухарин, Чичерин, Литвинов, Смидович, Брагин и другие. В 1932 году умер и его организатор Ю. Ларин и торжественно захоронен в Кремлевской стене. Изменил свое отношение к колонизации Крыма Сталин и разрушил Крымский проект без широкой огласки. Решением Оргбюро ЦК ВКП(б) от 1 декабря 1937 года ликвидировались национальные округа. Фрайдорфский район (н. Новоселовский) стали называть многонациональным, так как к 1938 году большая часть приехавших евреев (это были мелкие торговцы, ремесленники, рабочие и другие люди не сельских профессий) его покинула и переселение прекратилось.

 За годы переселения в Крым было направлено около 48 тыс. евреев, но к 1939 году осталось работать в сельском хозяйстве только 18 тыс.[7] Секретаря Фрайдорфского райкома партии с 1934 года Семена Александровича Фритлинского, деятельного и доброжелательного человека, волна преследований достанет в начале 1940 года. 12 марта он попал под огонь критики передовой статьи «Красного Крыма» и, едва избежав роковых последствий, перешел с партийной работы в Крымсовхозвинпром. 

Семен Александрович и Ольга Андреевна Фритлинские после войны

О С.А.Фритлинском. Помню, что в 1946-1948 годах Семен Александрович с женой Ольгой Андреевной жили в одноэтажном домике на ул. Жуковского, 7. С Александром Галушкиным они хорошо знали друг друга по довоенной партийной работе. Оба почти одновременно оставляли Симферополь в ноябре 1941 года и оставили свои воспоминания.

Сын Семена Александровича Владимир передал мне рассказ отца: «Отступая от Перекопа с остатками своего гаубичного полка 51 армии, вошли в Симферополь. Горела нефтебаза. У станции Альма артиллерийские батареи преградили движение по дороге и уничтожили два наших бронепоезда, которые пытались прорваться в Севастополь. В районе симферопольского вокзала слышна стрельба. Оказалось, что местные мальчишки залезли в брошенный на путях бронепоезд, двигаться которому уже было некуда, и палили из пулемётов куда попало… К бронепоезду бросили трубу (шланг), заправили топливом артиллерийские тягачи (трактора) и двинулись на Ялту».

А. Галушкин тоже написал в письме из Севастополя: «Очень жаль, что за наш город, в силу сложившихся условий, не пришлось повоевать. Немцы успели прорваться в город, и только некоторые отдельные части, проходившие через город, вынуждены были оказать небольшое сопротивление. Город проехал поздно ночью. На улицах пусто и тихо было, только доносился треск от пожаров и взрывов на окраинах города. Взрывали заводы и фабрики. На душе было очень тяжело, и я даже не стал заходить в наш дом, хотя и проезжал по Архитекторской ул. (н. Зои Жильцовой). Об этом сейчас жалею. Как раз в этот же день город в третий или четвертый раз подвергался бомбежке с воздуха. Ну, ты представляешь себе, как чувствовало себя население. Хоть и ночь была, но отдельные группы женщин плакали. Не обошлось и без мародерства».

Проезжал по Архитекторской…

 «Сердце мое обливается кровью, когда покидал улицы города, который полюбил и с которым связано так много дорогого для меня. Хотел зайти домой, но подъехал к нему и не выдержал. Стало так больно на душе, вспомнил о вас и решил не заходить, чтобы не тревожить лишний раз себя, где все напоминает о вас».

 В Севастополе Фритлинский тоже готовился в Евпаторийский десант, так как планировалось освобождение хорошо знакомого ему Фрайдорфского района, но внезапно с острым приступом болезни попал в госпиталь, а через 2-3 дня было поздно. Весной 1942 года он был ранен в обе ноги в районе Инкерманского туннеля и прошел через этот медсанбат в скалах, где ему ампутировали одну ногу, и эвакуирован в Новороссийск на крейсере «Красный Кавказ». В новороссийском госпитале С.А. Фритлинский лишился второй ноги и был эвакуирован в Ташкент.

Вот так крымская «номенклатура» проливала кровь и отдавала жизнь за Отечество.

С его сыном Володей, мы трех-четырехлетние мальчишки, самостоятельно бродившие по городу, ходили к Семену Александровичу в госпиталь — бывшую школу в районе Ташми, где раненые сидели под большим деревом, а на веревках сушились стираные бинты. В школьном зале лежачие раненые подзывали нас к себе, ласково улыбались и гладили по голове, вспоминая своих детей, угощали шоколадом.

 После войны в Симферополе, когда мы бывали у них в гостях, как-то больно было видеть эту красивую женщину, пианистку, помогавшую ему пристегивать к ногам протезы и усаживаться в трехколесную мотоколяску с рычагом управления. Ей достался свой крест, и она несла его достойно всю жизнь. У нее был жив муж, который был тяжело ранен при обороне Севастополя! В городе таких колясок было несколько штук. Часто встречались безногие инвалиды, которые передвигались на доске с подшипниками, отталкиваясь от земли деревянными ручками. Потом они как-то все незаметно исчезли с улиц, и мало кто об этом вспоминал.

Его последние годы прошли во Фрязино Московской области, и у меня сохранилось его письмо.

 О М.Б. Шапиро. Разные версии гибели председателя Фрайдорфского райисполкома М.Б. Шапиро, сражавшегося в Евпаторийском десанте, детально разобрал очень добросовестный историк Владимир Сергеевич Кропотов в своей книге «Тактический десант». 17 января 1942 года группу десантников из 20 чел. во главе с М.Б.Шапиро обнаружили немцы. Они приняли бой и погибли, а «комиссар из десанта», возможно, выданный предателями, расстрелян.

Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) отделение «Джойнт» в СССР ликвидировано 4 мая 1938 года. Проект создания Еврейской Автономной ССР в Крыму, как попытка решения одной из важнейших для страны национальных проблем, не удался. Сказался ли сталинский антисемитизм или опасность геополитических проблем в приграничных районах страны, можно подтвердить только документами.

 После войны вторая попытка под 10 млрд долларов «помощи» по Плану Маршалла будет не менее драматичной (дело Еврейского антифашистского комитета во главе с С. Михоэлсом считается надуманным). «Вера в возможность уравнения в правах с другими народами и обретение на территории Крыма собственной нормальной государ­ственности не покидала советских евреев вплоть до образования в 1948 году Израиля». Г. Костырченко.

Крым, за обладанием которым только с 1736 по 1944 годы сражались русские, турки, крымские татары, немцы — дважды, англичане, французы, итальянцы, румыны, украинцы (1918) стал привлекателен для евреев. Но за его многовековую историю никому не удавалось овладеть им навсегда. Прагматичное и многоцелевое решение Н.С. Хрущева о юбилейном даре Украине, зачем-то оформленное юридически нелепо, а потом настойчиво закрепленное сакраментальным «Волюнтаризм, волюнтаризм!», устраивало всех. Взрывоопасный «орден на груди планеты» достался Украине, на которую внезапно свалилась государственная независимость, да еще вместе с Крымом. В лихие 90-е годы огненная дуга Балканы–Ближний Восток–Афганистан едва не замкнулась в Крыму. Бывшего секретаря Крымского обкома Н. Багрова, Президента Ю. Мешкова и известного экономиста Е. Сабурова в попытке придать Республике Крым государственный статус к 1994 году ловко переиграл Киев, и про заминированный полуостров сделали вид, что забыли. В поисках виновного за крымскую проблему все взоры обратились к Б.Н. Ельцину…


[1] Павел Наумович Надинский — делегат XVII съезда, участник зазейских событий в Амурской области, автор известных «Очерков по истории Крыма».

[2] В 1921 году в Крыму ею, бывшей 3-ей Казанской дивизией, командовал Иона Якир.

Командовал этой дивизией после Тальковского комбриг И.Рубин. При подавлении кронштадского мятежа командир роты И.Г. Рубин бросил фашины на взорванный лед и, преодолев полыньи, ворвался в крепость, за что награжден орденом Красного Знамени. Лично Ворошилов назначил его комбатом за героизм в боях против Шкуро под Екатеринославом. Выпускник военной академии им. Фрунзе.

После мая 1938 года дивизия под его командованием комдива ,была поднята по тревоге и убыла на Дальний Восток, где сходу вступила в бой на оз. Хасан против японских войск (?). В дальнейшем имела задачу по охране дальневосточных границ, принимала участие в войне с Японией.

В Симферополе с 17 октября 1939 года дислоцировалась 156 сд генерал-майора П.В. Черняева численностью 12 000 человек на 1.1.40, принявшая на себя главный удар противника на Перекопе в сентябре 1941 года.

[3] Литовский татарин, сын генерала царской армии, выпускник Павловского училища Искандер Искандерович Тальковский храбро воевал в Первую Мировую и в Красной Армии, имел большой опыт обучения мусульманских формирований. Через полтора месяца он будет арестован сначала по формальным претензиям и освобожден через 2,5 года. В первые дни войны уже начальник курса Военной Академии им. Фрунзе будет арестован снова якобы за участие в антисоветском заговоре, связях с троцкистами и расстрелян 23 февраля 1942 года. В это время очень многие командиры из мест заключения были возвращены в армию. Аресты военных в условиях войны, видимо, все еще были продолжением действий сталинского руководства по ликвидации внутренних врагов и кадров, назначенных в свое время Троцким.

[4] Как говорили, бывший политработник, прокурор ЧФ, покинувший Севастополь вместе с генералом П.Г. Новиковым на последнем сторожевом катере и погибший на нем 2 июля 1942 года.

[5] «Агро-Джойнт» обязался предоставить правительству СССР заем в 9 млн. долларов под 5% годовых и с 17-летним сроком погашения. Еще большая сумма выделялась советской стороне в виде безвозмездной финансовой помощи». Г.В. Костырченко. Тайная политика Сталина. Власть и антисемитизм. Международные отношения, 2003 г. Автор удостоен звания «Человек года» Федерацией еврейских общин России.

[6] Сельское хозяйство Крыма получит развитие после завершения строительства в 1971 году оросительно-обводнительного Северо-Крымского канала.

[7] По данным Г.В. Костырченко.

Вам понравился этот пост?

Нажмите на звезду чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Людей оценило: 14

Никто пока не оценил этот пост! Будьте первым, кто сделает это.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *